Главред: назад в СССР (СИ)
При перечислении зарубежных изданий Громыхина скривила губы, как будто мы разговаривали сейчас о тараканах или помойных крысах. И нет, я вовсе не возвеличиваю западную журналистику, я знаю, что минусы есть везде. Предвзятость, политзаказ, пресловутая «повесточка»… Но истина, как бы банально это ни звучало, всегда лежит где-то посередине.
— Мне очень жаль, Клара Викентьевна, что вы идете по пути огульных обвинений, — тихо, но твердо заявил я. — Вместо того, чтобы отбросить замшелые штампы и выслушать. Человек умирает, а вы хотите, чтобы я писал только о том, какой он герой?
— Но ведь он же и есть герой? — Громыхина блеснула стеклами очков, строго глядя на меня поверх них, однако мне показалось, будто ее голос сейчас слегка дрогнул.
— Это так, — кивнул я. — Но когда он умрет, ему уже будет плевать на почести. И так же будет на них плевать его молодой вдове. И таких в нашем городе — сколько, вы сказали? — сто семьдесят девять.
На этом я встал и молча вышел из кабинета Громыхиной. Нет, я не собираюсь сдаваться!