Странник. Трилогия

— Начну сразу с главного, чтобы потом не было никаких недомолвок. В этом шатре собрались будущие правители Танола. Хотите вы этого или нет, но сражаться за это вам придется. Сегодня только двое имеют татуировки зорга и змеи на своих руках, но я надеюсь, что в ближайшем будущем они появятся и у вас. Моя цель — объединить хуманов Танола в одно государство и поставить его вровень с империей. У меня был выбор: уничтожить клан «Зорг» или связать с ним свою жизнь. Я не пошел по легкому пути и решил объединить оба клана под своей рукой. Впереди у нас тяжелый путь, но мы пройдем его до конца. Теперь займемся неотложными делами. Изменения в руководстве клана не будет, кроме одного: Колин станет моим наместником в клане «Зорг». В клане «Желтая змея» князем будет сын Стаса Ингур, а пока он не вернулся в клан, замещать его буду я. Ловкай, сколько плыть до Танола?
— Больше трех недель, высокородный.
— Рапар, на какое время хватит продовольствия?
— На полтора месяца, высокородный.
Время поджимало, если срочно не вернуться на Танол, то людям на Теребе просто нечего станет есть, поэтому все мои последующие решения были вынужденными.
— Вопросы есть? — спросил я, но окружающие молчали. — Если нет вопросов, слушайте мой приказ! Колин и Ловкай, завтра сворачиваете лагерь и выдвигаетесь на побережье. Половину продовольствия и лишнее оружие оставляете в замке. Колин, возьмешь с собой два десятка воинов из клана «Желтая змея», для страховки. Ловкай, подберешь полсотни самых надежных бойцов, они останутся со мной, пусть люди привыкают друг к другу. Достопочтенные Алым и Валам, у вас все готово к погребению?
— Все к вечеру будет готово, высокородный, — ответили старейшины.
— Отдадим последнюю дань уважения князю Сигурду — и в путь, у нас много дел на Таноле. Все, на этом совет закончен. Колин, остаешься в лагере, теперь это твой клан и твой дом. Я в замок до вечера.
Выйдя из шатра, я направился в замок под охраной пяти воинов — трех «змей» и двух «зоргов». Никаких трений между бойцами не наблюдалось. Опытные воины сразу нашли общий язык и занялись привычным делом.
— Как тебя зовут? — спросил я воина, зарубившего напарника после боя с Сигурдом.
— Маркус, мой князь.
— Назначаю тебя начальником личной охраны, твоим заместителем будет Курт. Доведете охрану до двенадцати бойцов, поровну из каждого клана. Четверо всегда со мной, четверо на подстраховке, четверо отдыхают.
Я уповал на то, чтобы в клане «Зорг» все решилось в мою пользу, но мне предстояло утрясти еще кучу вопросов в клане «Желтая змея», там еще толком не знали, что произошло в лагере зоргов. У меня были большие надежды на Тузика, вернувшегося в облик дворняги и нарезавшего круги вокруг нашей процессии.
Как ни странно, но после произошедших событий порядок и дисциплина в крепости не нарушились, часовые были на своих постах и бдительно несли службу. Бойцы по лагерю бесцельно не шастали, и никто за мной толпой не бегал, единственное — бойцы, увидев меня, вставали по стойке «смирно». Хуманы есть хуманы, и дисциплина у них впитывалась с молоком матери и кулаком отца.
На мое счастье, в руководстве клана «Желтая змея» к свершившемуся отнеслись довольно спокойно, мне задали всего несколько вопросов по своему новому статусу. Я заверил, что статус моих приближенных только повысится, а известие о возвращении на Танол и прекращении войны обрадовало всех. Я приказал снова собрать людей и лично рассказал подданным о произошедших событиях. Великой радости народ не выказал, но отнесся к окончанию войны с облегчением.
Затем началась суета по подготовке делегации на погребение Сигурда. Время летело стрелой, и мне не удалось даже поесть, заменив еду подзарядкой своей энергетики.
Наступил вечер, я стоял возле погребального костра князя Сигурда и смотрел, как огонь пожирает останки моего врага. После того как были произнесены прощальные речи и закончились погребальные ритуалы, ко мне подошел Колин и позвал на пир, заменявший на Геоне поминки. Мы вместе отправились к шатру, у которого собрались воины, свободные от караула и других обязательных забот службы. Старейшины произнесли короткую речь, и мы сели за стол. Столов хватило только на командиров и старейшин, воины расположились прямо на земле возле скромной еды, разложенной на походных плащах. Я много пил и почти не закусывал, но вино так и не ударило мне в голову. Стресс, накопившийся за день, превратил вино в воду. За полночь я вышел из-за стола и направился в шатер, где заснул на постели покойного Сигурда.
Утром меня будить не стали, и я выспался за все бессонные ночи сразу. В лагере уже вовсю готовились к походу, палатки были свернуты, и Колин с Ловкаем решали какие-то последние вопросы возле выхода из лагеря. Мне доложили о положении дел. Из доклада следовало, что первая сотня уже вышла из лагеря на гать, ведущую к побережью, остальные воины отправятся в путь через полчаса. Я приказал им ждать на побережье прибытия двух дракаров из бухты, но не расслабляться и быть готовым ко всему. Ко мне подбежал командир полусотни зоргов, оставшихся в моем подчинении, и доложил о готовности. Я простился с Колином и Ловкаем и повел свой отряд в замок. По дороге я расспросил начальника охраны о происшествиях за ночь и обрадовался, узнав, что между «зоргами» и «змеями» не произошло ни одной драки.
День закрутился беличьим колесом, и у меня снова не осталось ни одной свободной минуты. Для начала я вместе со всеми «зоргами» и десятью «змеями» направился по горной тропе в бухту к дракарам. Тузик снова куда-то смылся и не откликался на мой зов. В этот раз дорога давалась намного легче — не было на плече тяжеленного метателя, эту бандуру тащила попеременно охрана. К полудню мы спустились по веревкам со скалы в бухту. Я предусмотрительно спустился первым, чтобы Арчер сдуру не натворил глупостей, увидев толпу «зоргов». Конечно, мне не удалось полностью уберечь его от стресса, и он сидел на корме баркаса вылупив глаза и наблюдал, как «зорги» разбегаются по палубам дракаров, готовя их к выходу в море. За время моего отсутствия в бухте ничего экстраординарного не произошло. Все раненые выздоровели, даже боец с отрубленной рукой поднялся на ноги и помогал Арчеру в повседневных делах. Бойцам Арчера удалось почти полностью разгрузить затонувший дракар, и теперь «зорги» пытались его вытащить на берег для починки. Совместными усилиями нам удалось это сделать, и ремонт начался.
Пока воины занимались дракарами, я решил достать метатель из ящика Кионы, который снова спустили со скалы в бухту. Два воина оттащили ящик в дальний конец бухты на площадку, отгороженную обломками скал, и я приступил к работе. Сканирование объекта не выявило ничего не известного мне раньше, кроме одного нюанса. Ящик имел самоликвидатор, устроенный по оригинальному принципу. В металлический шар, наполненный горючей жидкостью, была помещена обмотка с маленьким серым камнем Силы. Эти камни имели природное происхождение, и заряд в них был невелик. Реально заряда хватало только на шокер в медальонах иностранцев или защиту кошельков и оружия от чужих рук, как в моем старом мече. При активации камень разряжался на обмотку, которая мгновенно вспыхивала, как спираль в лампочке, и нагревала жидкость в шаре, которая, закипев, разрывала оболочку давлением образовавшегося пара. Шар имел размер не больше апельсина, и взрыв должен был получиться не очень сильным, но достаточным для уничтожения метателя и колбы с зеленой ядовитой жидкостью. Могли ли сдетонировать заряды в метателе, мне неизвестно, но ядовитого облака с лихвой хватило бы для уничтожения всего живого в радиусе двадцати метров. Ключа от хитроумного замка у меня не было, он утонул вместе с Кионой, поэтому я решил не заморачиваться и срезать петли крышки, предварительно перерезав провод, идущий к самоликвидатору.
Операция по вскрытию ящика прошла успешно, и у меня в руках оказался полевой метатель значительно меньших размеров, чем крепостной. Меня очень обрадовал набор инструментов для ухода за агрегатом, лежащий в кожаной сумке. Заряды находились не в обойме, как в крепостном метателе, а в отдельной коробке, и метатель нужно было зарядить. Хитромудрые имперцы и в этот раз не изменили себе — в ящике лежало десять камней Силы, но заряженными оказались только три. Усмехнувшись, я отправился заряжать камни.