Средневековая история. Тетралогия (СИ)
И от души грохнула об пол, разметав содержимое по полу.
Уберут!
Твою же ж...!
Мужчины обернулись на нее с искренним возмущением, но прежде чем кто-то успел рот открыть - Лилиан Иртон перешла в атаку.
***
- Ваше сиятельство, я сразу же...
- Значит так, - голос Лили не предвещал ничего хорошего. - Вы, господа, сейчас вымоетесь, выстираете свои шмотки - и чтобы я ни одного из вас не видела грязным, рядом с больным. Это первое. Второе. Прежде чем явиться сюда - будете получать разрешение либо от меня, либо от Тахира. Любого, кто придет сюда в наше отсутствие, я прикажу схватить, как отравителя. И третье. Подробно напишете мне, чем и как лечили мальчика. И предоставите образцы лекарств. А сейчас - ВОН!
Сказано было увесисто. А может, убедительности словам придали двое вирман, которые помчались в лазарет вслед за графиней - и сейчас ненавязчиво поигрывали топорами.
Мужчины попятились к двери, даже и не думая убрать за собой.
Лиля проследила гневным взглядом ошметки грязи, падающие с их обуви.
Ей-ей, она бы сейчас приказала вирманам вытереть этими придурками пол. Но с кровати раздался то ли вздох, то ли стон - и графиня забыла обо всем, кроме пациента.
Метнулась к кровати, опустилась рядом на колени.
Мальчик открыл глаза и смотрел вполне осмысленно.
- Кто вы...
- Я - графиня Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон. Вы в моем доме.
- мое имя Амир Гулим. Я старший сын Великого Хангана от его любимой жены Гизъяр.
- а еще у вас сильное отравление. Ну, не настолько сильное, как я ожидала. Но все равно приятного мало. И лечиться придется долго и упорно.
В глазах мальчика (ну не могла Лиля воспринимать его, как взрослого человека, ребенок ведь! Больной ребенок!) что-то блеснуло.
- я полагал, что моя болезнь неизлечима.
- я не стану лгать. Я ждала худшего. Но постараюсь не дать вам умереть. Хотя опасность очень велика.
- Если вы поможете мне, мой отец...
Лиля прикрыла рот мальчика ладонью.
- Помолчи. Сначала выздоровей. А сейчас я буду тебе осматривать. А ты будешь говорить мне, где болит. Понял?
Мальчик кивнул. Неуверенно... еще бы, откуда ему знать про пальпацию, перкуссию, аускультацию - до этих методов здесь еще лет пятьсот расти...
Лиля откинула одеяло - и принялась прощупывать пациента.
- Здесь - больно?
А здесь?
А вот так?
Парнишка краснел и бледнел, но отвечал честно. Задергался он, только когда Лиля стащила одеяло до конца и принялась пощупывать живот.
- да лежи ты смирно, тоже мне - скульптура нашлась, было бы чем любоваться... можно подумать, я голых детей не видела - проворчала Лиля.
И от души чихнула.
Курильница все равно продолжала дымить.
- Окно откройте, - попросила Лиля. И проветрить надо будет.
Воняло, надо сказать, нещадно. И запах какой-то противный... овечий навоз, что ли, туда запихивают?
Даже интересно стало.
Лиля закончила осмотр укрыла пациента одеялом - и кивнула сиделке.
- Молоко, белки, активированный уголь. Если не будет рвать - завтра-послезавтра попробуем дать что-нибудь еще. Пока не стоит, желудок явно отвык от нормальной пищи... тюрю, что ли какую сварить...
Сиделка принялась поить пациента с ложечки разбавленным молоком с белками. Потом скормила адсорбент - и продолжила процесс.
Лиля подошла к курильнице, которую Тахир аккуратно составил в угол у окна, принюхалась...
- Нич-чего не понимаю.
Эх, хорошо было Колобкову с Булочкиным. Полосатого слона в Иртоне она бы нашла. А как найти чем травят мальчишку?
Хм-м...
На стенках курильницы была засохшая корка. Явно что бы тут ни горело, оно осело на стенках.
Травы?
Ага, тогда бы трубки не курили. Если бы такой осадок был.
А что тогда?
Лиля подумала, подозвала Тахира, но и от него внятного ответа не дождалась. Мало ли что... благовония часто жгут. Окуривают дымом священных трав.
Какие травы дают такой налет?
Священные. Однозначно. А уж какие?
Священники как-то не делятся тайнами.
Лиля вздохнула. Стянула со стула полотенце и осторожно завернула в него курильницу. Подумала, вторым куском ткани сгребла с пола весь высыпавшийся мусор.
- Я - в лабораторию.
- Зачем, ваше сиятельство?
- Да есть одна идея...
***
Стоило Лиле выйти из 'палаты', как ее атаковал Лонс Авельс.
- Ваше сиятельство...
- Да?
- я тут письмо написал... вы не посмотрите?
Лиля кивнула.
- Лонс, ты просто чудо.
- Ваше сиятельство, я стараюсь...
Лиля протянула руку за бумагой. Лонс оценил ее первым - и с удовольствием пользовался.
- не поняла?
Письмо начиналось так.
Лэйр Ганц...
- а почему?
По мнению Лили - проще было написать королю. А уж он бы решал...
- Ваше сиятельство, эти вопросы должны решать короли. А вы можете только проинформировать лэйра Ганца и своего отца.
- А не его величество?
Лонс развел руками. Мол - не по чину. Вы хоть и графиня, но король должен писать первым. А ваше дело отвечать по команде. Ну и ладно, вам же хуже!
Лиля сморщила нос. И принялась читать.
Лэйр Ганц.
Довожу до вашего сведения, что ко мне приехал старший сын и наследник Великого Хангана - Амир Гулим. Лечиться у Тахира Джиамана дин Дашшара.
Юноша серьезно болен. Но я буду молиться, чтобы болезнь оставила его.