АН (цикл 11 книг) (СИ)

— Давай уже, прикладывай. Что-нибудь ещё?
— Из необычного есть кое-что, — кивнул Вадим. — Один из наших новеньких бойцов — Архип Семёнов, хотел бы с вами поговорить. Спрашивал, как это можно устроить.
— Да легко, — пожал я плечами. — А какая тема?
— Говорит, важная, но подробностей не даёт.
— Вот как… Семёнов… Семёнов…
— Бывший полицейский. Не из Слуг. О том, что вы собираете бойцов, услышал от коллег и пришёл на собеседование.
— Да, помню, — кивнул я. — Что-то особенное я знать должен?
— Не женат, живёт один. Из родственников только старенькая мать, — отчеканил Наставник.
Молодец Вадим, подготовился, прежде чем ко мне идти.
— Я завтра планировал на тренировочную базу заехать. Он там случайно не будет в это время?
— Будет, — кивнул Вадим. — Значит там и побеседуете?
— Да.
* * *
На следующий день, когда я шёл от ворот школы по аллее к главному корпусу, я поймал себя на мысли, что меня нервирует новый школьный дворник. Такое впечатление, что по сторонам он смотрит больше, чем снег убирает. И дело не в том, что мужик отлынивает от работы… Скорее, кого-то высматривает.
Не меня ли, случаем? Недавнее покушение ещё свежо в моей памяти. Но «Алая Мудрость» — это территория Оболенских, и тут работают люди, проверенные их СБ. Вряд ли Оболенские пустили бы к себе шпионов Канцлера. Всё-таки княжества и великие княжества — это, по сути, государства в государстве.
Хотя и сами Оболенские могут за мной следить…
Правда, много информации дворник не соберёт. Но если он смертник, то может атаковать внезапно…
Но опять же, у Оболенских нет причины меня убивать.
Вот и что о нём думать?
А, к Форкху его!
Мысли о дворнике я закинул куда подальше, решив просто приглядывать за ним «в фоновом режиме».
Когда уроки закончились, я отправился на нашу тренировочную базу.
И вот там сегодня меня ждало чудо! Прямо на моих глазах сидящий в позе для медитаций Глеб засиял! В прямом смысле слова! По его телу пронеслись полупрозрачные голубоватые всполохи!
— Эм… — удивлённо распахнул глаза двоюродный брат. — Неужели?..
— Да! — я быстрым шагом подошёл к нему и Боре. — Поздравляю тебя! Теперь ты — осветлённый с атрибутом «вода»!
— Что, правда? — изумлённо выпалил Боря. — Глеб активировал покров?!
— Да! — повторил я.
— Ура!!! Поздравляю!!! Молодец!!! — заверещал Борис и сгрёб двоюродного брата в объятья. — Круто ты, Глеб! Прямо на свой день рожденья!
— Отличный подарок сам себе устроил! — усмехнулся я.
Да, сегодня нашему двоюродному братцу исполнилось семнадцать лет, и он стал частично совершеннолетним. Вечером у нас запланирован в его честь небольшой семейный праздник.
— Вода… — Глеб расплылся в идиотской улыбке. Ну в самом деле, такое выражение лица больше ожидаешь увидеть от Бориса. — Вода значит… Аск, Боря, я осветлённый! — радостно выпалил он.
Нас облепили бойцы, тренировавшиеся в этот момент в зале, и наперебой стали поздравлять Глеба.
— Да, — в третий раз повторил я. И сейчас мой голос звучал гораздо теплее. — Ты хорошо постарался и достиг цели. Отличная работа!
— Ну-ка, сейчас попробую ещё раз! — Глеб прикрыл глаза и выпрямил спину.
И у него получилось снова активировать покров.
Правда, после этого парень едва сознание не потерял от нахлынувшей усталости, но это естественно для первого раза.
А спустя полчаса на этой же базе у меня состоялся разговор с Архипом Семеновым. Молодой мужчина тридцати трёх лет, высокий и подтянутый, только что закончил тренировочный спарринг, привёл себя в порядок и теперь стоял передо мной на улице, облачённый в синий тренировочный костюм и шапку.
— Холодно поди, — хмыкнул я. — Может, в помещении лучше поговорим? — я кивнул на здание бывшего склада, а ныне «тренировочный зал».
— С вашего позволения, глава, лучше в вашей машине, — обведя округу взглядом, проговорил он.
— О-о-о… — задумчиво протянул я. — Заинтриговал. Ну пойдём, только попрошу Вадима вынести ключи.
— И, если возможно, глава, я хотел бы сперва говорить только с вами, — быстро добавил бывший полицейский.
 
— Нет проблем, — медленно ответил я.
Спустя шесть минут мы с Архипом сидели на заднем сидении моего «РВМ». Двигатель автомобиля был запущен, негромко болтало радио. Я с любопытством смотрел на моего нового бойца, а он с задумчивым видом разглядывал спинку водительского сидения.
— В общем, всё началось три года назад, когда заболела моя мать, — внезапно заговорил мужик. — Случился инсульт, очень неприятный, — поморщился Семёнов. — Без должной реабилитации мама могла потерять зрение, возможно, память, грозил паралич… Тяжёлый случай. А целительницы не хотели её принимать. По крайней мере, сразу. Наверное, вы знаете, что они помогают не всем подряд, а как им Богиня на душу положит? — наконец он посмотрел на меня.
— В основном они помогают детям, — ответил я. — Людям в возрасте редко.
— Вот… — вздохнул мужик. — Другой вариант — лечение у медиков за деньги. Сумма немаленькая — десять тысяч рублей. Но был шанс, что и десяти тысяч не хватит, могло потребоваться больше. Я мог бы продать машину, взять кредит, занять у друзей… Но не пришлось. На службе узнали о моей беде, и однажды меня вызвал к себе полковник. Пиши, говорит, прошение на материальную помощь. Я и написал. А на следующий день ко мне в гости пожаловал человек из дружины хранителей, — Архип снова посмотрел на меня. В его серых глазах читался немой вопрос: «Ну, понимаете?».
— Что было дальше? — ровным тоном спросил я.
— Дальше… А дальше мне прямым текстом сказали, что прошение о материальной помощи одобрят, если я буду глазами и ушами дружинников. И… я согласился.
— Ясно, — всё так же спокойно произнёс я. — Как мать?
— Простите?
— Как мама твоя себя сейчас чувствует?
— А… Спасибо, хорошо. Риск повторного инсульта остаётся, приходится постоянно пить таблетки, но в общем и целом всё в порядке, — произнёс он, а затем встрепенувшись, выпалил: — Глава, неужели вас совсем не волнует то, что я рассказал?
— А главного ты ещё не сказал, — хмыкнул я. — Ну?
Архип снова поморщился и покачал головой.
— Это я сообщил дружинникам, что некоторые мужики из отделения пойдут к вам на собеседование, — вздохнул Архип. — И мне тоже велели идти к вам. Для меня это было шоком… Честно скажу. Но… Мне дали понять, что, если откажусь, на прежнем месте мне служить уже не получится. Я… я сдал некоторых бывших коллег. Один проституток покрывал, другой — наркоторговцев. Дело-то благое сдать мразей, но… — он опять замялся и неопределённо повёл ладонью в воздухе.
— Но даже если ты не нарушаешь, можешь некомфортно чувствовать себя рядом с чужим информатором, — закончил я за Архипа и уставился в окно автомобиля.
Что ж, скорее всего в отделении, где служил Семёнов, просто завели нового информатора, раз уж решили пожертвовать старым. А ещё я более чем уверен, что не только от Архипа дружинники узнали о том, что я собираю бойцов.
Мда… нет у нас собственной контрразведки. Да и разведки тоже. Нищие и девочки в «Кущах» — детский лепет по сравнению с матерыми спецами. Нет ничего удивительного, что мы проглядели засланца.
Хотя я и допускал такой вариант.
— Глава… — отвлёк меня от размышлений голос Архипа. — Я ведь… могу называть вас главой? Или вы… выгоните меня?
Я снова повернулся к Семёнову. Напряжён, растерян… Пытается давить на жалость? Его признание — часть игры дружинников?
Вряд ли.
— Скажи мне, Архип. Почему ты решил мне всё рассказать?
— Потому что я впечатлён! — без раздумий ответил мужчина. — В столь юном возрасте вы добились фантастических высот. Вы набираете силу, и… мне хочется быть частью этой силы. А не докладывать имперским службам о каждом шаге старшеклассника.
Аура значит во время «собеседования» повлияла… Но если бы он был настроен враждебно по отношению ко мне, Аура на него повлияла бы иначе.