"Избранные историко-биографические романы". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)
– Он придет, мадам, – заверила мадам Райе. – Не стоит так волноваться.
– Неужели я никому не могу доверять? – выпалила Мария. Если на Босуэлла нельзя полагаться, то на кого можно? Он один не брал взяток и не предавал ее, несмотря на то что придерживается протестантской веры. Он спас ее от ужаса, посреди которого она оказалась после убийства Риччио.
К ним приблизились двое мужчин грубоватого вида. Один из них имел такую кудрявую рыжую бороду, что она казалась фальшивой. Другой был худым и одет так легко, что Мария усомнилась, горячая ли у него кровь, или же он просто закалился, ночуя в снегу. Она слышала о таких людях.
– Ваше Велич’ство? – спросил бородатый мужчина с сильным шотландским акцентом. Он снял шляпу. – Ваша шхуна ждет у другого причала. Я капитан Уильям Блэкэдер. К вашим услугам.
Блэкэдер? [226] «Человек не может иметь такую фамилию», – подумала Мария. Он выглядел прожженным мерзавцем, ядовитым, как змея.
– Меня послал лорд Босуэлл, – угрюмо добавил он, как будто не считал нужным говорить такие очевидные вещи.
– Да, это сделал я, – голова Босуэлла показалась над краем причальной стенки, на которую он поднялся по железным кольцам. Он выбрался на причал и хлопнул Блэкэдера по плечу.
– Течь заделана? – спросил он и рассмеялся, когда увидел выражение лица Марии. – Я пошутил. По правде говоря, это добрая посудина. Но пират и должен иметь хорошее судно, чтобы заниматься своим ремеслом.
Продолжая смеяться, Босуэлл жестом пригласил Марию и остальных следовать за ним.
– Пойдемте. Все готово, моряки ждут, а прилив на подъеме, – с многозначительным видом он огляделся по сторонам. – Вижу, мне не нужно было приводить такое большое судно.
– Другие приедут потом, – сказала Мария – Возможно, по суше.
– Мы ждем короля? – напрямик спросил он.
– Нет.
– Тогда давайте отправляться.
Он провел их через два причала туда, где была пришвартована аккуратная шхуна. Она называлась «Дерзкий» и имела коричневые паруса. Внезапно Мария вспомнила, что уже слышала это название… это действительно было пиратское судно!
Босуэлл поднялся по трапу перед капитаном. Матросы в домотканых фуфайках тепло и уважительно приветствовали его, а Блэкэдер удостоился лишь сердитых взглядов.
Звучный командный голос Босуэлла далеко разносился над водой, и под скрип канатов при развороте парусов судно тронулось с места почти без усилий. Берег отступил, когда они вышли на фарватер залива Форт. Нет ли движения на дороге? Может быть, Дарнли все-таки прискакал, но слишком поздно?
«Тогда он последует за мной по суше, – с горечью подумала она. – Неужели нет спасения от него, никакой передышки, хотя бы на несколько дней? Его поведение не становится лучше, оно только ухудшается…»
Босуэлл, передавший управление Блэкэдеру, подошел и встал рядом с ней у поручня.
– Скоро мне придется вернуться к исполнению других обязанностей, – сказал он. – Я имею в виду те, что на суше.
– Трудно управлять в двух стихиях одновременно, – заметила она. – Это все равно что предложить морскому змею охотиться в джунглях, а не только в море.
Он издал смешок:
– Меня сравнивали и с худшими существами, чем морской змей, так что я промолчу. Сейчас на границе нужна дисциплина и тяжелая рука. С тех пор как лорд Джеймс принял участие в первом мятеже, там мало порядка. Проще говоря, боюсь, они совсем отбились от рук. Я могу вершить суд от своего имени, но на самом деле им необходимо присутствие монарха. Вам следует приехать туда, чтобы осудить худших преступников и повесить их на месте. Они не поймут ничего другого. Там уже несколько лет никого не вешали, осталась лишь кровная вражда и убийства.
– Вы в самом деле думаете, что мне следует отправиться туда?
Солнце взошло, и его лучи проложили на воде сияющую дорожку. Мария откинула капюшон, и ветер прикоснулся к ее волосам. Постепенно начинало теплеть.
– Да. Им нужно знать, что у них есть королева. Сейчас они считают, что не должны отвечать ни перед кем, кроме главы своего клана. В некотором смысле они отвечают передо мной – то есть перед моей превосходящей силой. Но они должны ощутить ваше присутствие. Я обеспечу их послушание, если вы будете судить их.
– И вешать? Вы хотите, чтобы я это делала?
– Это единственный способ привлечь их внимание, – он снова рассмеялся.
– Так можно заслужить их ненависть, но не уважение, – возразила она.
– На границе это одно и то же. Кроме того, когда они увидят вас, то могут проникнуться к вам верностью. Это сентиментальные и по-своему учтивые парни. Вы можете завоевать их сердца.
– Улыбками и красивыми словами или казнями и побоями?
– Вы можете попробовать то и другое и выбрать более эффективный метод.
Она не могла понять, шутит ли он или говорит серьезно.
– Я приеду после того, как вы обложите бандитов, воров и убийц.
– Прекрасное задание. Итак, я буду стараться в меру своих сил, пока вы будете радоваться летним вечерам и лесным тропам в Аллоа, – он отвернулся от поручня и подал сигнал одному из моряков.
– Возможно, вам тоже стоит остаться в Аллоа на несколько дней. Мы можем многое обсудить… я хочу, чтобы вы рассказали мне о пограничных землях. Вы знаете их лучше любого другого, а мне нужно учиться.
– Вы никогда не поймете Приграничье, – ответил он. – Это невозможно для постороннего человека.
– Я больше не собираюсь это терпеть! – выкрикнула она. – Все называют меня «посторонней» и пользуются этим как предлогом для того, чтобы я оставалась в неведении! «Вы не понимаете Шотландию, потому что выросли во Франции!» – с точными интонациями передразнила она. – «Вы не понимаете Писания, потому что вы католичка!» «Вы не разбираетесь в войне, потому что вы женщина!» «Вам нельзя доверить управление страной, потому что вы не знаете ее!» Вот что я вам скажу: посторонний человек может узнать больше, чем любой местный, где бы он ни жил!
Босуэлл выглядел так, словно ее слова отбросили его на несколько дюймов в сторону.
– Хорошо сказано. Значит, вы понимаете. В некотором отношении я тоже посторонний. Да, вы правы – нам нужно подробнее обсудить это… но в другой раз. Когда вы собираетесь приехать на границу и осудить моих злодеев?
* * *Через неделю Дарнли прибыл в Аллоа. До тех пор Мария могла наслаждаться свободой от него – свободой, которую она воспринимала как должное до знакомства с ним, но это было другое ощущение.
Она сидела во дворе замка и наблюдала за соколами, кружившими в голубом небе с мелкими облаками, когда лорд Эрскин вышел наружу.
– Гонец сообщил мне, что сегодня утром король покинул Эдинбург. Полагаю, мы можем ожидать его к вечеру.
Как подобало всем, кто играл в эту игру, он не гримасничал и не вкладывал в свои слова какого-то особого выражения. Его длинное лицо, выглядевшее скорбным при нормальных обстоятельствах, сейчас имело такое же выражение.
– Понятно. Спасибо, что сообщили.
Мария попыталась прочитать что-либо еще на лице Эрскина. Она знала его очень долго: в детстве его отец был одним из ее личных стражей, а он с самого начала состоял у нее при дворе. Но он также являлся дядей лорда Джеймса и одним из первых лордов Конгрегации. Некоторым образом все тайны и противоречия Шотландии соединились в этом непостижимом человеке. «Если бы я смогла понять его, то поняла бы все остальное», – подумала Мария.
– Ваше Величество, должен ли я приготовить для него покои, соседние с вашими?
– Нет. Я предпочитаю, чтобы мы находились подальше друг от друга.
– Как пожелаете, – он низко поклонился. – Я очень рад вашему приезду! – неожиданно добавил он.
– Я тоже.
Она не покривила душой. Свежий воздух, тишина, покой и сон быстро восстанавливали ее силы. А Эрскин, который стал стражем и хранителем ее главной драгоценности – маленького принца, – имел возможность нянчить ребенка, играть с ним и наблюдать за ним, как за обычным ребенком.