Ангелотворец

Эдвард Кастенмейер из «Кнопфа» и Джейсон Артур из издательства «Уильям Хайнеманн» оттачивали на мне черную магию, пускали в ход древние Кузнечные заклятья, чтобы подтолкнуть меня в верном направлении, и иногда – Розеттский камень, чтобы меня понять. С этой книгой (и, быть может, с ее автором) им пришлось изрядно попотеть, но в результате получилась именно та история, которую я хотел рассказать. Ничто не доставляет писателю столько удовольствия, сколько хорошая редактура. (Хм, ладно, вру. Правильнее сказать: за очевидными исключениями, ничто не приносит писателю столько удовольствия).
Великолепную обложку для американского издания, созданную Джейсоном Буэром, я увидел одним весьма мрачным днем 2011 года и сразу почувствовал, что книге быть. Лучезарная обложка Глена О’Нила для английского издания появилась несколькими месяцами позже, и честное слово, я до сих пор не могу определиться, какая из них лучше.
Джон Д. Сар из Вашингтонского университета любезно проконсультировал меня по вопросам, касающимся подводных лодок и переохлажденных жидкостей, но я не замедлил пренебречь научными фактами во имя остросюжетности. Все равно выражаю Джону свою благодарность и заодно передаю горячий привет его юристу, лабрадору-ретриверу по кличке Грейп.
В кафе «Ginger&White» мне предоставляли чай и место за столиком; ничего сверх того писателю часто и не требуется.
Я рос в доме, полном историй; некоторые из этих историй были про жуликов и преступный мир, другие – про дерзкие затеи и безрассудство, но все они были одинаково чудесны. Тем, кто, сидя за нашим столом, находил время рассказать байку-другую маленькому серьезному мальчику, – огромное спасибо.
Пока эту книгу редактировали, родилась моя дочь Клеменси. Весила она приблизительно как рукопись, но сил и времени требовала куда больше. Теперь следами ее крошечных ножек отмечена вся моя жизнь, а в рукописи «Ангелотворца» она наследила буквально: на страницах 92, 307 и 513. Спасибо тебе, медвежонок.