Бешеная скорость (СИ)

 Дженнифер улыбнулась. 
 - Гены, мама, от них никуда не денешься. 
 - Тогда где же в тебе мои гены? – Улыбнулась Пэгги. – Или ты переняла у меня лишь неудачи в личной жизни? – Эти слова заставили улыбку её матери мгновенно померкнуть. - Если это так, милая, то мне очень жаль, что я передала это тебе по наследству… 
 - Нет, мама, не говори так, - Дженнифер сильнее сжала материнскую ладонь.  
 - Знаешь, каждый день я молю Бога о том, чтобы он послал тебе прекрасного человека, который любил бы тебя больше жизни. И каждый день прошу Его уберечь от моих ошибок, - Дженнифер хотела было ответить, но Пэгги не позволила ей. - Обещай мне, что не повторишь мою Судьбу. Обещай, что никогда не примешь решения, которое сделает тебя несчастной.  
 - Мама… 
 Рука её матери ласково скользнула по её щеке, и Дженнифер прижала её своей ладонью, не желая расставаться с этим теплом. Она заметила, как в глазах её родного человека заблестели слезы. 
 - Я могу все пережить и вынести. Но не хочу знать, что кто-то причиняет тебе боль, - Пэгги медленно завертела головой. - Для матери нет большего горя, чем видеть, как страдает её ребенок.  
 Дженнифер быстро закивала, чувствуя, как что-то начинает тянуть в области груди, а затем ощутила, как по её щеке скатилась одинокая слеза. 
 - Я обещаю, мама… твои дети будут самыми счастливыми. 
 Пэгги улыбнулась сквозь слезы, а затем со всей заботой и любовью заправила выбившийся темный локон за её ухо. 
 - Я люблю тебя, милая. 
 - И я тебя, мама, - она бросилась в её объятия, позволяя своим слезам частично выплеснуться наружу. Она не должна была плакать. Не должна была оголять своих чувств. Но ощущала, что с каждой секундой ей становится все труднее сдерживать свои эмоции. Особенно при маме и особенно после тех слов беспокойства, которые так сильно терзали её материнское сердце.  
 - Полно, дочка. Ну-ну… не плачь, дорогая, - Пэгги гладила её по голове, и Дженнифер чувствовала, как успокаивается. Никакие объятия на свете не могут быть роднее и ближе, чем объятия матери. Они самый искренний и самый бесценный наш подарок. - Милая, - она слегка отстранилась, но только лишь для того, чтобы обхватить своими ладонями её лицо и смахнуть слезы с влажных щек. - Тебе ещё предстоит долгий и трудный день в редакции, а ты уже раскисла. Все станут называть тебя Грозным Кислым Лимоном, как когда-то называли твою тетю, когда она, не высыпаясь, бродила по офису и нагоняла страх на всех без исключения. 
 Эти слова заставили Дженнифер улыбнуться, и её мама тоже не удержалась от улыбки. 
 - Вот так уже лучше, - Пэгги улыбнулась шире, а затем сказала: - выпей кофе и беги на работу. А я поеду к своему внуку, по которому я безумно соскучилась! 
 - Ты даже не позавтракаешь? – спросила Дженнифер, тут же прекращая улыбаться. 
 - Нет, милая, и не уговаривай, - настаивала она, - у тебя и без меня полно незавершенных дел, - улыбка матери заставила Дженнифер замереть, но она не позволила ей задать вопроса, потому что быстро продолжила. - Обо мне не волнуйся, я уже позвонила Сарочке, она ждет меня со своими фирменными вафлями. Приезжай вечером после работы, я скажу Максу, чтобы приготовил твою любимую лазанью. 
 - Хорошо, - снова улыбаясь, кивнула она, - я постараюсь. 
 
 - Значит, договорились. 
 - Я провожу тебя, - Дженнифер направилась в сторону двери, невольно кинув взгляд на платяной шкаф и немного нервно поправляя свой халат. Дилан слышал их разговор… слышал все от начала и до конца, и не было и шанса, что он упустил хотя бы одно произнесенное слово. Она не знала, хорошо это было или плохо, но в одном была уверена наверняка – этого было уже не исправить. 
 Пэгги открыла входную дверь, заставляя Дженнифер ощутить легкую прохладу, проникающую в дом, и отвлекая её от уносящих её вдаль мыслей. 
 - Мама… 
 Пэгги обернулась, так и не выйдя за порог. 
 - Да, милая? 
 Дженнифер немного замялась, чувствуя, как душно становится в помещении, не смотря на ветерок, а затем скрестила руки на груди и подняла голову вверх, встречаясь с теплыми материнскими глазами. 
 - Как женщине понять, что мужчина готов быть рядом с ней? – Её шепот был неуверенным, и каждое слово отзывалось какой-то невыносимой мукой в сердце. - Я хочу сказать, что он готов… - её рот беспомощно открывался и закрывался, и она никак не могла закончить предложение до конца. 
 - …связать с ней свою жизнь? – Пришла ей на помощь Пэгги. Дженнифер выдохнула, а затем осторожно кивнула. Так осторожно, что этот жест могла бы понять лишь мать. И никто иной. Женщина сделала несколько шагов вперед и снова встала рядом с дочерью. – Порой, нам бывает очень непросто понять мужчин, милая. Так же, как и им бывает непросто понять нас. Бог учел это, когда создавал два настолько неодинаковых создания, которые испокон веков являются дополнением друг друга. Мы настолько разные, что очень часто задаемся вопросом: «А сможем ли когда-нибудь сосуществовать бок о бок? Сможем ли когда-нибудь жить в мире и согласии?» - но даже не задумываемся о том, что если бы ответ на этот вопрос был отрицательным, то Богу пришлось бы признать свою ошибку. А Бог никогда не ошибается, дорогая. Он создал мужчину и женщину, как две половинки одного целого. А для того, чтобы они чувствовали это – дал им сердце. Ты можешь ответить на этот вопрос лишь прислушавшись к себе. Лишь дав своим чувствам возможность говорить за тебя.  
 - А если… если я боюсь совершить ошибку? Боюсь сделать неосторожный шаг и потерять что-то важное, без чего не смогу жить? 
 Пэгги взяла руки дочери в свои ладони и крепко сжала их. 
 - Жизнь никогда не дает нам испытаний, через которые мы не смогли бы пройти. Это люди сдаются, потому что теряют веру. – Дженнифер опустила голову вниз, но Пэгги приподняла её за подбородок, заставляя посмотреть ей в глаза. - Если ты что-то потеряешь, значит, это никогда тебе не принадлежало. Только истинные отношения могут выдержать абсолютно всё. Включая нелепые ошибки и неосторожные шаги. 
 Дженнифер кивнула так же легко, как и в первый раз, а затем Пэгги улыбнулась и, в последний раз, задержав на дочери свой взгляд, вышла за дверь. 
 - И милая, - она слегка развернулась в пол оборота, - я думаю, что тебе стоит позаботиться о вентиляции в своем шкафу, - её губы тронула улыбка, которая заставила Дженнифер мгновенно замереть. - Кто знает, как долго продлится наш следующий разговор. 
 Когда она, наконец, покинула её этаж, Дженнифер пришло на ум лишь два простых слова: