Екатерина Вторая и Г. А. Потемкин. Личная переписка (1769-1791)
594. Екатерина II — Г.А. Потемкину
25. VII.1780
Автограф. РГАДА. Ф. 5. Д. 85. Ч. 1. Л. 95.
Публикация — СБРИО, Т. 42. С. 407.
1 Буде обер-полицмейстер Лопухин Ранцова не сыщет… в трое сутки от сего 25 ч. июля… — Лопухин Петр Васильевич (1753–1827) — обер-полицмейстер Петербурга. В разговоре с А.В. Храповицким Екатерина говорит о Лопухине: с ним «часто бранились, но он никогда не прятался» (ДХ, 26.III.1786). При Екатерине II имел чин генерал-поручика и служил московским губернатором. При Павле I стал генерал-прокурором, князем, был награжден орденом Св. Андрея Превозванного, что объяснялось влюбленностью императора в его дочь Анну. При Александре I Лопухин сохранил свое положение: был министром юстиции, председателем Государственного Совета и Комитета министров. Екатерина требует отыскать подполковника Ивана Романовича Ранцова (Ронцова), побочного сына графа Р.И. Воронцова, который в апреле 1780 г. приехал в Лондон в качестве специального курьера. Рекомендации графа С.Р. Воронцова (брата по отцу) открыли перед Ронцовым двери знатнейших домов Англии. Проводя время в развлечениях и праздности, Ронцов оказался участником бунта лорда Джорджа Гордона, известного демагога, поднявшего движение за уничтожение в Англии католических церквей. 22.V/2.VI.1780 предводимые им толпы маршировали к парламенту для подачи петиции, а 3 числа начались беспорядки, вылившиеся в погромы католических церквей и домов, принадлежавших католикам. Были подожжены и открыты лондонские тюрьмы, совершены нападения на Английский банк и другие общественные здания. При подавлении беспорядков было убито и ранено 1450 человек. Гордон был предан суду, прощен, служил по дипломатической части, затем по возвращении домой снова был арестован и провел пять лет в тюрьме. Ронцов, как следует из его показаний губернатору Д.В. Волкову, сначала был зрителем, но увлеченный «таковым развращенным сборищем… выступил он прямо из здравого разума и как антузиан (энтузиаст. — В.Л.) по молодости своей или, лутче сказать, по ветренности, сняв с себя шляпу, тут же с тою толпою закричал Ура!» «Первый российский революционер» принял участие в разгроме одной из церквей и был схвачен. И.М. Симолин (посланник) добился его освобождения и приказал ему немедленно покинуть Англию. Ронцов тайно прибыл в Кронштадт под именем российского купца Ивана Степанова и пытался получить (через друзей) у Н.И. Панина паспорт, но тот отказал. Слухи о его «подвигах» будоражили высший свет, и в Кронштадт стали приезжать друзья Ронцова, которым он сочинил легенду о давнем знакомстве с Гордоном якобы желавшим сыграть роль Кромвеля. «Лгал для того, чтоб они не сочли его дураком», — признается Ронцов следствию. Полиция сумела узнать о его пребывании и доложила императрице. См. письмо № 595 и примеч. к нему.
595. Екатерина II — Г.А. Потемкину
27. VII.1780
Автограф. РГАДА.Ф. 5. Д. 85. Ч. 1. Л. 109.
Публикация — СБРИО. Т. 42. С. 408.
Николай Петрович Архаров (1742–1814) — генерал-майор и московский обер-полицмейстер. Выдвинулся во время подавления чумного бунта в 1771 г. и наведения порядка в Москве. Екатерина ценила его за расторопность и умение говорить с простым народом. Архаров служил губернатором в Москве (1782), генерал-губернатором Новгородского и Тверского наместничеств (1784–1796). Смерть Екатерины застала его генерал-губернатором Петербурга. Павел I уволил Архарова в отставку. Полицейские получили в народе прозвище «архаровцев» по имени своего начальника. Недовольная Лопухиным, Екатерина хотела вызвать Архарова, для розыска Ронцова, но тот был арестован в загородном доме своей матери полицейским офицером 27.VII и доставлен к губернатору Д.В. Волкову, а от него к генерал-прокурору, где его допрашивал С.И. Шешковский. Екатерина лично интересовалась следствием. Убедившись в глупости «революционера», императрица распорядилась отправить его к отцу с запрещением въезжать в резиденции своего пребывания и жить не ближе ста верст от них. (Приведенные сведения о показаниях Ронцова и приговоре ему содержаться в его следственном деле, оконченном 5.Х.1780 г. РГАДА. Ф. 7. Д. 2545.) Ронцов жил в пензенском имении отца и даже был избран предводителем дворянства по Пензенскому наместничеству (см. примеч. 2 к письму № 875).
596. Екатерина II — Г.А. Потемкину
До 26.VIII.1780
Автограф. ГА РФ. Ф. 728. Оп. 1. Д. 416. Л. 21.
Публикуется впервые.
1 Жалею, батинька, что ты не очень здоров. — Корберон сообщает, что 6/17 августа 1780 г. «Государыня вернулась в Царское Село…после обеда, но как она уехала поздно, то думают, что она была в Озерках, на даче Князя Потемкина, объявить ему о смерти его матери. Другие говорят, что это известие передала ему его племянница и что он горько плакал. Этот Князь ко всем своим недостаткам и качествам присоединяет сентиментальность, что кажется несообразностью» (РА, 1911, № 6. С. 188).
2…при приезде насл[едного] принца Прусского… — Фридрих II, встревоженный переговорами Екатерины с австрийским императором, пытался перехватить инициативу. Гаррис пишет о секретном поручении прусского короля графу Герцу, посланному в Петербург: передать Потемкину собственноручное письмо Фридриха II, в котором король обещал содействовать планам князя относительно Курляндии и вызывался быть его гарантом перед наследником престола Павлом Петровичем в случае смерти Екатерины II. За это Потемкин должен был содействовать сохранению союза России с Пруссией. «Князь Потемкин говорит и действует вполне искренно, — сообщил Гаррису информатор, близкий к Потемкину. — Он не любит французов, предубежден против прусского короля и остается глух к предложениям, сделанным ему за последнее время этим монархом. Но его симпатии к Англии не так велики, чтобы он преодолел для нее свою лень и безпечность; он может выйти из своей инертности только в том случае, если его вынудит к тому противодействие графа Панина» (PC, 1908, № 9. С. 439). Фридрих II направил в Петербург своего племянника Фридриха-Вильгельма (1744–1797), который прибыл 26.VIII.1780. Он был принят с подобающими почестями (Гаррис злорадно пишет о холодном приеме и чуть ли не об унижениях, которым подвергся прусский принц со стороны Екатерины и Потемкина. Но это следует отнести на счет его враждебности к Пруссии, отказавшейся поддержать Англию в трудные для нее времена). Однако разрушить оформлявшийся русско-австрийский союз ему не удалось. Визит Фридриха-Вильгельма затянулся до 1 октября и, как пишет Румянцеву Завадовский, «им до бесконечности скучали» (Письма Завадовского. С. 35). Вступив в 1786 г. на престол, Фридрих-Вильгельм II сделался противником Екатерины.