На задворках галактики. Трилогия (СИ)

Женщина! Надо же какое чудо чудное.
Лицо вошедшей показалось ему доброжелательным и сразу вызвало к её обладательнице расположение. И внимание читалось в её глазах, и забота, да и черты сами по себе миловидны.
Как впервые оказался здесь Масканин не помнил. Видать сознание потерял во время того допроса. Но что каким–то образом оказался в больничном заведении, это он сообразил ещё когда впервые оклемался, а теперь же окончательно уверился в этом. Медсестра? А кто же ещё? Ни кем иным, кроме как сестрой–сиделкой вошедшая быть не могла.
Женщина неспешно подкатила тележку к кровати, затем привычным движением вскрыла лежавшую на подносе упаковку, извлекла влажную салфетку и старательно смочила ей губы Максима. Когда он почувствовал на губах влагу, понял насколько обезвожен. Язык с трудом ворочался во рту и практически не слушался. Горло словно песком забитое, больно отзывалось на все потуги овладеть мышцами. Странно, ещё полминуты назад этой адской жажды не ощущалось.
Сестра завела свою руку Масканину под затылок и приподняла его голову над подушкой. Второй рукой она приставила к его губам большой стеклянный стакан. Максим жадно выхлебал всё содержимое лишь под конец различив лёгкий сладковатый привкус напитка. Тут же ощутил возвращение сил, а вместе с ними вновь заявил о себе голод. Тарелочки к этому моменту уже были освобождены от колпаков. Масканин ел быстро, почти не различая вкуса представленных желеобразных блюд. Всё вытеснили запахи и зверский аппетит. Пища несомненно вкусна, однако сейчас он был бы не менее рад, окажись перед ним всего лишь банка простой тушёнки.
Насытившись и повеселев, Максим попытался заговорить, но предательский язык почему–то до сих пор плохо подчинялся. С большим усилием удалось выдать только сиплые звуки. Медсестра склонилась над ним. Он повторил попытку, на этот раз более успешную:
— Д-давно я здесь?
— Третий день, сударь… Вы почти всё время спали. Это нормально, — сообщила она доверительно. — Так всегда после полной очистки организма.
— А сколько?…
— Всего в карантине вы проведёте десять дней. Восстановитесь, окрепните и больше никто вас здесь держать не будет.
— А где мой… Где Михалыч?
— Ваш товарищ в соседней палате, — её лицо вдруг стало строгим. — Больше никаких вопросов. Будьте благоразумны, сударь. Отдыхайте и ни о чём не тревожтесь.
Последние её слова он слышал как из–под воды. Видимо в напитке присутствовало снотворное. По телу уже растекалось блаженное тепло, он понял что начинает засыпать…
Хельга устало отложила папку с пронумерованными отчётами исследовательских групп. Помассировала виски, пытаясь снять накопившееся напряжение. Тщетно. Да и голова разболелась не на шутку. Так не пойдет. Нужен отдых. Но отдыхать нет времени, работы навалом.
Она закрыла глаза и расслабилась в кресле, поудобней приняв позу. Мысли исчезли, перестало существовать и всё вокруг, в сознании пустота. Дальше она начала оперировать одними образами, войдя в активную фазу транса. Спустя три минуты реального времени от головной боли не осталось и следа. Ушла и усталость.
Хельга открыла глаза. Взгляд напоролся на недопитую чашку с чаем, о котором она совершенно забыла, вчитываясь в отчёты. Она сделала глоток. Фу, гадость какая! Чай давно остыл, а холодный она не переваривала.
— Серёжа, — обратилась она по селектору к сотруднику, совмещающему должности лаборанта и её личного секретаря, зачастую сопровождавшего многие отчёты удобоваримыми пояснениями.
— Слушаю, командор.
— Принесите поступившие донесения от проходчиков. И чаю, будьте добры.
— Сию минуту.
Когда бумаги легли на стол, она бегло просмотрела те, что относились к патрулированию. Без происшествий — и ладненько. В оставшемся донесении сообщалось, что демонтаж оборудования наконец–то завершён. Нет, что ни говори, а удачно всё–таки получилось, что этот прохвост Дрик наткнулся на эту парочку беглецов. Прямо перст судьбы какой–то. За последние, кажется, лет шестьдесят, не было найдено ничего ценного из прошлой эпохи. И вот в случайно обнаруженных руинах, которых в Пустошах не мало, сохранилось мало того, что древнее оборудование, так ещё и массивы информации. Какой информации — это второй вопрос. Но в любом случае знания древних — это возможный козырь в существующем технологическом балансе в этом мире. Теперь у неё новая, так сказать, радостная забота: организовать доставку оборудования в Светлоярск, в котором должно быть уже потирали в предвкушении руки все те кто имел доступ к тайнам этого мира. Надо бы ещё выдать нашему Дрику что–нибудь особенное в качестве поощрения. Ладно, подумаем над этим позже, решила она. А сейчас надо заняться беглецами. Особенно одним из них.
 
Хельга не удержалась и достала из секретера древний клинок. Не смотря на кажущуюся несуразность, он восхитил её с первого взгляда. А потом ещё больше, когда она немного повозившись открыла его секрет. Молекулярный резак. Она знала ему цену. В галактике нынче ценность невообразимая. Не то чтобы делать их разучились после Упадка, нет не разучились. Вернее научились заново. Ценность же этого в его в древности. И в назначении. Такими вещами награждали. В том что у вещей есть душа Хельга не сомневалась. Может быть клинок сам нашёл нового владельца, всё может быть.
Глядя на клинок, она задумалась. Вспомнилась несколько неожиданная шифрограмма, в которой говорилось, что в процедуре ментосканирования Масканина были допущены некоторые ошибки. Рекомендовалось проверить один из считывающих блоков и провести процедуру повторно. Ошибки! Какие тут к чёрту могут быть ошибки? Процедуру проводил опытный персонал, другого на базе быть не могло. Специалисты не ошиблись на Бражникове, да и ранее не ошибались. А вот на Масканине видите ли ошиблись.
"Не так всё просто с этим Масканиным, — подумала Хельга, поигрывая клинком, словно ребёнок игрушкой. — Амнезия амнезией, а технику не обманешь… Если не знаешь как".
 
Шифрограмма №510/2
 
"Срочно!
 
28.08.153 Светлоярск. Комете
 
По вашему запросу удалось установить:
 
Бражников Борислав Михайлович,….
 
Масканин Максим Еремеевич, 29.03.127 г. р., уроженец хутора Высоковский Зареченского уезда Вольногорской губернии, родовой вольногор, образование высшее.
 
В 143–145 г. г. проходил действительную срочную службу в 7–м ЕВП 2–й ЕВД Старградского Военного Округа.
 
В 145–147 г. г. состоял в студенческой леворадикальной организации, дважды задерживался жандармерией, привлекался к административной ответственности. Позже разочаровался в левых идеях и порвал прежние связи.
 
В действующую армию вступил в феврале 150–го добровольцем. С февраля 150–го по октябрь 151–го вольноопределяющийся 7–го ЕВП, с октября 151–го приказом по 2–й ЕВД произведён в чин подпрапорщика с назначением на должность командира взвода. С января 152–го прапорщик, с апреля 152–го подпоручик, командир полуроты. С ноября 152–го поручик, командир роты.
 
Награждён солдатской "Вишней" и знаком "15 штыковых". Имеет три представления к "Георгию" 4–й степени, не удовлетворённые по причине неуживчивого характера.
 
С 29–го января 153–го числится без вести пропавшим в бою под Тарной.
 
По данным полкового особиста, за Масканиным не раз отмечались интересующие нас навыки и способности, как то: владение боевой яростью и начатками самоцелительства.
 
В связи с выше перечисленным по Масканину М. Е. предлагаю:
 
1. тщательно и всесторонне провести комплекс исследования по программе ГМС [2]
  
2. скрытно провести оценку его тонкостного восприятия
 
3.1. в случае благополучного результата всячески содействовать его скорейшему вступлению в наши ряды.
 
3.2. в случае выявления инородной сущности изыскать способ умерщвления с сохранением целостной структуры головного мозга.
 
Острецов"