Купленная ночь (СИ)

И его открытая ладонь опустилась на поверхность стола, отчего неприбранные к месту бумаги, всколыхнулись ворохом.
Уитни вздрогнула и быстро выдохнула:
— Так.
Он мотнул головой, словно до конца не веря её признанию.
— Ты намеревалась отправиться на поиски отца. Стефани Кларисси, — он говорил, точно камни кидал. — Начиталась Древних Летописей. Он — тоже. Решил разыскать таинственный остров Тезоратль, где, по легендам, живут загадочные существа, едва ли не самые древние на земле… А чтобы попасть на Тезоратль, необходимо пройти мимо Призрачного Стража, что стоит во Вратах Киёно, которому, если верить тем же Летописям, в жертву приносили девственниц. И до сих пор он любит калечить их… Страшная история на ночь, многими людьми принимаемая на веру. А ещё в тех древних фолиантах говорится, что Призрачный Страж не пускает в город женщин, что не отдадут дань ему — своё тело. Уитни, какой же маразм… Это же книги. Просто книги. Легенды.
Каждое его слово, произнесенное ровным, но жестким тоном, непреодолимой тяжестью опускались на плечи Уитни. У него в голове сложилась вся мозаика, а у неё?
У неё тоже…
— Но не все легенды — небылицы, — негромко возразила она, сжав с силой подол накидки.
— Не все.
— И Тезоратль существует.
Она не спрашивала, она утверждала.
Да, и у неё мозаика сложилась. Теперь она знала, кем является зверь Редраса.
— Существует.
Взгляд Киана становился всё тяжелее.
— И ты… Ты там был. Раз знаешь и про Врата и про Стража, — Уитни нервно сглотнула. — И про меня всё понял.
— Не просто был, — бросил коротко, ожесточенно. — Я там живу.
Сердце вовсе перестало стучать, а кровь загрохотала в висках.
— Киан… Тогда получается… Про отца…Ты же догадался… Он пропал без вести…
— Он не пропал без вести. Уитни, он погиб.
Девушка медленно покачала головой.
— Нет… Не погиб… Я бы почувствовала.
— Уитни. Я и мои люди хоронили экипаж «Стока». Никто не выжил. Никто. И я помню мужчину со светлыми волосами, что сжимал в кулаке карточку с изображением милой девчушки лет десяти.
Мир покачнулся.
И погас.
  
Глава 21
 
Уитни знала лишь одно — если её сейчас кто-то посмеет остановить, тот горько пожалеет. В возвращенном ридикюле покоился револьвер. И она, доведенная до отчаяния, готова была его применить.
Даже так.
— Мы не договорили.
И он ещё её удерживает…
Он, который всё знал!
Знал про отца.
И молчал.
Не чувствуя под собой ног, Уитни поднялась.
— Ты мог сказать…
— Разговора не было. Мало ли, зачем тебе понадобилось терять девственность…
И правда. Мало ли…
Уитни покачала головой.
— Забудь. И не подходи… Никогда.
Он не стал её останавливать. Встал и протянул ридикюль. И лишь позже она вспомнит, что билет на ЕГО корабль остался у него.
Она шла, не разбирая дороги.
Не видя никого и ничего.
Да, она глупая… Очень глупая.
Что рискнула всем.
Будущим. Семьей.
Ради отца. Ради призрачной мечты, что он жив. Просто не может вернуться домой…
И потерпела неудачу.
Крах. Всему.
Стало холодно. Она даже не поняла, когда. Лишь ощутила, как её сотрясает мелкая дрожь.
Оглядевшись, с удивлением отметила, что ночь спустилась на Бьюри, и сама девушка находится в незнакомом районе города. Как она сюда попала — не помнила. Узкие улочки, высокие, нависающие своими тремя этажами дома кварталов бедняков, с обшарпанными косыми балкончиками. Тонкая полоска замутненного от испарения звездного неба. Всё давило неизвестностью и замкнутостью. Говорили, что в таких кварталах, случайно заблудившись, пропадали путники. Хотя теперь, в современном мире людей и нелюдей, всеобщего уважения к закону подобные россказни были похожи на страшилки для маленьких детишек. Да, были бы похожи, если бы Уитни сейчас находилась в своей постели под теплым одеялом и читала про всё это легенду, запивая только что испеченное овсяное печенье теплым коровьим молоком… Но теперь она быстрым шагом, почти бегом, испуганно озираясь, старалась выбраться. В тупиках, натыкалась на веревки с постиранным бельем, казалось, выхода из этих трущоб не будет. Неожиданно, улицы стали шире, а дома ниже и приличнее. Уитни задыхалась от страха и отчаяния…
Богиня, да что же так всё беспросветно?!
Хотелось кричать. Громко. Как в детстве. Или упасть на кровать и рыдать, не стесняясь своих слез. Рыдать до тех пор, пока не покинут силы и не провалишься в спасительный сон без сновидений.
Уитни встрепенулась. Да, правильно, ей надо домой. В свой дом.
Оглядевшись по сторонам, с сожалением поняла, что по-прежнему не может сориентироваться, где находится. Редкие дома, мелькающие за деревьями, были однотипными и, в основном, одноэтажными. Несколько закрытых лавок. Узкие улицы без экипажей.
И куда принесли её ноги?
Душевное состояние требовало реабилитации. Хотя бы тепла и уюта собственного будуара.
Уитни снова осмотрелась и поёжилась. Район, вроде бы, тихий, это хорошо, но где гарантия, что он тихий, что здесь в вечернее время суток не промышляет банда головорезов? Надо срочно отсюда выбираться. Вопрос — как?
Выбора особого не было, поэтому Уитни решила постучаться в первый приглянувшийся дом и узнать, где можно поймать экипаж. Тот, что позаимствовала у Редраса, так и остался стоять у пристани.
При воспоминании о Киане в груди зажгло. Она ещё не до конца понимала причину своей злости на него, но пока точно знала — видеть его не желала. Вроде бы, он ни в чем не виноват… Да, он знал и жил на этом загадочном Тезоратле, будь он неладен! Хранил и оберегал его секреты, традиции. Даже был частью острова! Но про отца он должен был ей сказать…
С другой, более логичной, стороны. У них с Кианом ни разу не было ни одного разговора про отца, и он вполне мог решить, что она знает о его гибели, и не заводил разговор, чтобы не бередить старые раны.