Куда идем мы… - 3 (СИ)

И действительно, пятнадцатью минутами ранее Псих объяснял товарищам тактику предстоящего боя:
– Я ведь не случайно полез с ним на кулачках биться. Дело в том, что у меня «рукопашный бой» на максимум прокачан. В этой дисциплине побить меня могут максимум пара десятков созданий – те, у кого прокачка под капу на великий природный талант наложилась. Вы сами видели – поначалу он действительно мне проигрывал, но потом пробормотал заклинание и начал меня теснить. Что это значит? Почти наверняка это означает, что артефакт работает в разных режимах, от самого слабого до предельно высокого, при котором ворованными навыками ты начинаешь владеть лучше, чем твой противник. Это первое. Второе – в разговоре с лосем Носорог проговорился, что артефакту нужна зарядка. Логично предположить, что при более продвинутом режиме обруч разряжается быстрее. Заметьте, все свои бои с нами он заканчивал очень быстро, и сразу же после завершения уходил. Таким образом, наша задача становится предельно простой – втянуть его в затяжной бой, в ходе которого разрядить проклятый обруч. После чего, думаю, победить его не составит труда. Главное – предварительно хорошо его разозлить.
Последнее Психу удалось без труда. Пришедший мстить Носорог и без того был на грани нервного срыва, а насмешки Психа и наречение живым покойником окончательно сорвали однорогому резьбу. Даже не дослушав, он страшно заревел и кинулся на Психа.
Начался смертный бой.
 
 
Лютая ярость душой Носорога владела,
 
Бросился он на волшебника – мудрого Психа.
 
Оба противника, равно могучи и смелы,
 
В гневе великом друг другу наносят удары.
 
Палица психова хлещет, как хвост у дракона,
 
Словно живая, кидается влево и вправо,
 
Вьется копье, от нее отлетая со звоном,
 
Мечется, жертву приметившим грозным удавом.
 
Страшные звуки, рожденные битвой жестокой,
 
Вихрем промчались от края земли и до края;
 
Птицы умолкли, журчать перестали потоки,
 
Замерли реки, тому поединку внимая.
 
Мглой непроглядной оделись высокие горы,
 
Скрылись долины за серой туманной завесой,
 
Юркнули змеи в свои потаенные норы,
 
Звери укрылись в чащобах притихшего леса.
 
Только доносятся битвы глухие раскаты,
 
Только доносятся вопли и хохот безумный.
 
 
Носорог действительно дрался как сумасшедший, бешенным натиском почти подавив Психа. Обезьян держался из последних сил – но держался.
Тогда Индрик решил зайти с козырей и выхватил белый обруч.
Но бывший настороже Псих мгновенно спрятал свой железный посох и бросился наутек. Носорог кинулся за ним, пытаясь добить – правда, для этого ему пришлось спрятать обруч. Вот только добить Психа ему не дали – дорогу владельцу волшебного артефакта заступил Мбеле и битва продолжилась в новом составе.
Через пять минут Мбеле сменил Мбвана, которого в свою очередь подменил отдохнувший Псих.
Дураком Носорог не был, поэтому, разгадав замысел приятелей, побледнел. Остаться в живых он мог, только спрыгнув с этой смертоносной карусели, которую ему устроили трое обезьянов.
Нельзя сказать, что он не пытался это сделать – он честно пытался.
Вот только при попытке сбежать на его пути неизменно возникал кто-нибудь из друзей и приходилось продолжать бой. Однорогий попробовал включить артефакт на полную мощность, чтобы стать сильнее и закончить поединок чистой победой – но противники за счет своего высокого класса умудрялись продержаться в обороне минут пять, а то и десять, после чего благополучно менялись и все приходилось начинать сначала.
Носорог попытался было не прятать обруч, надеясь захватить оружие противника – но тогда Сидящий Орел начал поливать его огнем. Не посылал огненных созданий, а просто, как огнеметчик, направлял на него струю пламени, спасти от которой мог только пожирающий огонь артефакт. Но вот беда – пока артефакт нейтрализовывал пламя, его владельца начинал сзади охаживать кулаками кто-нибудь из бойцов.
 
Носорог бился с мужеством отчаяния, но выхода у него не было.
Псих все рассчитал – и однорогий демон неизбежно проигрывал этот бой и свою жизнь.
* * *
Артефакт разрядился, когда с Носорогом бился Мбеле. Выхваченный обруч вдруг рассыпался серебряной пылью, а однорогий демон упал на колени, как будто из него выдернули стержень.
Упускать такие подарки судьбы Мбеле разучился еще в раннем детстве. Меч низкорослого обезьяна сверкнул прыгнувшей рыбой, и голова однорогого покатилась по снежному насту.
Он действительно не был носорогом. Как и все демоны, он после смерти вернулся в свое изначальное состояние, и голова, невидящими глазами уставившаяся в низкое свинцово-серое сибирское небо, была головой молодого африканского буйвола – но действительно однорогого от рождения. Генетический дефект какой-то.
– Проверь его, – напомнил приятелю Мбвана.
Мбеле привычно охлопал тело и покачал головой.
– Пустой. Артефакт рассыпался, а больше у него ничего не осталось.
– Интересно, где он взял такое сокровище? – вслух подумал Мбвана. – Невероятной ведь ценности вещь. Попади этот артефакт к Масамбе или тому же Штанскому, думаю, политическая карта изрядно перекроилась бы.
– Боюсь, мы этого никогда не узнаем, – Псих подошел к голове и прекратил рассматривание неба, закрыв глаза веками. – Все это приключение – как обломок. Часть длинной истории, в которой мы увидели только финал. А саундтреком будет старая песня Юры-музыканта «Я получил эту роль, мне выпал счастливый билет».
– Жаль пацана немного, – кивнул Мбвана. – Надо бы его похоронить, что ли? Небесталанный был и помер не стыдно.
– Я сожгу тело, – пообещал молчаливый Сидящий Орел.
А Мбвана подумал и добавил:
– Но в целом – да и пес с ним. Не он первый, не он последний. Сколько мы таких покорителей мира уже в землю зарыли…
– Да, дофига, – согласился Псих. – Ладно, пойду я своих из подвала доставать. Оружие трофейное поделите. Мне долю не откладывайте, у Босса из-за трофеев Святость падает.
– Давай, брат, увидимся, – помахал лапищей Мбвана.
А Мбеле добавил:
– Брат, ты зови, не стесняйся, если тема интересная будет.
Псих хмыкнул:
– Я монах, у меня денег по определению не бывает. А на вас – так без вариантов. Импосибл, нигга.
Мбеле обнажил в улыбке белоснежные зубы, а Мбвана заржал:
– Да мы за интерес сработаем. Там, наверху, скукота зеленая. А у тебя, я гляжу, зачетная движуха.
  
Глава семьдесят третья. Алаево, Яр
 
(в которой наших героев настигает неожиданная напасть)
д. Алаево,
Юргинского сектора
Кемеровской локации.
56°09′ с. ш. 84°54′ в. д.
Тот был непохож на самого себя. Обычно молчаливый и покладистый аутист кипятился, ругался и бунтовал, отказываясь идти к переправе:
– Зачем мы туда идем? Нам нельзя идти к этим ведьмам, потому что мы монахи. Нас там съедят, а то и что похуже. Потому что они ведьмы, а мы – монахи. Это только Псих может туда пойти, потому что он плохой монах и полный псих. Никто не ходит к ведьмам, тем более – добровольно, потому что у людей и демонов есть мозги! И только у Психа монолитная голова, раз уж он собрался идти к ведьмам! Босс, хоть ты ему скажи!
 
Четвертый ничего не понимал и вертел головой, переводя взгляд с Психа на Тота обратно:
– Погодите! – прервал он, наконец, этот монолог. – Мы закончили свои дела в Кузбассе, Псих с друзьями одолел босса локации – фальшивого Носорога, потом мы посетили Кемерово, нам отсыпали кучу очков, больше нам там делать было нечего, и мы двинулись дальше – так?