Прости мне мои грехи. Книга 2
ПРОЛОГ
POV Ребекка
Если лекарство от всех проблем и болезней и существует, то название ему одно - и это "путешествие".
Сама мысль о том, что всего десять часов в небе, и вот я уже за океаном в совершенно новой для меня точке земного шара, снимает первые признаки и симптомы заболевания, а именно: жар, лихорадку, ломку и постоянно всплывающие воспоминания, терзающие и без того измученную душу двадцать четыре часа в сутки.
Само предвкушение того, что целый месяц я буду предоставлена сама себе, и Коул, родители, сокурсники и прочите мои знакомые даже не подумают встретиться мне на одном из берегов Сены, как волшебная микстура действует на мой организм.
Месяц, в котором буду только я, лучшие Европейские магазины, лавандовые макаруны в каноне с марципановыми круассанами, Шарлотта Бронте, читаемая мной в одном из самых красивейших парков Парижа, булыжные мостовые, по которым так и хочется пройтись босиком... Эдэм на земле определённо есть, и для меня это не Рим, как утверждают историки.
А он - мой Париж и весь лазурный берег Франции и даже маленькое государство Монако, куда я еще намеревалась отправиться.
Даже любимые лодочки не натирали ноги, в то время как я, вооружившись кредиткой и хорошим настроением, совершала набеги в такие магазины, как Chanel и Louis Vuitton. Шопинг всегда помогал мне создать иллюзию того, что у меня прекрасная жизнь. Казалось бы, протянул карточку, приобрел очередную ненужную тряпку, и жизнь прекрасна. Но правда состояла в том, что это была всего лишь иллюзия, хоть приятная и многообещающая, но все-таки иллюзия.
Тряпка в последствии становилась лохмотьями, иллюзия "жизни моей мечты" рушилась, а я оставалась такой же, как и прежде - мерзкой, пустой, но зато с сумочкой от Michael Kors.
И все же сейчас это все было мне просто необходимо. В душе я даже была благодарна Коулу за то, что он в который раз раздавил меня, и это послужило последней каплей - я просто собрала свои вещи и уехала на другой конец света. Единственная проблема была в том, что мне было необходимо куда-то деть Зевса. Он был совершенно не рад тому, что целый месяц ему придется провести в приюте для домашних животных, но, тем не менее, оставлять его на попечении у Элины было бы еще хуже. Она уж точно бы не упустила шанса отыграться на песике за меня.
Проходя мимо одной из витрин, держа в руках огромные блестящие пакеты, я замерла, заметив свое отражение в прозрачном стекле панорамы магазина Tiffany. Бирюзовый цвет этой марки всегда привлекал мое внимание, и на этот раз я тоже не осталась равнодушной. За последний месяц я даже немного изменилась: постоянное стервозное выражение моего лица теперь иногда сменялось приветливой улыбкой, которая почти не выглядела натянутой. Лекарство действительно помогало. По крайней мере с внешней стороны. Демоны были усыплены, Коул забыт, и даже ошибки моего прошлого превратились в тени, перестав быть разрывающими воспоминаниями.
Лишь на время.
Вдруг я увидела на стекле отражение пары серых, как сталь, глаз, стремительно направленных на меня. Взгляд был лишь мгновением, продлившимся целую вечность, но он был достаточно пронзительным и настоящим, чтобы испугать меня. Рука молодого человека поправляла воротник его полурасстегнутой белой рубашки, из-под верхних пуговиц которой вырисовывался вытатуированный орел на его груди.
Я наблюдал за тобой.
Голос Коула пронзает мои барабанные перепонки, и, морщась от безмолвного крика ужаса, я оборачиваюсь, неловко выронив все пакеты из моих рук. Едва справляясь с тяжелым дыханием, понимаю, что за спиной моей никого нет - лишь толпы туристов и дружелюбных Парижан, спешащих кто куда. Никому не было дела до девушки, которая нелепо распластала дорогие покупки прямо в сердце Елисейских полей.
- Коул... - захлебнувшись, прошептала я, наклонившись, чтобы поднять пакеты. Одержимая паранойей, быстро осмотрелась по сторонам: никого даже чуть-чуть похожего на Коула в поле зрения не было. Более того, вокруг меня и вовсе не было мужчин.
Если честно, я очень хотела встретить здесь кого-нибудь нового, кто сможет зажечь мое сердце. Того, кто сможет навсегда избавить меня от мыслей о Коуле и укрыть от всех проблем, что навалились на меня за последнее время. Того, кто будет воспитанным, сдержанным и учтивым. Адекватным. Кого-то, кто будет полной противоположностью Коулу. Даже мое воображение рисовало мужчину похожего на Николаса - только такого, который ничего бы обо мне не знал. Ник был действительно хорошим вариантом для меня, да только он уже во мне разочаровался, и оправдываться за свои поступки перед ним я не собиралась.
Я хотела нового человека в своей жизни. Нового мужчину.
Того, перед кем я смогу предстать чистой и светлой. Начать все заново, без тайн и скелетов в шкафу. Я просто стала бы новой Ребеккой Картер - такой, которой я, наверное, всегда и хотела быть.
Быть достаточно хорошей. Достойной чего-то большего, чем одинокие скитания по жизни, разбавленные приключениями с местным тираном.
Мои мысли прервал телефонный звонок - Elle Golding - Handong On, - и, еле удерживая в руках покупки и телефон, я с трудом зажала его между ухом и плечом.
- Доброе утро, Бекс. - На другом конце провода я услышала сонный голос своей новой знакомой - Мерседес. По всей видимости, утро у нее начиналось в три часа дня в самый разгар моего обеденного шопинга.
- Ага, и тебе доброе "утро". Ты в курсе который час, или все это время ты не выбиралась из постели красавчика, с которым познакомилась вчера?
- Слава Богу, он покинул меня еще на рассвете. - Ее голос уже звучал уже гораздо бодрее. - Ведь это значит, что мы с тобой совершенно свободны и сегодня же отправляемся в Монте-Карло. Вечером.
- Что? - Я нахмурилась, параллельно прикидывая в уме, сколько мест еще не обошла в Париже. Но я же смогу к ним вернутся позднее после небольших выходных в Монако?
Я надеюсь.
- Я не хочу это обсуждать. Я жду тебя у Оперы Гарнье, оттуда мы отправимся в аэропорт, который в два счета доставит нас на Лазурное побережье. И не забудь приготовить парочку вечерних платьев для похода в казино.
Мерседес свалилась на мою голову внезапно - как бы нелепо это не звучало, но мы познакомились в одном из магазинов. Нам приглянулась одна и та же сумочка, которая оставалась в единственном экземпляре, и мы потратили около пятнадцати минут на спор о том, кто же из нас будет ей обладать. Я напирала на нее в своей привычной стервозной манере, но и та оказалась не промах. Поскольку для этой девушки я была, по сути, "никем", она совершенно не стеснялась в выражениях, чем меня и зацепила.
Было, наконец, приятно встретить настоящую личность, а не просто куклу, которая в очередной раз заняла бы место моей "подруги" и поддакивала всякий раз, когда мне это было необходимо.