Сведи меня с ума

– Мой отец принял… несколько необычных финансовых решений, что обернулось так называемым уклонением от уплаты налогов, и сейчас он ждет решение суда. Но он не плохой человек – просто принял несколько неправильных решений.
Бедный парень, видимо, не знал, что сказать, но я не могла остановиться и продолжала говорить (это моя вечная проблема):
– Нам пришлось продать все, что нам принадлежало, вплоть до мебели, чтобы покрыть налоги и оплату юридических услуг. Моя мама переехала обратно к бабушке, которая ей сказала: «Я говорила тебе не выходить за Бофорта» и предложила мне выскочить за старого промышленного магната из ее дома отдыха, но я отказалась от этого. Я предпочту быть бедной, чем стать трофейной женой.
– Я не виню тебя.
– Потом у нас была большая ссора, так как моя семья не привыкла к тому, что я могу постоять за себя. Они думали, что я сделаю так, как они мне сказали, потому что я всегда должна была это делать. Но не в тот раз.
Я приподняла голову.
– На этот раз я сделала то, чего хотела.
– И что это?
– Начать все заново в новом месте. Я собираюсь начать свой бизнес.
– Какого рода бизнес?
– Пекарня.
– Пекарня? – Гриффин казался действительно удивленным.
– Почему нет?
– Они сказали, я должна поступить в университет и выбрать подходящую специальность, вроде истории или французского языка. Поэтому я поступила.
– На какую именно специальность?
– Французский язык, – сказала я, хитро улыбнувшись. – И в течение первого курса, будучи за границей, я тайно посещала курсы французской выпечки. Конечно же после выпускного класса я получила тепленькое местечко, которое хотели для меня родители, жила в квартире, которую они мне предоставили, и посещала все скучные культурные мероприятия, на которых они настаивали, где пила дорогое шампанское, танцевала с мужчинами в костюмах и делала вид, что весело проводила время.
– Звучит как истязание.
– Так и было, – сказала я, хотя, возможно, парень пошутил.
– А внутри я медленно умирала и продолжала себя спрашивать: «И это все? Я собираюсь до конца своих дней скучать и быть нереализованной? Быть богатой равноценно продаже моей души!»
– Я не знаю. Твоя душа, вероятно, гораздо дороже моей.
– Поэтому я решила сделать что-то с этим и несколько лет тайно работала на кухне одной кофейни по утрам, с пяти до восьми. Затем я приезжала домой, переодевалась и приезжала в офис к девяти. Никто из моей семьи не знал об этом.
– Я рад за тебя, – он усмехнулся, и я заметила у него ямочку на щеке.
– Что в этом забавного?
– Я не знаю.
Он снова поправил свою бейсболку.
– Просто тот факт, что тебе нужно было скрывать от родителей свою работу.
– Не в том случае, когда это мои родители. Как бы то ни было, в моей жизни случился резкий поворот событий, и я восприняла это как знак, что мне нужно убежать от своей прошлой жизни и начать новую в новом месте. Вот чем я, собственно говоря, и занимаюсь.
– Удачи.
– Спасибо.
Я изучила его лицо и ждала, когда он начнет рассказывать свою историю. Было бы вежливо ответить тем же, верно?
– Та-а-ак, – настаивала я.
– Так – что?
– Так что насчет тебя?
– Я механик. Мои родители приняли это.
Я ожидала продолжения.
– И это все?
– Это все.
– Ты всегда хотел быть механиком?
Он посмотрел на меня со странным выражением лица.
– Ты много говоришь.
– Диалог – это забытое искусство.
– Я думаю, ты воскресила его.
Я вздохнула, опустив тему про искусство, и начала обсуждать более практичные вещи.
– Как сильно разбилась моя машина? Дорого будет ее чинить? Сколько времени это займет?
– Сложно сказать.
Он подошел и осмотрел мою «Эм-Джи», затем встал на четвереньки и посмотрел на нее снизу.
– Из-за ямы, через которую ты проехала, тебе, несомненно, нужна новая шина, а еще немного заделать передний край, но я думаю, тебе также нужно починить тормозную систему. Это старая машина?
– Старая.
– Знаешь, какого года?
– Я думаю, 1971-го.
Он посмотрел на меня.
– Ты думаешь?
Я пожала плечами.
 
– Это то, что сказал парень.
– Какой парень?
– Парень, который продал мне ее на той неделе. Я купила ее по выгодной цене, потому что какое-то время она стояла у него в гараже.
– О боже.
Гриффин встал на ноги и отряхнул руки.
– Я осмотрю ее завтра. Чтобы удостовериться, что все в порядке.
– Но сколько это будет стоить? Я уже говорила, что сейчас не совсем на плаву.
– Мы что-нибудь придумаем.
Он посмотрел в сторону паба и почесал шею. Его одежда была немного запачканной, и выглядел он так, словно уже до этого вспотел, но я восхищалась его широкими плечами и красивым телом. Бьюсь об заклад, у него даже были кубики на животе. Я никогда еще не видела их вживую, но мне казалось, что он был из тех парней, у которых они были.
– Не хочешь присесть? – Я отодвинулась на противоположный край скамейки, чтобы освободить ему место.
Он подошел и присел, сложив руки у груди.
– Спасибо.
Я не могла оторвать взгляд от его мускулистых, накачанных рук.
– Спасибо, кстати, что не дал мне упасть на землю. У тебя, похоже, быстрая реакция.
Он пожал плечами.
– Просто хороший инстинкт.
Мы сидели в тишине некоторое время, и я посмотрела налево, а потом и направо.
– Какой милый небольшой городок. Ты здесь вырос?
– Да.
Я ждала, когда он спросит, где выросла я.
Гриффин не спросил.
– Бель Мид, Теннесси. – Я все равно сказала. – Вот откуда я родом. И я направляюсь в место под названием «Кловерлейт Фармс».
– Никогда не слышал о таком.
– Правда? – спросила я, нахмурив брови. – Черт, надеюсь, я на правильном пути.
– Где это находится?
– На полуострове Лиланау.
Он кивнул.
– Ты на правильном пути. Это в трех часах езды отсюда на юг.
– Фух, – сказала я, стянув перчатки с рук и помахав ими, словно веером, перед лицом.
Через минуту он спросил:
– Ты переезжаешь на ферму?
Я засмеялась.
– Это тебя удивило?
– На самом деле да.
– Ну, это не только ферма. Это еще отель с винным домом и рестораном. Мы с семьей Сойеров останавливались там несколько лет назад на свадьбе, и я влюбилась в это место. Оно необычайно красиво. И оно вызвало у меня прекраснейшие теплые чувства. Если место могло любить тебя в ответ или словно отрастить руки и обнять тебя – вот это было как раз такого рода место. Поэтому я еду туда.
– Почувствовать объятья.
Я не могла понять, прикалывался Гриффин надо мной или нет.
– Да, если я снова это почувствую, то узнаю, где мое место.
– Звучит так, словно ты уже все распланировала.
Это было не так, но я скрестила пальцы и надеялась, что парень был прав.
– Эй. Извини, что так долго. – Офицер Митчелл и его темноволосый друг прибежали обратно. – Моретти флиртовал с официанткой.
– Что еще нового? – пробормотал Гриффин, приподнимаясь со скамейки.
– Слушай, я заполучил номер на пять минут быстрее, чем обычно, – сказал Моретти. – Пожалуйста.
Гриффин закатил глаза.
– Я вернусь в гараж и вызову эвакуатор. Буду через десять минут.
– Звучит круто.
Коул сел на скамейку, и мы втроем наблюдали, как Гриффин бежал через улицу и садился в белый грузовик.
– Не волнуйся ни о чем, – сказал Моретти. – Гриффин – самый лучший механик. Он в два счета починит тебе машину.
– Я надеюсь, – сказала я. – Думаете, он сможет сегодня ее починить?
– Если кто и сможет это сделать, так это Гриффин.
Офицер Митчелл говорил убедительно, и я выдохнула с облегчением.
Сильные руки Гриффина казались способными на подобное.
– Готова ехать? – спросил меня Гриффин, как только они с парнями закончили прицеплять мою «Эм-Джи» к буксиру. Им потребовалось немало усилий из-за того, что машина находилась под странным углом, в котором я, хм, «припарковалась».