Твои

 6 
 
— Привет, — я по привычке касаюсь щеки Алексея губами и, забрав из его рук пакетс провизией, приглашающе киваю вглубь квартиры. — Проходи. Будешь кофе?
— Не откажусь, — басит он, следуя за мной.
Вот на что я первое обратила внимание в нем — это голос. Низкий такой, очень мужской. А уже потом приметила все остальное. Лешу можно охарактеризовать как самца группы альфа. В пользу этого говорит все: высокий рост, волевые черты лица, брутальные повадки и хорошие крупные ладони.
Я заприметила его, а он, в свою очередь, заприметил меня и, как истинный альфа, моментально начал осаду.
Осада осадой, но мои стены тоже не из папье-маше сделаны. Времена легкомысленных связей остались в прошлом, а если говорить точнее — до рождения Полины. Мы с Алексеем разок сходили в кино, на следующий день он пригласил меня в клуб, но я отказалась. Какой мне клуб с четырехлеткой, ждущей дома? Через день он позвал в ресторан, а я и тут не смогла — у Поли утренник был и нужно было печенья испечь. В общем, по пути из пункта А в пункт Б возникла явная проблема. Алексей хотел встречаться как все нормальные люди — поромантичнее и почаще, а я не могла этого сделать из-за дочери.
Честно говоря, я бы на его месте давно плюнула на все и удрала куда подальше: с его-то данными проблем с поиском той, что «без прицепа», уж точно не будет. Но Алексей оказался упрямым и вот уже год ко мне раз в неделю приезжает. Среда — единственный день, в который я позволяю себе побыть не мамой Полины, а свободной и в меру развязной женщиной.
— Ты руки-то помыл? — со смехом уворачиваюсь от его объятий. — Иди, а я пока кофе нам сделаю.
— Там вино в пакете, — подсказывает Алексей, отступая и убирая руки в карманы. — Для настроения.
— Да, кстати. Тут такое дело: сегодня у тебя остаться не получится.
Алексей выглядит удивленным и разочарованным одновременно, поэтому мне приходится пояснить:
— Отец Полины в городе. Они сейчас в кино, и в девять он должен привезти ее обратно.
— Ясно, — кивает он через паузу. — Я так понимаю, что у нас всего пара часов? Чем займемся?
— Может быть кино посмотрим? — со слабой улыбкой предлагаю я. — Сто лет перед телеком не сидела.
Алексей соглашается, и после выпитого кофе и съеденных бутербродов мы перемещаемся на диван в гостиную. И пусть идея с фильмом принадлежит мне, удерживать внимание на экране едва ли получается. Я не могу не думать о том, что Алексей, сидящий рядом, просто терпит мелькающие кадры, тогда как на деле с большим удовольствием очутился где-то в другом месте. А еще представляю Полину, которая весело уминает попкорн к компании своего обаятельного папаши и влюбляется в него еще больше, потому что он нашел время отвести ее желанный мультик, а я — нет. Вот я курица(ахаха, спасибо, девчонки — прим. автора) Нужно было перенести встречу с Алексеем на завтра, а сегодня пойти в кино с ними. Тогда мысленного раздрая бы значительно поубавилось.
— Извини, ладно? — бормочу я, когда мы с Алексеем стоим в прихожей. Он — в пиджаке и ботинках, я — в домашних штанах и футболке «У кого сиськи — тот и прав».
Это торжество быдло-юмора, подарок двоюродной сестры на день рождения, я надевала всего дважды: первый раз когда делала генеральную уборку — потому что надеялась безвозвратно испортить ее отбеливателем, и сегодня, когда во время просмотра кино пролила на себя кофе. Просто эта безвкусная тряпка стала первым, что попалось на глаза.
— Все нормально, — сухо отзывается Алексей. — Созвонимся.
От вида его поджатых губ угрызения совести моментально как рукой снимает. Либо психани уже и выскажи все, что не устраивает, либо уж держи лицо как следует. А вот этот недовольный полуфабрикат не нужно мне на прощанье демонстрировать. Я в конце концов на шею никому не вешаюсь с просьбой меня не бросать. Сам же принял такие условия: детей всегда пропускать вперед.
Но чтобы не заканчивать вечер на паршивой ноте, решаю быть выше раздражения и, поднявшись на цыпочках, чмокаю Алексея в щеку.
 
— Не обижайся, ладно? На следующей неделе наверстаем.
Сдержанно кивнув, он берется за дверную ручку, но выйти не успевает. Потому что в дверь раздается звонок.
 7 
 
Я застываю как олениха, которую по коварному стечению обстоятельств ослепило светом фар при попытке перебежать дорогу. Время еще девяти нет. Чего Роберт с Полинкой так рано вернулись? Или это не они, а заплутавший курьер из доставки?
— Откроешь? — неживым голосом осведомляется Алексей.
На секунду у меня мелькает дурацкая мысль затолкать его в шкаф. Но не для того, чтобы спрятать, а чтобы глупых вопросов не задавал.
Оттеснив его в сторону, я щелкаю замком. На пороге, как и ожидалось, стоят Роберт и сияющая Полина в до неприличия огромной короне на голове. В одной руке у нее ведерко с попкорном, в другой — плюшевый медведь с носом, по странности расположенным между глаз.
— Мам, смотри, что мне Роберт выиграл! — без прелюдии верещит она, впихивая его мне в руку. — Он все мячи в корзину попал, и потом какая-то тетя попросила у него автограф.
Я же говорю, что мужчина с дочкой — это как пресс Криса Хэмсворта: не оставляет равнодушным никого.
— Классная футболка, Рада, — довольно скалится Роберт, красноречиво уставившись в прилично натянутую надпись. Помимо того, что Римма выбрала откровенно паршивый подарок, она еще и с размером промахнулась.
И до того, как я успеваю осадить его взглядом, запускает руку в карман и выдергивает оттуда здоровенную упаковку мармеладных червей.
— Мы принесли взятку. Пустишь?
— Только сначала меня не забудь выпустить, — эффектно подает голос Алексей, решивший, что пора перестать томиться за дверью.
Все, что мне остается — это широко и по-идиотски улыбаться тому, как брови Роберта дергаются в удивлении и как выразительно закатывает глаза Полина. Этой бесполезной привычке она у меня научилась.
— Роберт, это Алексей, моя друг, — с фальшивой бодростью в голосе тараторю я. — Алексей, это Роберт, отец моей дочери. Я тебе про него говорила, помнишь? С Полиной вы уже знакомы.
Ну как уж знакомы. Виделись пару раз и то, скорее, по случайности. Не то, чтобы я хотела его спрятать, но и знакомить с дочерью не горела желанием. Ей пока и одного гостевого папы хватает.
Роберт находится первым и вытягивает вперед руку. Алексей после короткой заминки ее пожимает. Я же, глядя на них, вдруг испытываю странное удовлетворение оттого, что внешне ни один из них другу другу не уступает. И пусть мозгов за эти годы не сильно-то и прибыло, но хороший вкус по-прежнему остается со мной.
Секунды сменяют одна другую, а они никак не перестанут здороваться. Я обеспокоено поглядываю на их сцепленные ладони. Да ладно? Вены друг другу пережать решили?
— Приятно познакомиться, Алексей, — с улыбкой говорит Роберт, наконец отступая назад. — А попроще как-то можно называть?
Я со вздохом закатываю глаза. Серьезно? Хочет поискать производные от имени «Алексей»? Леха и Леша. Ни тем, ни другим Алексей вряд ли позволит себя называть.
— Алеша, — подсказывает Полина, плотоядно оскалив зубки.
— Точно. Какая ты сообразительная, зайчонок. — Ласково потрепав ее по плечу, Роберт стреляет смеющимся взглядом в меня. — И ведь не поспоришь.
— Предпочитаю полным именем, — сухо бросает Алексей и, развернувшись, гладит ладонью мою щеку. — Я пойду. Созвонимся, малыш.
— Созвонимся, — натянуто улыбаюсь я. Не люблю я эти детские прозвища, и он кстати об этом прекрасно знает.
Дверь за Алексеем захлопывается, оставляя меня наедине с тандемом заговорщиков. Вставив руки в бока, я сверлю Роберт взглядом, гневно транслируя: Ну и что ты тут устроил?
— Вернемся к взятке, — будто не заметив моего предупреждения, весело произносит он. — Чаем-то угостишь или Алеша все выпил?
 8