Изнасилование (СИ)

 Йесон, водя пальцами по моей спине, будто рисуя на ней райские узоры, погладив лопатки, добрался до шнуровки платья и начал освобождать меня от него. Первые минуты дискомфорта, когда я, словно слепая, боялась пошевелиться, сменились приливом тепла, легкой невесомостью и постепенным растворением в мире звуков, запахов и касаний. Дорогой аромат горного воздуха, свежести, терпких нот и капли горькой сладости, который источала туалетная вода Йесона, щекотала мне ноздри, кружа голову. Я полностью доверилась его рукам.
 Свадебное платье упало с меня на пол, и я осталась в нижнем белье и чулках. Губы Йесона впились в мочку уха и от неё плавно опустились, не пропустив не миллиметра, к складке между грудями. Его ладони проскользили по моим бокам и, взяв мои руки, положили себе на рубашку.
 - Расстегивай, - подсказал он. Чуть дрожа, я стала нащупывать пуговицы, одну за другой, с каждой новой справляясь всё лучше. Я уперлась в ремень и, потянув за материю, выправила из-за него низ рубашки, распахнув её до конца. Муж бездействовал, на время передав инициативу мне. Я потянула с него прочь одежду и приникла к его раздетой груди. Прощупывая каждую клетку его тела, я обвела руками плечи, предплечья, живот Йесона. Ничего не говорило о том, что у него есть какие-то дефекты. Кроме слегка выпирающего шрама на ребрах, который я ему оставила, я не нашла ничего, как и в прошлый раз. Я засмеялась.
 - В чем дело? – удивился Йесон, вернувшись в игру «потрогай свою вторую половинку» и приник поцелуем в ямочку между ключицами.
 - Я начинаю думать, что у тебя где-нибудь на копчике татуировка в виде сердечка или что-то в этом роде. Честно, я не буду над этим смеяться!
 - Ты уже смеешься, - подхватил меня на руки Йесон – твои шансы посмотреть на меня стремительно падают.
 Он осторожно положил меня на супружеское ложе, и я спиной почувствовала прохладу шелковых простыней. Я не хотела размыкать рук, обвивших его шею, но он ласково освободился и расстегнул на мне бюстгальтер. Через пару мгновений на моей груди очутились его уверенные руки, и я почувствовала, как иногда их место занимает язык, выводя круги вокруг сосков, а потом и весь рот, покусывая и посасывая их. Йесон положил мою ладонь на свою пряжку.
 - Потренируйся пока, - поцеловал он меня в висок, а сам за чем-то потянулся, судя по движению.
 Я вспомнила, как у меня ничего не вышло в прошлый раз, и подключила вторую руку. С закрытыми глазами, не имея практики, мне это показалось неразрешимой головоломкой.
 - Йесон, у меня ничего не получится! – возилась я с металлическими деталями.
 - Маленькая моя, нельзя так быстро сдаваться, - вдруг по мне запорхала стая бабочек, такое было ощущение.
 - Что это? – ахнула я.
 - Всего лишь прикосновение лебединого пера, - Йесон прошелся им по моему животу, ребрам, груди и рукам, от основания до запястий. А потом повел обратно. Это было удивительное чувство. Не столько щекочущее, сколько возбуждающее до мурашек по коже. Я, наконец-то, расстегнула ремень и вынула его, кинув в сторону, отдаваясь ласкам и желая насладиться ими сполна. Йесон был прав: с закрытыми глазами эмоции нарастали в два раза быстрее. Вся сенсорика организма подлаживалась под восприятие мира через касание, не отвлекаясь на то, чтобы отображать картинки.
 Я услышала, как муж снял брюки, и появилось дикое желание сорвать галстук и уставиться на него, в оба глаза. Но мы с ним всегда сдерживали обещания. Впрочем, бывали и исключения, но тогда второй тут же придумывал коварную месть и отыгрывался. Идеальная семейка.
 Он потянул за мои трусики, и я приподняла бедра, помогая от них избавиться. Кружево скользнуло по ногам и исчезло.
 - Не испугайся, - предупредил Йесон – сейчас будут взбитые сливки.
 С характерным шипением баллончика, я со стоном приняла на себя тонкую дорожку холодной сладости. От шеи до самого низа, где она оборвалась на границе половых губ.
 - А потом будет лед? – томно потянулась я.
 - Нет, морозить я тебя в ближайшие месяцы никак не буду, - начав с глубокого поцелуя в губы, Йесон стал собирать языком взбитые сливки, тщательно вылизывая каждую каплю, каждый липкий остаток. Пока он дошел до конца, я уже извивалась как змея, не находя себе места от этой роскошной сексуальной пытки.
 - Йесон, - потянула я его вверх, обхватывая ногами – возьми же уже меня!
 - Опять торопишься? – с усмешкой заметил он, ложась между моих бедер и покрывая лицо поцелуями. На мой живот легло его жаждущее и пульсирующее естество – Потерпи.
 - Потерпеть? – я запустила язык ему в ухо и просунула свою руку между нами, взяв в неё член. Йесон промычал. Я слегка сдавила хватку, провела туда-обратно, пробежалась пальцами по головке и вновь обхватила с небольшим нажимом. Йесон повторил свой утробный звук – Потерпеть, господин Ким?!
 Я направила его мужское достоинство прямо в себя.
 - Подожди, - сдерживаясь, полупрорычал Йесон от накала страсти и, прежде чем войти, затеребил мой клитор. Я взвыла, как волчица, призывающая самца. Он усилил трение, и когда из меня уже потекли соки, ворвался внутрь. Я сомкнула замком ноги за его спиной и подалась вперед, судорожно обвивая его торс руками. Во мне взрывались мириады фонтанов наслаждения, я окуналась на дно удовольствия и выныривала только чтобы глотнуть кислорода.
 - Быстрее, глубже! – стонала я, умоляя мужа.
 - Медленнее и осторожнее, - исправлял он меня, не поддаваясь, а размеренно и технично двигаясь на мне, иногда ведя бедрами в стороны, отчего я утыкалась в его плечо и всхлипывала от восторга.
 - Пожалуйста, пожалуйста! – билась я под ним, злясь и впиваясь зубами в его шею.
 Йесон осторожно отстранился и, не выходя из меня, сел. Я осталась лежать, как и прежде, слегка выгнувшись в спине. Его пальцы обрели свободный доступ к моему клитору, который он принялся неистово ласкать, второй рукой пощипывая мои соски и вколачиваясь в меня, чуть сильнее, чем прежде, но в пределах разумного. Я почувствовала, как подкатывается горячая волна, как начинает крутить ноги, в желании раздавить между ними Йесона, так сильно хотелось его обнять. Дотянувшись до его ног, я сжала их пальцами и закричала во всё горло от нахлынувшего оргазма. Теряя способность соображать, я смутно видела, как Йесон лег на меня обратно, и подобно льву, зарычал надо мной, вцепившись руками в подушку по разные стороны от моей головы. Трясясь и продолжая постанывать, я ощутила пролившуюся внутри меня жидкость. Мы кончили одновременно.
 Отдышавшись, я вспомнила, что теперь могу снять с глаз повязку и подняла руку, но Йесон перехватил её.
 - Я сам, - он лежал рядом и тоже тяжело дышал, но тут же зашевелился – я развяжу.
 Я села, подав доступ к затылку.
 - Повернись, мне не видно узла, - я начала поворачиваться и, уже слишком поздно, упершись руками в резное деревянное изголовье кровати, поняла его хитрость.