Подумаешь. Встретимся в Диснейленде (СИ)
Конечно, если бы Шивон посмотрел в тот момент на себя со стороны, возможно он бы и сам испугался. Пожалуй, испугался бы вообще кто угодно, ведь сейчас он и сам мало походил на человека - его руки до локтей полностью почернели и эта тьма словно пульсировала под кожей, она казалась живой и будто дышала, его широко распахнутые глаза горели таким неистовым светом, будто в них было собрано сияние всех существующих звёзд, а его голос, казалось, звучал так, будто проносясь по всем существующим мирам.
- Ты и сам не представляешь, Ши, насколько мы похожи. Ты прав, я хочу тебя так, как не хотела ничего из всего существующего во всех вселенных, ты просто невероятное создание. - с этими словами тёмное облако резко метнулось вперёд, сквозь обжигающий свет, и, вытянув из чёрного тумана тощие руки с длинными, как у старухи пальцами, схватило Ши за плечи. Она смотрела своими пронзительными глазами в лицо Шивону и сквозь трепещущую в безумном свете тень улыбалась.
- Даже если сейчас ты запрёшь меня здесь, это не сможет продолжаться вечно. Рано или поздно либо я поднимусь к тебе, либо ты спустишься ко мне. Я открою тебе секрет, Ши. - она придвинулась так близко к его лицу, что он ощущал её запах, холодный и душный одновременно, сладковатый запах смерти и боли, - То, что ты видел, те страдания, смерть, реки крови… Это не то, что должно случиться именно сейчас. Это не то, что ждало тебя и этот мир в конце ЭТОГО пути. Это то, что произойдёт не смотря ни на что. Это случится. Сегодня, или через тысячу лет. Я не умру никогда, а вот вы двое не вечны. И когда придёт твой день, я буду рядом.
Она улыбнулась так широко, что было видно чёрную пустоту внутри неё, готовую поглотить любое живое существо без остатка, и сильнее сжала плечи Шивона. Но тот молчал в ответ. Пожалуй, всё то, что он сейчас услышал, он знал и так, поэтому стоял и обдумывал. Он смотрел прямо ей в глаза, он видел, как её тело, окутанное чёрным облаком, раздирает на части яркий свет, и как оно пытается вновь собраться воедино. Ши думал о Резе. Думал о матери и Юджил, которая сейчас, вероятно, идёт вперёд не оглядываясь. Скорее всего, конец этого мира и впрямь неизбежен, но таким ли он должен быть, как говорит это существо, созданное из человеческих боли и страхов?
Шивон вздохнул, а тень напротив него замерла.
========== Часть 87 Самая длинная ночь на земле ==========
Высоко-высоко в горах, там, где порой кроме снега и ветра на многие километры вперёд нет больше ничего, посреди глубокого ущелья есть дорога. Найти её практически невозможно, она скрыта от человеческих глаз, и далеко не многим удавалось хоть краем глаза взглянуть на неё, а те, кому удавалось на неё набрести, некому было об этом рассказать, так как выбраться оттуда живым не под силу ни одному живому существу. Вот так далеко от людского взора скрыта эта дорога. Но если бы кто-нибудь сейчас случайно оказался неподалёку, то он бы увидел огромную фигуру, медленно двигающуюся между скал.
Тропа пролегала прямо между скал, она была окружена отвесными каменными стенами, там не дул ветер и не ложился снег. Там словно всегда была весна, казалось, что даже высоко в голубом небе над ущельем поют птицы. По обочинам росла мягкая трава, и если на неё наступить, то кажется, будто проваливаешься под землю.
Гигантская фигура Баггейна двигалась прямо по этой дороге, не задерживаясь и не оборачиваясь. Он знал, что в конце дороги на выходе из ущелья можно будет увидеть, как впереди вновь бушует горная природа, как ветер заносит снегом необъятное пространство, как серое небо нависает прямо над головой. Если пройти ещё чуть дальше, то впереди замаячит большой дом с широкой верандой, расположенный прямо напротив ущелья. По обе стороны огромной двери расположены две статуи, изображающие существ, похожих то ли на людей, то ли на ангелов. И Баггейн направлялся именно туда. Сейчас он сядет на веранде возле двери и будет ждать. Его гигантская фигура, обдуваемая неистовым ветром, среди нескончаемой снежной бури, будет похожа на одну из этих статуй, украшающих вход в этот одинокий дом, распложенный в этом странном месте не случайно.
Очередная молния сверкнула где-то на горизонте и, осветив весь видимый небосвод, тут же затихла. Казалось, что приближающаяся буря отступила и наступила тишина. Карин в ожидании всматривалась в далёкое, ночное небо, но оно словно замерло, готовясь к чему-то.
- Я тут подумала, - Карин повернулась к детективу, но её слова тут же прервал раскатистый гром, сквозь который пробивался неистовый крик, такой пронзительный, что во всех окнах в доме стёкла треснули и с грохотом разлетелись на мелкие осколки. Крик, сливающийся с грохотом небес, прокатился, казалось по всей земле, с такой скоростью, что припаркованные машины задрожали, окна тут же рассыпались, а вой сигнализаций наводнил всю улицу. Карин зажмурилась и, пригнувшись, зажала ладонями уши. Казалось, что барабанные перепонки сейчас лопнут, а из ушей хлынет кровь. Голос, раздавшийся с неба, смешавшийся с громом, - или всё таки исходивший из грома - пронёсся практически моментально, но даже когда он уже затих, Карин ещё несколько минут сидела на полу, зажав руками уши и не открывая глаза. Открыть глаза она посмела только тогда, когда поняла, что Лин трясёт её за плечо. Она медленно поднялась и огляделась. Под ногами хрустели осколки стекла, на всю улицу завывали сигнализации машин, а люди обеспокоенно выбегали на улицу, тревожно озираясь и суетясь вокруг машин. В эту ночь отчаянный крик, полный ненависти, боли и жажды мести пробудил всю землю ото сна. Не осталось ни единой живой души, кто в страхе не замер, пропуская через себя этот пронзительный вопль. Это уникальное явление никто и никогда не забудет, но так же никто и никогда не узнает, с чем оно было связано, а если бы и узнали, то никогда бы не поверили, так как вряд ли бы кто-то всерьёз воспринял бы утверждение о том, что в ту ночь весь мир слышал, как в ужасе кричит сама Тьма.
Детектив Лин и Карин ещё долго неподвижно стояли возле окна на чердаке, напряжённо прислушиваясь и иногда вопросительно глядя друг на друга.
- Когда всё закончится, я уволюсь. - тихо произнесла Карин, спустя несколько минут тишины.
- Можно подумать, тебе есть, чем ещё заниматься… - небрежно отозвался Лин и, устало вздохнув, закурил. Он уставился в окно, глядя на тёмное небо, которое больше не озаряли молнии, и думал. Он думал о том, что мир гораздо больше, чем он себе представлял. Думал о том, куда после смерти попадают человеческие души и можно ли как-то этот процесс контролировать. Но эти мысли не были наполнены сожалением, он по-прежнему считал, что всё, что он делал до этого момента - правильно, и он не собирался сворачивать со своего пути. Просто на данном этапе ему открылась ещё одна истина, вот и всё. Сколько их ещё будет, этих истин?
- О… - растерянно указала пальцем на окно Карин. Там медленно, почти невесомо, одна за другой с неба падали снежинки. Сперва редкие и одинокие, они кружились в воздухе, словно потерянные духи, но их становилось всё больше, и уже через минуту снегопад валил так, будто никогда не собирается заканчиваться. Улица, заполненная жителями, гудела, а снег тихо падал и тут же таял. В этой суете почти никто не обратил внимание на него, но двое на чердаке сейчас думали только о нём. Они думали, как забавно и в то же время немного печально, что в независимости от того, что происходит с людьми, да и со всем миром в целом, с неба всегда будет сыпаться снег и будут проливаться дожди, не обращая внимания ни на что и ни на кого. А ночь, между тем, казалась совершенно бесконечной. Скорее всего, это была самая долгая ночь из всех, что уже были и что ещё только впереди.
- Тебе не кажется, что с этим снежком земля будто выдохнула с облегчением? - задумчиво протянула Юджил, глядя в небо, - Как будто кончился кошмар. Знаешь, когда вот просыпаешься среди ночи и оглядываешься, и видишь, что это был всего лишь сон, что вокруг тебя покой и утренняя тишина.