Подумаешь. Встретимся в Диснейленде (СИ)
- Сдохла что ли? - Мин толкнул Юджил в плечо. Та лишь покачнулась, не переставая неотрывно пялиться в толпу.
- Я думала. Мне вдруг стало грустно. Типа, понимаешь, мы больше никогда не сможем провести ни дня, как просто люди.
- До тебя только дошло? Дура. Тебе нужно меньше пить.
- Мдааа… Пожалуй… - Ю вздохнула, подняла с земли рюкзак и закурила, сминая двумя пальцами фильтр, - Зачем мы вообще всё это делаем?
- Зачем? - Мин развернулся, схватил Ю за плечо и прижал к кирпичной стене здания позади неё, - Затем, что однажды не дав мне просто умереть, ты, как последняя, конченая скотина, обрекла нас обоих на рабскую, почти бесконечную жизнь. То, что я таскаюсь с тобой, не значит, что я вдруг стал добр к тебе. Я лишь подчинился судьбе, я иду не за тобой, а за своей кровью, что течёт в тебе. Ты задумалась о счастливой жизни? Так забудь о ней. Мы оба обречены. Чего ты ожидала? Ты хотела меня? Так наслаждайся, психичка.
Юджил вдруг помрачнела, схватила его ладонь и сжала с такой силой, что он услышал, как хрустят его кости. Сама же она при этом не шелохнулась, стояла неподвижно, как каменная статуя, лишь глядя пристально ему в лицо.
- Завали свой рот, не забывай своего места. Я добра к тебе. Цени это. - с этими словами она оттолкнула его руку и, закинув рюкзак на плечо, направилась вдоль оживлённой улицы. Мин злобно сплюнул и медленно направился за ней. Через пару метров Юджил обернулась и улыбнулась, выпуская пар изо рта.
- Ты мне нравишься даже сейчас. Как думаешь, я совсем сошла с ума?
Мин ничего не ответил. Да ему и нечего было отвечать, такие разговоры случались у них часто и он с точностью до каждого удара сердца знал, что чувствует Юджил, пусть сам он ничего и не чувствовал. Ведь он был мёртв.
- Когда мы тут закончим, давай навестим Ши? Я очень соскучилась. Наверное, он тоже скучает.
Планета продолжала вращаться, оставаясь безразличной к людским судьбам. А люди тем временем изо всех сил пытались сохранить на ней баланс, сами того не зная. Без зла не бывает добра. Как бы мы поняли, что такое добро, не испытав зла? Удивительно, что в нашем мире есть место как пороку, так и благодарности. Пожалуй, чудовища есть и среди простых людей, не подозревающих о существовании настоящих монстров, и их довольно много. Но есть и настоящее, чистое добро, хотя его как раз крайне мало. У Юджил и Мина не было никаких ограничений, они могли забирать жизни, распоряжаясь судьбами людей, но Юджил, хоть и была безумной и неконтролирующей себя барышней, всё же была человеком честным. Потому, отдавая долг потустороннему существу с козлиным лицом и копытами, покрытыми человеческой кровью, она выбирала лишь отъявленных мерзавцев и, находя для себя весьма удивительным, испытывала от того даже некоторое удовольствие. Если ты не можешь больше быть человеком, почему бы не воспользоваться случаем? Проклятая, огненная кровь приятно жгла изнутри, придавая телу сил и каждую минуту напоминая - ты настоящая.
Юджил и Мин свернули в пустой переулок и прошли до самого конца, до глухого тупика, заваленного пустыми коробками, промокшими от дождя, сгнившими досками и старыми покрышками. В глубине тупика, в старом блочном здании, окна которого были наглухо заколочены, Юджил толкнула ржавую дверь и вошла внутрь. Мин, стоя уже на пороге, оглядел пустой переулок и вошёл за ней.
- Как ты тут? - усмехнулась Ю, проходя в глубь помещения. Внутри было совершенно темно, но ни Юджил, ни тем более Мину свет был не нужен.
- Нахрена ты тут его держишь? Почему просто не убьёшь?
В углу зашевелилась фигура, послышалась возня и приглушённое мычание.
- Да как-то знаешь, подумала, чего они так легко отделываются…
- Хватит играть в правосудие. Ты и сама урод, не воображай из себя ангела хранителя…
Юджил проигнорировала слова Мина и присела на корточки возле мычащей фигуры. Она закурила и свет от зажигалки на секунду осветил человека, руки и ноги которого были связаны пластиковыми стяжками, а рот заклеен изолентой, обмотанной вокруг головы.
- Как ты думаешь, Мин, почему мы с тобой тут?
- Я сказал это уже тысячу раз и скажу в тысяча первый – потому что ты дура.
Юджил, не вставая, повернулась к нему, и сквозь темноту он почувствовал, как пристально она смотрит ему в лицо. Он подумал, что возможно ему показалось, но сегодня она была немного другой. Более напряжённой и более серьёзной, хотя дурацкая манера речи и привычка дерзить никуда не делись. Внутри помещения было так темно, что связанный человек не мог видеть ни Ю, ни Мина, но он точно знал, что это последние минуты его пребывания на этой планете. Он не мог не знать, он сам множество раз заставлял людей переживать подобное.
- Ты такая мразь паскудная, и ты даже вообразить не можешь, как мне нравится заставлять таких, как ты испытывать этот неподдельный ужас. Ты же чувствуешь? – Юджил повернулась обратно к человеку и протянула к нему руку, - Может быть, ты не можешь себе представить, но там, куда ты отправишься после меня, в разы хуже.
Человек в углу снова замычал, яростно пытаясь освободиться, но запястья лишь закровоточили от туго затянутых пластиковых стяжек. Ю наклонилась к нему поближе, а затем ещё ближе – так, что он ощутил у себя на коже её обжигающее дыхание, словно дыхание дракона, несущего лишь разрушение и смерть, - и положила ему руку на голову.
- Сегодня насладись в последний раз человеческой болью. Это воспоминание ты унесёшь с собой, и оно для тебя навсегда останется благословением.
Возможно, говоря о мире, омытом лишь кровью и болью, тьма имела вовсе не себя. Возможно, она имела ввиду самих людей, жаждущих страданий – своих или чужих. И кто теперь может сказать, где тут избавление?
========== Часть 98 Чайки и вороны ==========
«Когда я думаю иногда о справедливости, мне кажется, что я будто где-то ошибся…» - Ши часто говорил с тьмой, запертой внизу, говорил, сидя на земле и выкуривая сигарету, которую он выкуривал в этом месте каждый день… то есть разговором в прямом смысле это назвать было нельзя, скорее всего он больше говорил сам с собой, говорил о том, о чём не мог сказать Резу… хотя был уверен, что тот и так всё знал.
«Мне кажется, Ю не должна так поступать, и не потому, что она теперь не имеет внутри ничего человеческого, а потому, что я думаю, она потом сама об этом может пожалеть… Мне страшно за неё. Но… то, что она делает, я знаю всё, что она делает, я даже знаю то, о чём она думает, мне Рез всегда всё рассказывает, так вот она считает, что это справедливо. Но ещё ни разу никто не подумал, что то, что он сейчас делает - не справедливо. Для каждого человека всё что он делает в данный момент справедливо. Что бы это не было. Я тоже думаю, что я сейчас справедлив, и каждый день справедлив, находясь здесь с тобой, ведь так. А ты думаешь, что нет. Может быть тогда стоит сказать, что и нет никакой справедливости? Что это такое, нечто невероятно субъективное… Ты ведь не человек, ответь мне, как по-твоему?»- Шивон редко задавил ей вопросы, но она всё равно никогда не отвечала. Он знал - почему. Она ответит на все его вопросы когда выберется. Но он ещё долго её не выпустит. В этот раз она тоже ничего не ответила.
Шивон постоял ещё минуту, докуривая сигарету, выстрелил окурком в ближайший камень и медленно пошёл к дому. Он и не надеялся услышать ответ на свой вопрос. Но он знал, что ответ придёт сам. Все ответы придут сами тогда, когда придёт время ему, Шивону, самому превратиться во что-то окончательно не принадлежащее этому миру. Он это знал. Ему не было ни страшно ни грустно, он больше не задавал вопроса «почему именно я?», он ни о чём не переживал, сейчас он тихо сидел возле большого окна и пил джин из бутылки. Сейчас там, на земле, в том маленьком городе возле моря опускается ночь, тихая, провинциальная ночь, тёплая и спокойная. Ночь ни о чём не подозревающая, не знающая, что её могло бы и не быть. Обычная ночь, ничем не отличающаяся ото всех остальных ночей, что опускались годами на этот город.