Подумаешь. Встретимся в Диснейленде (СИ)

Комментарий к Часть 42 Огонь
Учитывая, что я заболела и мой мозг поплыл - то плывёт и сюжет. Плывёт ко всем хуям!
========== Часть 43 Кто же ты? ==========
Шивон никогда не задавал себе вопрос “почему именно я?”, но вопрос “почему я сейчас здесь?” звучал в его голове довольно часто. Он задавал его себе на протяжении всей жизни в довольно разных ситуациях — когда сидел в окружении незнакомых, но влиятельных друзей и партнёров его родителей, когда просыпался в чужом доме в чужой постели, когда на работе приходилось делать вид, что заинтересован, и так далее.
Так было и сейчас — сидя напротив матери Реза, сложив руки на груди и приподняв бровь, молча смотрел на худую, высокую женщину с длинными тёмными волосами, и думал: “Какого хрена я тут делаю? От неё мороз по коже…” Женщина же в ответ так же пристально наблюдала за Ши, неподвижно сидя в кресле и только изредка поправляя волосы. Она ничего не говорила, но это и не требовалось — всё отчётливо читалось в её надменном лице.
Они с Ши встречались лично всего несколько раз, но она знала, кто он и кем были его родители, и, возможно, именно это останавливало сейчас её желание закатить грандиозный скандал. Встреча явно не была приятной ни для кого из них, но оба терпели — Шивон ради Реза, мать Реза ради репутации. Конечно, она думала, что потом хорошенько выместит своё гнев праведный на единственном и любимом сыне, но прямо сейчас приходилось себя сдерживать.
— Как твоя мать? — так наконец спросила она вслух, очевидно имея ввиду “как твоя мать относится к твоему образу жизни?”. Конечно, Ши это понял, но реагировать не стал. Он подпёр рукой голову, закинул ногу на ногу и пожал плечами.
— Хорошо. Дела в порядке, здоровье пришло в норму. Я передам ,что вы интересовались.
Женщина покачала головой и сложила руки на коленях.
— И как вы оба к такому пришли, позволь поинтересоваться?
— А это имеет какое-то значение? — Ши улыбнулся и наклонил голову, — Это неинтересная история, не стоит внимания.
— Что ж, это ваше право. Полагаю, вас не переубедить. — и она гневно стрельнула взглядом в сторону Реза, который спустился и стоял позади неё возле лестницы, — Твой отец в курсе?
— С каких это пор ты его мнением интересуешься? В курсе.
— Выглядишь отвратительно. Мне за тебя обидно. И когда ты планируешь возвращаться?
Рез помотал головой и поднял с пола спортивную сумку.
— Да никогда. Зачем?
— Не будь ребёнком, ты уже из этого вырос! Побеги из дома актуальны для подростков, а в твоём случае это просто смешно! — женщина заметно начинала злиться, потихоньку выплёскивая свой подавляемый гнев.
— Я не буду оправдываться. Если что-то будет нужно, позвони. Хотя вряд ли ты на это когда-нибудь решишься… Я старался, но когда понял, что это бесполезно, бросил все попытки. Я никогда не смогу соответствовать, и ты это знаешь лучше меня.
— И ты решил до конца похоронить свою репутацию? Ты такой же, как твой отец… — она покачала головой, откидываясь на спинку, — Жизнь штука непростая. Когда поймёшь, что я была права, будет уже поздно.
Рез жестом указал Ши на выход, тот встал, попрощался и вышел за дверь, где немедленно закурил, глядя в небо.
— Мда… — только произнёс он тихо.
— Мне жаль, что я не оказался тем, кем ты хотела меня видеть. — с этими словами Рез тоже вышел, оставив темноволосую женщину наедине с собой и своими мыслями.
Юджил проснулась в своей кровати вся в поту. В комнате было темно, шея странно болела, а руки почему-то дрожали. Она поднялась и несколько секунд сидела на краю кровати, пытаясь справиться с дрожью, затем встала и направилась в ванную. Стоя у зеркала, она пристально рассмотрела свою шею - на коже отчётливо просматривались фиолетовые синяки, будто кто-то с силой долго сжимал руками её горло. Ю провела пальцами по отметинам, словно пытаясь нащупать причину их появления.
 
— Что за чёрт… — вслух тихо произнесла Ю, нахмурившись. Она ещё немного покрутилась перед зеркалом, разглядывая себя со всех сторон, и заметила такие же синяки почти по всему телу. Ю изо всех сил пыталась припомнить, что ей снилось — может быть она ходила во сне, но как она ни старалась, в голове было совершенно пусто, она даже не помнила, как легла спать, сколько было времени, вообще ничего — лишь смутное ощущение чьего-то присутствия, липким потом проступавшее на коже — его хотелось поскорее смыть, и Ю забралась под душ. Она долго стояла, не двигаясь, но так и не смогла вспомнить никаких подробностей прошедшего дня, словно кто-то стёр полностью все воспоминания и детали, оставив только призрачный осадок, прочно засевший где-то под кожей.
Ю пока ещё не знала, что с этого момента, куда бы она не пошла, что бы не делала, где-то поблизости, совсем рядом, может быть в её тени или ещё ближе, за каждым её шагом, за каждым её действием будут наблюдать, слушать каждое её слово — кто-то неотступно будет следовать за ней по пятам, совсем тихо, незаметно.
Юджил вылезла из душа, достала банку пива и уселась на ступеньках возле входа в дом. Спать уже не хотелось, но какая-то тоскливая усталость накрывала с головой, двигаться не хотелось, и Ю просто сидела, медленно пила из банки и иногда курила. Мысли плавно текли в своём направлении, и вдруг резко, словно молнией, мозг пронзило воспоминание — даже не воспоминание, а нечто вроде обжигающего образа, вспыхнувшего в голове.
— Этот парень! Это он! — прошептала Ю и вскочила с места, выронив сигарету, — Вот тебе и обычный человек… Нет, он точно что-то сделал.
Юджил торопливо зашарила по карманам в поисках телефона.
— Надо срочно ему рассказать… — она закурила новую сигарету, судорожно листая контакты, но Ши не отвечал — лишь монотонные гудки и никакой реакции, — Мелкий засранец, когда нужно, никогда не достучишься… — Ю нервно настрочила сообщение с просьбой позвонить сразу, как прочтёт, и, почесав затылок, снова уселась на ступеньки. Ночь только начиналась, сегодня Ю была в доме одна и — то ли от уже пережитых событий, то ли от ощущения предстоящих — неспокойное, тревожное чувство преследовало её мысли, и от него невозможно было отмахнуться.
Шивон не слышал, как звонит телефон, потому что спал на своём диване в гостиной, накрыв голову подушкой. Он чувствовал себя смертельно уставшим, и стоило только прилечь, как глаза моментально закрылись и Ши провалился в тихий сон, какой с ним случался крайне редко. Засыпая, он подумал, что ему так спокойно из-за Реза, который сидел тут же рядом, доедал чипсы и смотрел телек. Иногда он смеялся, но Ши уже не видел, что он смотрит, и не вникал в слова, доносящиеся из экрана.
“Хорошо, что он тут.” — думал Ши, окончательно засыпая. Звуки из телека и смех Реза становились всё более приглушёнными и вскоре совсем испарились. Это был один из самых спокойных и тихих вечеров за последнее время, он заснул и не видел снов, ничего не слышал вокруг и ни о чём не думал, оставалось только ощущение приятной усталости, но и оно вскоре растворилось в тёплом сне — “Это потому что ты тут.”
Первое, что увидел Ши, когда проснулся рано утром, — две пустых банки из под пива на стеклянном столе и собственный телефон рядом. Благодаря своей беспечности, а возможно (или даже скорее) безразличию ко всему происходящему, Ши всегда забывал, где его кинул, и бывало, что подолгу бродил по дому в поисках. Странно, но так было только с телефоном, то ли подсознание само пыталось оградить его от лишнего взаимодействия с людьми, то ли просто совпадение - чёрт его разберёт, но в этот раз телефон лежал там, где почти никогда Ши его не оставлял, и что для нормальных людей обычно является совершенно очевидным местом — на столе. Шивон вздохнул, спустился с дивана на пол, собрал небрежно волосы в хвост, перетянув их резинкой, снятой с запястья, и взял со стола одну из банок. Повертев её в руках, он заглянул внутрь — там было пусто, и он поставил её рядом с собой. Ши вытащил из кармана пачку сигарет, закурил, стряхивая пепел в пустую банку, и потянулся за телефоном. Как раз в этот момент он зазвонил, и Ши невольно вздрогнул от неожиданности.