Подумаешь. Встретимся в Диснейленде (СИ)
— Наконец-то я снова тебя увидела. — голос звучал откуда-то сверху, будто из-под самых ночных облаков. Знакомый до дрожи в коленях голос, который он не забудет никогда. Так она с ним разговаривала, забравшись в труп того несчастного мальчишки, так она говорила с ним, забравшись в его голову и его сны, но иначе, чем там, внизу, когда он держал её за руку так крепко, что чувствовал, как внутри пульсирует энергия.
— И что опять? Снова забралась ко мне в голову? — Ши стоял, вглядываясь в ночное небо, туда, куда уходили колонны, но видел лишь темноту.
— Нет, милый, часть меня уже и так в твоей голове, внутри тебя, вернулась на своё место. Конечно, это не совсем то, чего бы я хотела, но всегда можно переиграть. — голос звонко рассмеялся откуда-то с высоты, разносясь по бесконечному пространству, залитому бетоном, — Я проиграла тебе и твоему дружку с ясными глазами, но это только раз. Ты молодец, так чувственно слушаешь его дыхание, как я счастливо себя чувствую, когда думаю о том, что я часть тебя.
— Не самая лучшая. — Ши усмехнулся и поднялся ещё на несколько ступенек вверх, — Чем бы ты там ни была, пусть даже я родился с тобой внутри, но вернуться я тебе не дам. Достаточно того, что уже поселилось у меня в голове. Скажи-ка, как ты меня сюда притащила? Я не думал, что ты в состоянии такие штуки проделывать.
— А ты стал такой храбрый, мой маленький светловолосый мальчик. — с этими словами Ши вдруг вздрогнул, когда понял, что перед глазами, пусть на мгновение, но всё же так явственно возникло её лицо — белая мёртвая кожа, чёрные глаза и волосы. Она улыбалась так же, как всегда ему улыбалась, ласково и добро, словно пытаясь донести до него свою безграничную любовь. Взглянув на него таким образом, она продолжила:
— Нет, мы не в твоей голове. Сейчас нет. Это придуманное место. Пока я не могу подняться к тебе, поэтому я позвала тебя сюда. Учитывая, что часть меня уже внутри тебя, это стало возможно.
— И что ты хочешь сейчас?
Её улыбка стояла перед глазами, как луна в полнолуние висит над спокойной гладью воды, и Ши почувствовал, как где-то глубоко внутри что-то зашевелилось, словно пытаясь подобраться ближе к коже. От этого ощущения стало вдруг холодно, как бывает, когда в дождливый день ветер тебя пронизывает до костей, ты торопишься домой, но никак не можешь туда добраться.
— Хочу тебе показать, как всё в скором времени будет.
— Даже не думай меня просить о чём-нибудь. И если это не сон и не галлюцинация, то тогда не прячься. Спустись сюда.
Голос снова засмеялся, отдаваясь в ушах Ши.
— Нет, так не пойдёт. Стоит мне подойти к тебе, и ты не оставишь мне и шанса. Встретимся, когда я вернусь в прежнее состояние. Наслаждайся зрелищем, Ши.
С этими словами пространство вокруг сперва затихло, замерло, словно перед прыжком. Вдруг откуда-то с высоты послышался резкий птичий крик, и огромная чёрная стая заполонила всё небо настолько, насколько хватало глаз. Вскоре их вопли превратились в один беспорядочный гул, к которому примешался ещё какой-то шум, отличный от птичьего крика, и Ши прислушался.
«Похоже на шум воды, но в то же время не похоже…» — думал Ши, пытаясь отделить звук от оглушительного крика птиц и вглядываясь в темноту над ступенями. Там, вдалеке, гораздо выше, чем Ши успел подняться, он смог разглядеть, как сперва медленно, но потом всё быстрее и быстрее лестница, ступенька за ступенькой, темнеет, словно покрываясь тёмной густой жидкостью, и чем ближе подбиралось это расползающееся пятно, тем отчётливее стучало в голове — «кровь».
— Это кровь… — вслух тихо произнёс Шивон, и в этот же момент с самой вершины на лестницу обрушилась гигантская кровавая волна, накрывая собой всё, что попадало в поле зрения. Ши в ужасе застыл на месте, не в силах оторвать взгляд от надвигающегося кошмара, а в голове не переставая звучал знакомый голос: «Смотри, это ты виноват». Волна полностью захватила Ши, скрыв его внутри себя, и как только она коснулась его кожи, он тут же ощутил душный, вонючий жар: густая жидкость была противно-тёплой, будто вытекала не переставая из живого существа. Ши инстинктивно попытался вдохнуть, но стоило открыть рот, как его тут же заполнило сладковато-солёной кровью, и к горлу подступила волна тошноты. Он стоял на лестнице, понимая, что не может и пальцем пошевелить, и секунды казались бесконечными, казалось, что он стоит, весь погружённый в кровавое море, уже целую вечность.
И вдруг всё затихло — ни звука потока крови, ни птичьих воплей — ничего. Ши открыл глаза — знакомая улица, соседняя с той, на которой располагался его дом.
«Почти дошёл, я почти дошёл блять…» — думал он, лихорадочно осматривая свою одежду, дорожку, по которой он шёл, деревья и дома за заборами. Ни крови, ни птиц, ни здания с колоннами — всё так, как было, привычно и тихо. Шивон достал пачку сигарет, закурил, несколько раз подряд щёлкнув зажигалкой, — пальцы не слушались — и запрокинул голову, глубоко вдыхая ночной воздух, пытаясь убедиться, что не осталось ни следа тошнотворно-приторного запаха человеческой крови. Постояв так несколько минут, приходя в себя, он помотал головой, будто хотел избавиться от остатков кошмарного видения, и направился в сторону своего дома.
— Мир умылся бы кровью, говоришь… — повторил он тихо вслух слова Робин, сворачивая за угол, а про себя подумал: «Хоть бы ты был дома…»
========== Часть 61 Жажда ==========
Комментарий к Часть 61 Жажда
Душа желает быть обманутой. Пусть же её обманут.
Шивон стоял на пороге своего дома, пытаясь нащупать в карманах ключи. В окнах было темно, свет не горел, а значит, Реза дома ещё не было. Меньше всего Шивону хотелось сейчас оставаться одному, но он знал, что если Рез занят, то лучше его не трогать. Тем более, если тот занят делами своего отца.
Ши зашёл в дом, на пороге споткнулся и в темноте выронил ключи. Настроение было препаршивое, хотя можно ли вообще было назвать это настроением, ещё большой вопрос. Он поднял ключи и сел на порог в коридоре, затем лёг и лежал так в темноте, не снимая кроссовок, достачно долго. Рез ненавидел этот порог, он всегда спотыкался в темноте о выступ, громко матерился и грозился «залить всё тут нахрен бетоном». Когда Ши слышал, как тот возится возле двери, он невольно улыбался, и когда сам за собой это заметил, вдруг осознал, что раньше никогда этого не делал.
— Видимо, ты и впрямь делаешь меня походим на человека… — вслух произнёс Ши, вздохнул и поднялся с пола. Он постоял полчаса, опираясь локтями на бар и рассеянно допивая ром, взбалтывая жидкость в стакане и вспоминая детали произошедшего.
«Кажется, всё возвращается к тому, от чего мы пришли… Знать бы, как с этим справиться.» — Ши одним глотком допил остатки в стакане, снял толстовку и майку, бросил прямо на пол, там же, где стоял, и поплёлся наверх. Там он ещё какое-то время стоял под душем, уже ни о чём не думая, просто ожидая, когда вернётся Рез. Постояв так, подставляя лицо под струи воды, он вылез, встал возле окна и закурил, глядя в одну точку.
Он знал: их время подходит к концу. От этого хотелось ещё больше скорее его увидеть, обнять его и не отпускать до самой последней секунды, ведь никто не знает, смогут ли они ещё когда-нибудь вот так провести время. На сердце было тошно, двигаться совершенно не хотелось, и Ши, прислонившись к откосу, так и сидел на подоконнике, рассматривая ночную улицу. Так он просидел до тех пор, пока внизу не хлопнула дверь. Только тогда Ши резко повернул голову и слез с окна. Он спустился вниз, облегчённо вздыхая, но внизу, спустившись по лестнице остановился.
Это был не Рез. Шивон прислонился к косяку и сложил руки на груди, закусив нижнюю губу. Несколько минут стояла полная тишина, пока Ши не вздохнул, потирая переносицу двумя пальцами.