Смысл жизни моей (СИ)
Лорелея тоже тайных убежищ не посещала, ничего чужим людям не передавала и подчиненных своих с письмами по незнакомым адресам не посылала. Магических вестников от нее не было — маги проследили. Остальные объекты наблюдения подозрительных действий также не предпринимали. Кошмар!
Единственное, что хоть немного выбивалось из привычного ритма жизни человечек — это недавний загул в доме некой Марго Адери. Очень необычная манлийка, кстати. Мало того, что страшна, как смертный грех, так еще и беременная! Интересно, какой извращенец только на такую позарился. Впрочем, о вкусах не спорят. Но примечательна эта женщина была не только внешностью, но и поразительной деловой хваткой. Это же надо было додуматься основать свою фирму, да еще и ориентировать ее исключительно на человечек! Такого ни одному нормальному манли и в голову прийти не могло! Город возмущенно гудел, обсуждая выскочку, уже не первый месяц. Многие парсифейцы презрительно перешептывались, что такого уродства просто никто, кроме переселенок, выдержать не в состоянии, вот Адери и прибилась к ним. Хотя поговаривали, что она сожительствует с каким-то прилеем, во что Алексу, глядя на зависшее в воздухе изображение манлийки, как-то не верилось.
Другие наоборот восхищались стойкостью и практичностью этой мадам, сумевшей подняться до десятка филиалов по стране за такой короткий срок. Но таких было меньшинство. А уж ее проект восстановления горневского замка вообще вызвал целую бурю: кто-то громогласно возмущался тем, что она посмела посягнуть на памятник старины, да еще и отдала его в распоряжение чужачкам, кто-то напротив начал искать возможность попасть в реконструированный дворец, чтобы проверить так ли он в действительности хорош, как об этом говорят хроники. Алексу на всю эту суету было откровенно наплевать, но вот то, что трудились на госпожу Адери исключительно человечки, да еще и туманные намеки Малены на новую высокооплачиваемую работу Маши, натолкнуло его на мысль о том, что его умная девочка вполне могла устроиться в эту контору. Это объяснило бы безнадежные поиски девушки в столице. Она вполне могла переехать в другой город ради приличной работы. А значит, надо бы навестить эту примечательную во многих отношениях женщину и, чем боги не шутят, возможно, она укажет, где искать его пропажу. Ведь она водит дружбу и с хозяйкой дома увеселений и с директрисой приюта, и кто-то из этих двоих вполне мог похлопотать за свою протеже. Решено! Завтра с утра Алекс и посетит ее офис.
* * *— …Вот так все и было, — закончила я свой долгий рассказ. Катя по ходу повествования то сочувственно охала, то экспрессивно махала руками, то кусала губы, чтобы не захохотать, когда я в лицах изображала мой крестовый поход на столичных банкиров. В общем, была все той же Катькой — девчонкой с соседнего двора, с которой мы прошли огонь и воду. Теперь вот и медные трубы. За весь день, что мы проболтали в ее покоях, я не заметила ни капли высокомерия, ни грамма осуждения или неприязни. Только искренняя радость от встречи в глазах, только добрые слова в мой адрес и ненавязчивая дружеская забота.
Я настолько расслабилась в ее компании, что совершенно перестала следить за временем, и спохватилась, только когда бросила случайный взгляд в окно и обнаружила там ночь.
— Ого, как мы с тобой засиделись! — я потянулась, разминая затекшие конечности, и засобиралась домой, — Пора гостям и честь знать.
— Еще чего! Здесь будешь ночевать! — бескомпромиссно заявила подруга.
— Прямо здесь? На диване что ли? Извини, но я не согласна. У меня есть прекрасная и очень удобная постелька, которая ждет-не дождется свою законную хозяйку, — попыталась я шутливо отказаться.
— Обижааааешь, — протянула ее светлость, и, подражая гангстерам из голливудских фильмов, сказала, — Это дворец, детка! Я тебе сейчас такие комнаты найду, что твоя чудо-кровать покажется лишь жалкой раскладушкой!
Я улыбнулась, но продолжила упорствовать.
— Нет, Кать. Я домой. Неудобно как-то и потом… Ты не забыла о моей просьбе?
По удивленным глазам подруги было видно, что как раз таки забыла.
— Я к тому, чтобы ты пока молчала о том, что я нашлась, — уточнила я.
— А! Да, конечно. Если ты так хочешь… Хоть я и не вижу причин тебе прятаться.
Я нахмурила брови. Начинать сначала неприятный разговор не хотелось. Но Катерина моментально считала мой настрой и закрыла тему. Однако эта упрямая женщина от своей идеи-фикс не отказалась и, вызвав слугу, не смотря на мои возражения, все-таки распорядилась подготовить мне максимально комфортное спальное место. В итоге я сдалась и осталась ночевать во дворце. Чтобы случайно не пересечься с Мартином, мы перебрались в отведенные мне апартаменты и еще долго болтали. Подруга рассказывала про свою жизнь во дворце, про здешние порядки, про новых родственников, а я слушала, развесив уши. Интересно было узнать, что всесильный император обожает сладости, а его жена панически боится мышей, что у Мартина, оказывается, есть младшая сестра Далория, с которой сейчас такой серьезный и рассудительный принц в детстве дрался почем зря. Так необычно оказалось взглянуть на эту семью изнутри! Вполне, кстати, счастливую.
Постепенно усталость брала свое, и мы все чаще сцеживали зевки в ладошку. Когда же в разговоре появились долгие паузы, принцесса пожелала мне спокойной ночи и ушла к себе, попросив завтра не исчезать не попрощавшись. Как только догадалась о моем тайном намерении утром уйти по-английски? Ах да! Она ж теперь эмпат у меня! Пришлось обещать, что останусь на завтрак. Прошедший день был трудным, как в моральном, так и в физическом плане, поэтому стоило моей голове коснуться подушки, как я тут же заснула.
* * *Спалось мне отлично. Даже сны какие-то снились, впрочем, я их тут же забыла, едва открыла глаза. С детства мечтала отдохнуть на кровати под настоящим балдахином, и вот моя мечта сбылась! Сонно приоткрыв глаза, я лежала и рассматривала узоры над головой. Потрясающе красивый рисунок навевал мысли о звездном небе. А мягкие переливы ткани только усиливали сходство. Сразу же захотелось такое чудо заполучить в свою спальню!
Проснулась я уже давно, но вылезать из мягкой постели не было никакого желания. Так я и нежилась в объятиях одеяла, сладко потягиваясь время от времени, пока в комнату не ворвался вихрь по имени Екатерина.
— Ты все еще спишь?! — возмущенно воскликнула ее высочество, одетая как подобает этикету и с тщательно уложенными волосами. — Пооодъем! Нас ждут великие дела! — процитировала она строчку из любимого кинофильма, распахивая шторы на окнах. Я лениво улыбнулась залившему комнату солнцу и высунула из-под одеяла левую нижнюю конечность. Это должно было уверить подругу, что я уже встаю.
— Я не сплю! Видишь, я уже почти на ногах.
— Ага! — Катя плюхнулась рядом. — Ты такими темпами еще полгода подниматься будешь!
— Ну может чуточку меньше, — уточнила я.
— Жаль, — состроила она расстроенную мину, но уголки губ так и стремились вверх, — А я собиралась за завтраком познакомить тебя со своей семьей!
— Тетю Галю с дядей Сережей я отлично знаю, — продолжала я дурачиться. Лицо подруги помрачнело, и я осознала свою оплошность.
— Ой, Кать, прости! — это ж надо было наступить на больную мозоль! — Скучаешь, да?
— Конечно.
— Я тоже.
Мы совсем загрустили. От шутливого настроя не осталось и следа. Но потом подруга встряхнулась и сказала:
— Ладно, нечего нюни разводить. Вот рожу и поеду к ним в гости! С Мартином!
— А что так можно?
— Можно, почему нет?
— Только с мужем их познакомишь? А внука родителям не покажешь? — спросила я и затаила дыхание, ожидая ответа.
— Вообще-то нельзя, но думаю, мы что-нибудь придумаем, — Катя хитро подмигнула мне. Я понимающе улыбнулась в ответ. Теперь даже если вдруг мой должник заупрямится, я знаю, куда обратиться за помощью по транспортировке нас с малышкой в родной мир. Кстати, надо бы уже оповестить его о моем желании.