Песня Печали (ЛП)

Иррис.
Печаль закричала, чтобы Дугрей помог Шарону, они поспешили к ступенькам. Ее телохранитель спустил вице-канцлера, Печаль взяла кресло. Ее ужас придал ей сил легко поднять его.
Они добрались до двери, а Мэл перенес бледную и неподвижную Иррис через порог. Она была без сознания, ее синяя туника была в крови от пореза на боку головы, волосы слиплись от крови. Но других ран видно не было, и она дышала.
— Отдай ее мне, — потребовал Шарон, и Мэл опустил Иррис на его колени, Шарон нежно придерживал ее. — Вези нас в мои покои, — попросил он Дугрея.
— Делай это, — сказала Печаль. — И отправь кого-то за доктором. Пусть спешат.
Дугрей кивнул и стал толкать кресло Шарона.
Мэл хотел пойти за ними, но Печаль остановила его.
— Что произошло? — спросила она.
— На нас напали у Истевара. Иррис ударили по голове. Кучер, думаю, мертв.
Печаль выругалась. Стоило отправить стражей. Хоть кого-то.
Подавляя гнев на себя, она окинула Мэла взглядом.
— Ты ранен? — спросила Печаль.
Мэл покачал головой.
Два стража замка — Печаль знала лица, но не их имена — прибежали со стороны покоев Шарона.
— Мы приведем врача, ваше великолепие, — сказал один из них, и Печаль кивнула.
— Идем, — она взяла Мэла за руку и повела его.
Они добрались до комнат вице-канцлера, Иррис лежала на кровати Шарона, и он был рядом с ней, неловко склонялся из своего кресла-коляски, чтобы взять за руку, колеса мешали ему быть так близко, как он хотел. Иррис все еще была без сознания, и Печаль следила, как ее грудь вздымалась и опадала. Она ощущала бессилие, так что послала за чаем, чтобы сделать хоть что-то.
Его принесли почти мгновенно, запах мяты наполнил комнату, и Печаль налила себе чашку. Он был ужасно сладким, но сахар придал ей сил, и она допила чашку, налила другую.
И Иррис проснулась.
Шарон охнул, Печаль чуть не выронила чайник, плеснула горячую жидкость на стол, опустила его и подбежала к кровати. Глаза Иррис были растерянными, она смотрела на них.
— Иррис? Ты меня слышишь? — сказал Шарон.
Она медленно закрыла глаза, и Печаль восприняла это как «да».
Иррис медленно коснулась головы, задела рану, и ее пальцы были красными, когда она убрала их.
— Где этот доктор? — прорычал Шарон, вытирая пальцы дочери своей туникой.
— Я посмотрю, — вызвался Мэл, но сделал два шага, в дверь постучали, ее открыла женщина средних лет с коричневым чемоданом доктора.
Она тут же подошла к Иррис.
— Здравствуй, Иррис. Я — доктор Маджела. Ты можешь говорить?
— Да, — тихо сказала Иррис.
— Хорошо. Я тебя осмотрю. Я вижу рану на твоей голове. Скажи, где-то еще болит?
— Только там.
— Хорошо. Я посмотрю, — она взглянула на Шарона, мягко кивнула, и он отодвинул кресло, отъехал к краю кровати, чтобы видеть, что делает доктор.
Она осторожно дотронулась до пореза, замерла, когда Иррис охнула и скривилась.
— Прошу прощения, — прошептала доктор Маджела. — Я промою рану и проверю, чтобы там не осталось осколков. Будет больно. Подержите ее за руку? — доктор повернулась к Печали.
Печаль взглянула на Шарона, проверяя, можно ли, а потом прошла мимо доктора и осторожно устроилась возле Иррис.
Иррис улыбнулась, и Печаль ответила тем же. Доктор вытащила бутылочку и ткань из чемодана. Она открыла бутылочку, и резкий запах фенола затмил аромат чая. Печаль и Иррис сморщили носы, а доктор обильно полила ткань жидкостью и прижала ее к голове Иррис.
Иррис тут же выругалась как рыбак, и Печаль рассмеялась, а потом замолкла, поняв, что это неприлично. Она повернулась к Шарону, чтобы извиниться, но увидела, что он расслабился, мягко улыбаясь. Мэл был восхищен яркими выражениями Иррис.
Казалось, кровь, которую врач вытирала, не кончится. Ногти Иррис впивались в ладонь Печали с каждым прикосновением ткани, а порез оказался небольшим, около дюйма длиной.
— Раны головы всегда сильно кровоточат, — сказала доктор, убрав последнюю ткань в урну, которую принес для нее Мэл. — Тебе повезло. На дюйм ниже, и задело бы висок. Рана чистая, но нужны швы, и нужен кто-то, кто побудет с тобой первую ночь.
 
— Я позабочусь о ней, — сказал Шарон. — Она может остаться тут. Я посплю в кресле.
Иррис начала возражать, и Печаль перебила:
— Она может отправиться в мою комнату со мной. Или я останусь в ее?
— Да, — согласилась Иррис. — Прости, папа, но я предпочту помощь Печали в одевании и мытье.
Шарон поджал губы, но кивнул.
— Хорошо. Теперь нужно зашить рану, — сказала доктор Маджела.
Швы вызывали у Иррис не столько боли, как промывание раны, хотя Печаль не могла смотреть, как доктор вдела в иглу черную нить и стала зашивать кожу Иррис, словно дыру в платье.
— Я проверю тебя завтра, — сказала доктор Маджела. — Боюсь, останется шрам.
— Плевать, — сказала Иррис, и Печаль улыбнулась.
Доктор собрала вещи в чемодан и улыбнулась.
— До завтра, — сказала она.
Шарон проводил ее, пожал ее ладонь своими руками, и она ушла. Он вернулся к остальным.
— Еще чай остался? — спросил он, и Мэл пошел проверить чайник.
— Да, — ответил Мэл, налил всем по чашке.
Он разнес их по одной, а потом сел на край кровати.
— Что случилось? — спросил Шарон. — Расскажите все.
— Это был Лоза, — сказала Иррис. — И он не скрывал лицо.
Кровь Печали похолодела. Если он не скрывал лицо, значит, думал, что жертва не сможет рассказать о столкновении. Костяшки Шарона побелели на чашке, он тоже пришел к этому выводу.
— Он напал на карету, когда мы были в паре миль от Истевара. Он не был один. Их было трое. С ним были мужчина и женщина, — сказала Иррис. — Они, похоже, преградили дорогу, как мы… — Иррис сделала паузу и закрыла рот, Шарон прищурился.
— Все хорошо. Он знает о похищении, — сказала Печаль. — Я все ему рассказала. Все.
Иррис напряглась, ожидая упреков, но Шарон сказал лишь:
— Мы поговорим об этом позже. Продолжай.
Иррис виновато улыбнулась ему и заговорила:
— Я выглянула и увидела, что они сбили кучера с его места. А потом напали на нас. Я выбралась с другой стороны, и женщина погналась за мной, бросаясь камнями. Я ошиблась, обернувшись. Тогда она по мне и попала. Я не отключилась сразу, увидела, как она склонилась надо мной с другим камнем в руке. Наверное, хотела убить. Но Мэл уже вырубил мужчину, с которым бился, повалил женщину одним ударом. Лоза, похоже, убежал.
Мэл кивнул.
— Я взял одну из лошадей, которые были запряжены в карету, и принес Иррис сюда. Я ничего не мог сделать для кучера.
— Повезло, что ты был там, — сказал Шарон.
— Повезло, что Аркадий научил меня ударять, — ответил Мэл.
Все притихли.
— Я бы хотела переодеться. Я ощущаю только запах крови, — сказала Иррис.
— Конечно, — согласился Шарон. — Печаль, поможешь…
— Я попробую, — сказала Иррис.
Печаль встала, как и Мэл, и они поддерживали Иррис по бокам.
Она покачивалась, когда встала, но улыбнулась отцу.
— Я в порядке. Я просто хочу переодеться.
— А потом отдыхай, — твердо сказал Шарон.
— А потом отдохну, — согласилась Иррис.
— Встретимся в моих покоях за ужином, мы и Арран. Так мы будем близко, пока Иррис отдыхает, и сможем поговорить, — сказала Печаль. — Нам нужно придумать. Что делать с Лозой. И… — она глубоко вдохнула. — Я хочу привести других. Одного человека.
Мэл и Иррис переглянулись с ухмылками. Шарон заметил это и хмуро посмотрел на Печаль. Его брови взлетели на лбу, когда он понял.
— Парнишка Рэтбон.
Иррис помахала, что хочет сесть, и Печаль с Мэлом опустили ее на кровать отца и ждали его вердикта.
— Ты взрослая, это твой дом. Даже твоя страна. Но он из семьи, которая устраивала только беды твоей семье и Раннону уже три поколения.
— Он не такой, как они, — Печаль тут же пожалела о своих словах, слыша в них клише.
— Он все еще носит фамилию Рэтбон.