Единственная для Буйного (СИ)

- Скоро вернусь, — бросаю "пожарнику", когда тот за мной на улицу бросается.
- У меня приказ.
- А у меня на связи Буйный, вряд ли вас захочет видеть в кадре. - Тут же отрезаю в ответ.
Меня уже начинает немного раздражать, что даже Катюше больше доверия со стороны охраны, чем ко мне. Я как будто ходячая катастрофа. Вот только с чего они решили, что, если меня вот так расстраивать, что я не взорвусь на ровном месте? Вдруг у меня от негативных эмоций запал ещё больше и мощнее получится?
- Привет, — растягиваю губы в улыбке, когда принимаю вызов. Сердце сильнее выстукивать в груди начинает, когда на экране Буйный появляется. Он на работе, сразу понимаю. На нём белая рубашка, вокруг кабинет. Сердце екает лишь от его взгляда. А мне всё интересно, я внимательно разглядываю.
- Долго не отвечала, — произносит Эмир вместо приветствия.
Я лишь незаметно вздыхаю, ну вот мир рухнет, если он хоть раз нормально со мной разговор начнёт? Сам же своими фразами и настроением задаёт настрой разговору.
- Занята была, — произношу в ответ. Вижу, как Буйный прищуривается. Не нравится, что так отвечаю.
- Чем это?
- Кухню тушили, кстати, пожарнику новый огнетушитель нужен, этот, походу, он весь использовал. - Произношу спокойно, будто это нормальное течение дел. Ну а что? Они же всё только так про меня и думают. Эмир здесь всем понарасказывал, что мне только воду в уборной и разрешают самой сливать. Пускай получает.
- Кукла, блядь! Покажи дом! - Рычать начинает, а я улыбаюсь. Эмир сразу понимает, что что-то не так, через экран телефона взглядом своим суровым прожигает.
- Обидно, что ты сразу веришь, — дую губы, — меня здесь ни к чему не подпускают, я как прокажённая.
- Ещё скажи, что беспочвенно это всё.
- Мы ведь решили уже, что проблема в тебе. - Парирую, завожу его ещё сильнее.
- Я сейчас поездку отменю, будет тебе веселье, — бурчит в ответ, но вижу, что добреет, расслабляется.
- Ты слово дал, так что не заберёшь, — снова улыбаюсь. Ловлю себя на мысли, что он сейчас другой. Вот в эту секундочку, когда расслабился, даже уголки губ слегка подрагивают в улыбке. И внутри так тепло становится, даже допускаю мысль, что я могла по нему соскучиться.
- Что обсуждали, помнишь? - Мажет по мне взглядом, даже сейчас чувствую, что губы обжигает.
- Гулять вечером не ходить? - Хлопаю ресницами, не знаю почему, но мне ужасно нравится вот так его доставать. Взгляд его цепкий заставляет внутри всё закипать и бурлить.
- Можешь сходить, но каждый покалеченный на твоей совести будет.
- Ты такой грубый, — вздыхаю, — помню я всё. Из машины не вываливаться, деревню не поджигать. Прямо руки мне связываешь.
И вот в эту самую секундочку случается то, чего я совсем не ожидала.
- Эмир Юсуфович, ваш кофе.
В кадре появляется женщина. В первую очередь в глаза бросается её декольте. Очень откровенный вырез. Я даже телефон ближе к глазам подношу. - Спасибо, что по встрече?
- Столик в ресторане забронирован. Алтуфьев обещал быть вовремя с помощником. Я дела закончила, готова выезжать.
Стискиваю пальцами телефон. Это куда он с этой шваброй собрался?! В ресторан?! Внутри всё обжигает кислотой. Ревность настолько сильная, что я совершенно её не контролирую.
- Хорошо, иди.
Швабра с огромными сиськами пропадает из кадра. Я снова вижу Эмира. Хочу ему столько всего высказать. В голове глупые вопросы появляются. Он меня для этого из города выпроваживает? Получил что хотел и скучно стало?!
- Кукла...
- Приятного аппетита! И на машине можешь гнать на огромной скорости, с такими-то подушками безопасности с тобой ничего не произойдёт! - Выпаливаю в сердцах и сбрасываю вызов.
Вот же козёл! Обидно до слёз. Ну вот кто она ему?! Для каких целей вот таких помощниц на работу нанимают?
Глава 24 
Я понимаю, что у меня нет права что-то требовать. Буйный озвучил мне условия. Я их приняла. Сделка, да? А я так не могу! Пусть хоть опять рычит. Не могу. Там секретарша своей грудью размахивает! А я должна при этом спокойно реагировать. Может ещё совет дать, чтоб одежду по размеру выбирала?
  
Я рвано вдыхаю, пытаясь угомонить накатившую истерику. Глаза начинает пощипывать. Я сбрасываю новый звонок от Буйного. Не буду ему отвечать. Иначе просто разревусь, а я этого не хочу. Не покажу слабости.
Почему так всё несправедливо, а?
Меня начинает трясти от холода. Я ведь раздетой выскочила, а на улице не лето. Но не спешу обратно. Для начала мне нужно успокоиться.
Тру ледяными пальчиками лицо, разгоняя кровь. Лучше от этого краснеть, чем от злости. Выдыхаю. Нашла из-за чего злиться. Мне же лучше, если он свое внимание на кого-то переключит. Меньше лезть будет. Я же этого хотела, да?
Замечаю, как ко мне семенит Иван. А что ж без огнетушителя? Сейчас лишнее внимание только бесит.
– Я никуда не сбегаю! – Рявкаю. – Оставьте меня одну.
– Не могу. Тут…
– Мне плевать! Плевать! – Срываюсь на крик. – Я не могу на улице побыть? Свежим воздухом подышать? Нечего тут поджигать, ясно? Или скоро на людей переключусь. Хочешь? - Меня несет, но я не могу больше. Там у Эмира секретарша, а меня тут преследуют и контролируют. Эмоциями разрывает.
– Это Буйный. Тебя. - Всучивает мне телефон, быстро отходя. Словно даже телефон в моих руках взорваться может. Или опасается нашего с Эмиром столкновения.
Я не хочу говорить сейчас с Буйным. Даже голос его слышать. Но складывается твердое ощущение, что если не отвечу, то мне мобилку к уху примотают.
– Да? – Выдыхаю нервно.
– Кукла, ты если ещё раз трубку бросишь, нахуй, то я лично приеду.
И это далеко не обещание приятного визита. Но я вздергиваю подбородок, будто мужчина меня видеть может. Губы поджимаю.
– Случайно получилось, — вру легко. – Пальчик соскользнул.
– После того, как ты орала? Без телефона, блядь, услышал бы.
– Тебе не пора навстречу?
– Мне пора тебя на хуй насадить, походу. Раз осмелела. Ты нихуя не перепутала? Ты, блядь, не стесняйся. Просто попроси.
Я прикусываю губу. Выслушиваю поток ругани. Чем сильнее злится Эмир, тем больше у него матов. Сейчас и слов нормальных нет, одна нецензурная лекция. Я такого и не знала! А вот Буйный научит плохому.
– Ты всё уяснила?! – Рявкает так, что я подпрыгиваю.
– А ты на меня так не кричи, — шиплю. – У тебя сотрудники есть. Вон секретарша явно будет рада любому тону.
– Ты так же на меня работаешь, кукла. Я тебе не бабками, а услугами плачу. А ты в ответ мои приказы выполняешь. Мозг мне не сношаешь. И ревность свою скрути. У нас уговор.
"Права больше не имеешь" – почти слышу, как мужчина это произносит.
Сжимаю челюсть с такой силой, что аж пульсацией отдает в десна. Мне надо промолчать. Не нарываться сильнее. Но это так сложно. – Я согласилась, да, — всё-таки прорывает. – Но не собираюсь потом всю жизнь лечиться. После того как ты от какой-то швабры мне болячек принесешь. Так что… Ты либо других не трахай! Либо ко мне со справочкой приходи. - Фух. Сказала.
А в ответ – тишина. Звенящая. Тяжелая. Я совсем Эмира довела? Он там уже план моего убийства продумывает? Или дар речи потерял из-за моей смелости? Я сама от себя в шоке. Но не хочу так. Не хочу. Мне больно. Разве он не понимает?
– Хули ты такая смелая щас? – Оживает. Голос опасно звенит. – При встрече только ноги расставляешь.
– А я бы и в лицо сказала. Будь возможность. А так… Мне пора. И у тебя встреча. Счастливо. - Завершаю вызов, чувствуя себя самоубийцей. Возвращаю мобилку Ивану, который в доме ждал.
Вибрирует мой собственный телефон. Но это не Эмир. А напоминание принять таблетки. Укол мне не подошел. По каким-то там анализам. Поэтому прописали противозачаточные таблетки. Их я пью исправно, не пропуская. Несколько будильников установила, чтобы наверняка. Это очень важно. И я впервые так ответственно отношусь к заданию.