Николетт. Охотники на оборотней (СИ)

Мы поехали по пустынным улицам, освещенным редкими фонарями.
Одно утешало: злое лицо Данара было чудесно расцарапано, с него капала кровь.
— Меня будут искать.
В ответ на это он вдавил в пол педаль газа, и машина рванула с удвоенной скоростью.
* * *
Мы промчались мимо полицейского блокпоста при выезде из города.
К моему огорчению, машину никто не попытался остановить, шлагбаум был поднят и в будке никого. Неужели даже постовые на моей свадьбе?
Данаром овладела странная радость, губы дрогнули в улыбке, он пристально вглядывался в дорогу, нервно сжимая руль.
И вдруг на пути промелькнул силуэт.
Данар крутанул руль, и машину бросило в сторону.
Нас снесло с дороги в кювет, как следует встряхнуло.
Из-под капота повалил густой дым, раздалось шипение — и мотор заглох.
Я сидела ни жива ни мертва. За одно мгновение перед глазами пронеслась вся жизнь.
Нащупала ручку дверцы, но она отказывалась открываться. Я билась, как рыбка в сетях, наконец, раздался щелчок, и я вывалилась в пахучую траву.
Сквозь легкую дымку облаков светила луна, заливая луг и лес серебристым сиянием.
Я жива? Неужели жива?
С трудом поднявшись на ноги, поспешила к багажнику. Машину на кочках немного перекосило, и он был приоткрыт.
Подцепив его край, потянула наверх, и из его нутра черной молнией вылетело нечто и шмыгнуло в кусты.
— Довольна? — хрипло прозвучал голос Данара. — Твоя кошка цела и невредима. Я выполнил свою часть сделки.
Он стоял возле машины, опираясь на дверцу.
— Какой еще сделки? — возмутилась я. — Ты меня просто украл! С собственной свадьбы!
— Ну, прости, кошечка, не хотел портить твой праздник. Так получилось.
Данар обеспокоенно вглядывался в ночь. И я вспомнила про смазанный силуэт, мелькнувший на дороге. Неужели волк? Или оборотень?
— Я могу идти домой?
Придется топать пешком, в темноте, но это лучше, чем торчать с Данаром.
Он отошел от машины, осматриваясь и чуть прихрамывая. Для него поездка оказалась не совсем удачной, да и я набила ссадин.
— Что не так? — спросила я, видя его встревоженный взгляд.
— Пока не знаю. — Данар вытащил из-под плаща револьвер, и у меня перехватило дыхание: у него оружие!
— Боюсь, тебе придется еще немного со мной прогуляться.
— Но…
Хрустнула ветка. Я обернулась на звук и не поверила глазам.
Из-за дерева вышел Джек.
Что он тут делает? Что вообще происходит?
Стайлер подошел ближе. Он был в бежевом костюме, в котором присутствовал на свадьбе. С тех пор, как он с Эммой ушел провожать бабушку до дома, я его не видела.
Данар смотрел на Джека заинтересованно, но револьвер не поднимал.
— Какая встреча, Стайлер. Впрочем, я ожидал тебя здесь увидеть, — сказал он.
А вот у меня закралось подозрение, что совсем не ожидал и не понимает, что тут делает Джек. Как не понимала и я.
— Данар, отпусти Николетт. Ты же знаешь, что всё кончено, — спокойно проговорил Джек.
— О чем ты? — Глаза Данара были обведены красным, он явно дико устал. Неизвестно, сколько ему пришлось побегать от «ищеек».
— Ты окружен. Здесь всюду полиция.
Данар нервно осмотрелся, его лицо перекосила злобная ухмылка, он поднял револьвер, направив на Джека.
— Врешь, Стайлер. Дурацкая игра. Ты здесь один. Чего ты хочешь? Ты и так завладел всем, что принадлежало мне… Моей стаей. А теперь планируешь сдать меня копам?
— Опусти оружие. Иначе тебя пристрелят, как бешеного пса.
— И что с того? Переживаешь? Недавно собирался перегрызть мне глотку, а сейчас что? Славно вы с братцем меня разыграли. Жаль, я не проследил, чтобы он тогда сдох. Но ничего, будет еще время. Он заплатит за свой обман. И ты, Джек — тоже! Ведь я тебе почти поверил. А ты меня предал. И для чего? Чтобы вызвать на поединок? На что ты рассчитывал? Неужели тебе, правда, нужна моя стая? Ради этого ты всё затеял?
— Мне твоя стая ни к чему. Я распущу ее. И прослежу, чтобы они больше не собирались вместе и не преступали закон, — спокойно пояснил Джек.
— Да что ты! — Данар пренебрежительно сплюнул на землю. — И как ты этого добьешься? За каждым будешь следить?
  
— Если понадобится.
  
Глава 68
 
Теряя сознание
 
— Тебе одному это не под силу, Стайлер. Даже в стае, будучи вожаком, их трудно контролировать. А вдалеке… Забудь об этом. Зря ты в это впутался.
— Это ты меня впутал, когда напал на мою семью.
— Можешь сказать спасибо своему папаше, что так получилось. Он открыл ящик Пандоры. А ты оказался его славным преемником. Что ж, пришло время отправить тебя в ад. Как и совсем скоро твоего отца. — Данар взвел курок. — Прощай, герой. Тебе всегда чего-то недоставало. Пора тебе угомониться.
Даже не знаю, что со мной случилось. Словно мое тело двигалось само по себе, без моего участия.
Я метнулась к Джеку, закрыть его собой. Подумав, что это самый отчаянный поступок в моей жизни. И самый безрассудный. Поймать пулю в день своей свадьбы, что может быть печальней?
Прожить несколько лет жизни и уйти в самом расцвете. Какая трагедия. И как бессмысленно.
На этой мысли я за что-то запнулась и полетела вниз.
Прогремел выстрел.
Я лежала на земле, зажмурившись, не понимая: упала ли я до выстрела или после. Прислушиваясь к своим ощущениям, кого-то прижимая к себе.
Кого-то живого, вырывающегося. Кто пребольно поцарапал мне руку.
Мартина⁈ Это из-за нее я потеряла равновесия, потому что она запуталась у меня в ногах?
Да откуда она вообще взялась?
А с другой стороны… кругом глухое место, воет ветер, темень, куда еще бежать бедной кошечке, как не к хозяйке?
Я прижала Мартину крепче, и она перестала царапаться, только время от времени шипела. Но и это делать прекратила, стоило мне попросить: «Тихо, Марти». И погладить по шерстке, стараясь успокоить.
Я слышала звуки борьбы, они нарастали.
Или просто ко мне возвращался слух, после громкого выстрела.
Постойте, похоже, я цела, у меня не прострелена грудь. Только от страха колет сердце.
Я села, удерживая кошку, которой очень хотелось удрать.
Да и мне — тоже. От представшей взору картины.
Черный волчище боролся с Данаром. Или наоборот: Данар с волчищем, который не давал ему обратиться.
Револьвер валялся в стороне, поблескивая сталью в лунном свете.
Наконец Данар затих, острые зубы схватили его за горло. Одно движение, и они перекусят тонкую кожу, заберут жизнь безвозвратно.
Данар бы так и сделал.
Он бы пристрелил и Джека, и меня. Его бы ничего не остановило. И наверняка не мучили бы угрызения совести. Ведь он бы так поступил, чтобы спасти свою жизнь.
Потому что мы для него угроза.
Как и он для нас.
— Джек, не надо, — услышала я собственный голос даже раньше, чем сообразила, что не хочу этого.
Не хочу, чтобы Джек нес в душе такую тяжесть. Убийство.
Данар этого не стоит.
Лучше пусть он живет и, может, когда-нибудь осознает, что для него сделал Джек. Как остановил на пути зла, не дал окончательно сорваться в пропасть, откуда нет возврата.
Я поднялась и, пошатываясь, подобрала револьвер.
Мартина вывернулась и шмыгнула в кусты.
— Джек, отпусти его. Он этого не стоит. — Я прицелилась, думая о том, чтобы ненароком не попасть в черного волка, который продолжал сжимать челюсти на горле Данара, чье лицо побледнело от напряжения. — Я держу его на мушке. И если что — выстрелю. И не промажу. Ты же сам учил меня стрелять, Джек.
Я взвела курок, стараясь справиться с дрожью в пальцах.
Надеюсь, в барабане остались патроны, а если нет, то…
Раздался выстрел.
— Всем ни с места! — прозвучало в повелительном тоне.
Я вздрогнула… почудилось, что это мой револьвер выстрелил.
— Будь я проклят! Что это такое? — продолжал всё тот же голос. Он мне показался знакомым.
Я увидела темный силуэт, возвышающийся на пригорке, с поднятым к небу ружьем. Похоже, стреляли вверх. Но затем дуло направили в нашу сторону, на черного волка.