«Грязные» методы
Красин слегка оглушенный поднялся и стал осматривать парк. Он нигде не мог увидеть Шейлу, всего пару минут назад разговаривающую с ним. Где она оказалась? Не попала ли под смертельные осколки.
Над городом ревели сирены. Полицейские и машины скорой помощи съезжались с разных сторон.
Через несколько минут с парковки на Harris Street выехал микроавтобус. Он неспешно двигался в восточном направлении, подальше от центра. В те моменты, когда он проезжал по освещенным улицам, под светом придорожных фонарей можно было прочитать надпись на его борту: «Агентство спортивных новостей». Автомобильный номер 88–88.
Руководитель группы, сидевший справа от водителя, обернулся в салон.
— Послушай Шейла, или как там тебя зовут на самом деле. — Произнес мужчина лет сорока. — Скажу честно, мне было интересно сотрудничать с тобой все это время. Но сейчас, я думаю, наша совместная операция заканчивается. И поскольку мне явно придется объяснять своему руководству весь этот фейерверк, скажи мне пожалуйста — зачем это было так необходимо?
— Эта Эллис стала случайным свидетелем моего контакта с Ван Ифу в ресторане. Не то, чтобы она была большой поклонницей этого парня, но не так часто в ее жизни попадались настоящие олимпийские звезды. Похоже из-за этого она и решила посетить финальный матч пистолетчиков. А поскольку женщина она умная, то быстро сообразила, что как-то странно выглядит это совпадение. Вначале в ресторане происходит цепочка событий: морепродукты — мое присутствие в красном платье — потеря сознания спортсменом. А потом этот же психологический якорь срабатывает в ходе финала, и явный лидер опять теряет сознание. И все бы ничего. Я уже ехала на эту долбаную встречу. Но когда вы перехватили второй звонок и к нам на хвост сел оперативник турецкой MIT — решение надо было принимать быстро. Независимо, добрался бы он до источника или нет, уже утром он бы строчил доклад по этой зацепке.
— Ок. Но зачем ты отпустила эту русскую даму? Мы едва нагнали ее в том парке. Правда магнитофона ни у нее, ни у француза не оказалось.
— В этот раз появились независимые торговцы, готовые предложить технологию воздействия на людей любому покупателю. Эти русские вычислили их быстрее чем мы и спасли наших девчонок на гимнастике. Так что считай это мой долг перед ними.
— Не знал, что ты озабочена такими моральными барьерами.
— Ну это старая поговорка: «Разведка настолько грязное дело, что заниматься ей могут только настоящие джентльмены.»
— Или леди. — улыбнулся ее собеседник.
— Именно. Но есть и еще один момент. Наших действий так никто и не вычислил. А если какие-то подозрения и будут, то пусть они ведут в сторону этого авантюриста-француза.
— Надеюсь нас так никто и не вычислит.
— Ну, время покажет. Жизнь — это мозаика. Каждый камешек по отдельности ничего не значит. Но если ты увидишь их вместе, может сложиться картина.
Она вышла из фургона и исчезла в темном переулке.
(Входе всей этой истории мы видели картинки в отдельных окнах. Но дадут ли они, что-то вместе? Сложится ли мозаика?)
P. S.
Пассажирский Боинг готовился к вылету. В маленькое окошко иллюминатора смотрела голова Ченга. Он был явно зол и сжимая кулак, бормотал под нос:
Оййй, у меня хорошая память. Я покажу этим янки. Нашей цивилизации три тысячи лет. Четыре года до следующей Олимпиады я как-нибудь подожду.