Князь Беркутов-Туманный (СИ)
До традиционного места охоты на архаров долетели без особой спешки, спланировали поближе к стаду, пасшемуся на облюбованном месте, и пошли по кругу в поисках одиночек пятого ранга. Почему именно пятого? Да потому, что ни толком не раскачанный скальпель Оли, ни ножи с новым зачарованием Светы шкуру Кошмаров-«шестерок» не прорезали.
Да, мы, старшие, привычно «жили» в прозрениях. Но стадо было очень большим, и слишком яркие «силуэты» особей, пасшихся близко друг к другу, сливались в огромное светлое пятно, а разбегавшиеся, а потом сталкивавшиеся еще и отвлекали. Поэтому «странности» одного из них мы, к сожалению, не заметили. И атака снежного барса на стельную самку пятого ранга застала нас врасплох.
Слава богу, леденящий душу рык, раздавшийся откуда-то слева, был направлен не в нашу сторону. Поэтому мы впали в состояние оцепенения от силы секунды на две, «просели» по высоте метров на двадцать с небольшим и успели себя подхватить. А архары, оказавшиеся в фокусе действия навыка, затупили по полной программе. Вот кошатина жертву и закогтила. Вернее, допрыгав до нее обычными, но чрезвычайно длинными прыжками, вцепилась метаморфированными зубками в кольчугу, прикрывавшую горло, опрокинула животное навзничь и продавила оба слоя защиты всего парой десятков ударов лапой с «тюнинговыми» когтями!
Проблем с прокусыванием кожи у барса тоже не возникло — как только марево с кольчугой приказали долго жить, барс сомкнул чудовищные челюсти, мотнул головой и с невероятной легкостью вырвал самке архара глотку!
Все вышеперечисленное я заметил благодаря прозрению. Ибо на полной скорости несся к облакам и поглядывал то на них, то на девчат, зеркаливших мои действия. А моя благоверная, как вскоре выяснилось, «держала» всю зону покрытия прозрения. Поэтому в какой-то момент вытянула руку на половину восьмого и развернулась в указанном направлении.
Мы со Светой среагировали практически мгновенно, но все равно чуть-чуть опоздали. Поэтому успели увидеть только беспорядочное падение архара, искавшего спасение на почти вертикальной стене, взбежавшего по ней метров на триста и сорвавшегося вниз. А через миг до нас донесся отголосок рыка с другим «оттенком» и вызвал безотчетный ужас, граничивший с паникой!
— Нихрена себе… — потрясенно выдохнул я, оценив силу воздействия этой дряни на разум. А потом заметил еще одного барса, спускавшегося по той же стене к тушке разбившейся жертвы, и сложил в единую картину отдельные фрагменты увиденного.
— Ага… — подтвердила Птичка, подавшаяся вперед и смотревшая вниз над моим правым плечом. — Первый барс напал на самку и успел продавить ее защиту за время действия умения, вводящего в ступор, а второй подождал, пока стадо взберется на отвесную скалу, и испугал второго архара на высоте, падение с которой должно было с гарантией «схлопнуть» и защитный покров, и кольчугу!
— Наработанная тактика… — поддакнула ей Оля, подлетевшая поближе. И прилично загрузила: — Но меня заинтересовали умения, используемые барсами — что-то вроде мимикрии, позволяющей маскироваться среди камней и снега, и два разных рыка — загоняющий в ступор и пугающий до дрожи в коленях.
Не выдели она интонацией слово «заинтересовали», я бы решил, что этот монолог — попытка поделиться впечатлениями. А так сообразил, что супруга обнаружила три достаточно реальные возможности усилить Стаю, и мысленно пообещал себе при первой же возможности выяснить, какие именно. Но в этот момент возле нас нарисовалась младшенькая и дурашливо затараторила:
— Игнат, тебе срочно нужна Искра одного из этих барсов! Ибо глава рода Беркутовых-Туманных обязан уметь… хм… убеждать не только делом, но и Словом…
…Лезть на снежного барса седьмого Кошмарного ранга, будучи самыми обычными «единичками», мы, естественно, не стали. Зато минут через сорок-сорок пять пребывания в районе ледника все-таки завалили архара-«пятерку» для Полины и, прихватив три куска льда, вернулись в Скалу. Следующие часа три продавливали аструмовую блокировку, потом пообедали и продолжили тренироваться. А в половине седьмого вечера я, вывалившись из транса по настоятельному требованию организма, внезапно наткнулся взглядом на лицо Полины, покрытое бисеринками пота, вгляделся в ее энергетику, торопливо вернул девчонку «в реальность» и мягко пожурил:
— Солнышко, все хорошо в меру. А ты себя вот-вот загонишь!
— Я устала не так уж и давно… — вздохнула она, немного поколебалась и добавила: — Но сильнее, чем обычно…
Я присел перед ней на корточки и поймал виноватый взгляд:
— Поль, высокий ранг — не самоцель, а средство, упрощающее выживание что тут, в Пятне, что в Большом Мире. Ты в свои четырнадцать — полноценная Боярыня, и мы этим, конечно же, гордимся. Но для нас в разы важнее твои человеческие качества — доброта и порядочность, душевная чистота и умение беззаветно любить, преданность семье и самоотверженность, верность слову, кристальная честность и скромность, обязательность, отвага, упорство и много чего еще. В общем, мы о тебе беспокоимся. И точно знаем, что от переизбытка добросовестности можно перегореть или превратить жизнь в серое, унылое и однообразное прозябание. Поэтому хотим, чтобы с нами ты чувствовала себя любимой младшей сестренкой, а о двух других составляющих нового образа — Птице из Стаи Черного Беркута и взрослой представительнице княжеского рода — вспоминала только в присутствии посторонних.
— Страх вас разочаровать стал слабее, но пока не исчез… — призналась она.
— Для того, чтобы он исчез, требуется всего ничего — отрываться почаще и побезбашеннее… — с улыбкой сообщил я и привел весомый аргумент: — Как тогда, когда ты спасала меня от щекотки.
Тут Полина хихикнула, сказала, что все поняла, осторожно дотронулась до моего предплечья и… первый раз обратилась ко мне по имени и на «ты»:
— Спасибо, Игнат — я обязательно воспользуюсь твоим советом и больше не буду себя загонять!
Я назвал ее умничкой, потрепал по волосам, поставил новую боевую задачу — вывести «сестренок» из транса и сообщить о скором вылете на охоту — а сам свалил.
Птичка не подвела — к моему возвращению вся женская половина Стаи успела натянуть свои вингсьюты и положить на стол мой, четыре «линзы», два рюкзака-однодневки с гидраторами, наполненными «подпиткой», и «сбрую».
Последнюю я, конечно же, нацепил. Но только лишь на всякий случай. И, затянув ремни, описал программу на вечер:
— Летим во второй круг, но чуть южнее мест, в которых охотились вчера и позавчера. Основная задача — найти последнюю, четвертую белку-летягу, стадо кабанов, хотя бы пару горностаев и какого-либо зверя-теневика. Кроме того, нам нужны окоченения, сферы умиротворения и туманы. И последнее: Птичка, у тебя три боевые задачи. Задача первая и самая главная — постоянно держаться чуть позади и чуть выше меня, ориентируясь на свою чуйку. Задача вторая — ассистировать нам площадными навыками типа буйства молний, но не в ущерб удержанию нужного положения относительно меня. Задача третья и последняя — работать в точку по той цели, по которой работаю я…
…Белку-летягу засекла Оля. Минуте на четвертой полета в поисковом ордере. Сама же и завалила. Так как не хуже меня понимала, что стремительно портящаяся погода очень скоро погонит нас обратно в Скалу. Потом ушла под невидимость, спланировала к «подбитой» тушке и повисела возле нее до тех пор, пока мы не подлетели на расстояние, с которого могли подстраховать.
Ядро и энергетический узел воздушной ступени вырезала с помощью скальпеля, в темпе упаковала в пакет, взмыла в воздух и, подлетев к Свете со стороны спины, затолкала нашу первую добычу в термос. Разойтись в стороны мы не успели — заметили «силуэты» восьми кабанов преимущественно второго Кошмарного ранга, скорректировали курс, разогнали восприятие и атаковали.