Печать пожирателя 8 (СИ)
Лапы «вожака» были длинными, изогнутыми, с когтями, которые, казалось, могли прорвать камень. Голова — устрашающая смесь насекомого и полуразложившегося черепа: глубоко запавшие глазницы, вытянутая челюсть, усеянная мелкими зубами. И один глаз…
Этот глаз был явно не его.
Он светился голубым светом, вращался внутри металлической оправы.
— Ну ты и страшила, — пробормотал я.
«Вожак» будто услышал меня. Он повернул свою уродливую голову, замер на секунду — а затем взмахнул крыльями, посылая ментальный приказ — и рой обрушился на меня.
Твари летели со всех сторон, щёлкая челюстями, выпуская ядовитую пыль, целясь в лицо и шею. Я вкачал в щит больше энергии, выпил кристалл, ударил огнём по кругу отбрасывая первых несколько рядов, но большинство всё равно проскочили сквозь защиту.
Один прорвался сквозь щит, впившись когтями прямо в грудь. Я сбил его усиленным кулаком, рванул вперёд, вытянув руку и направив поток огня в небольшой радиус перед собой.
Огненная стена рассеяла часть роя, заставив их рассеяться в разные стороны.
А я ударил ещё раз — на этот раз решив не жадничать и закончить всё одним махом, влив в серию огненных стрел немного Эфира.
Они пронеслись над вонючей водой и ударили прямо в «вожака».
Уклониться он не успел.
Две стрелы врезались в его грудь и пламя тут же охватило тело. Тварь завыла — звук был таким, будто разрывалась сталь — задёргалась в воздухе, но…
Не упал! Только развернулся и — и с одного из крыльев ударило ответное заклинание! Да такой силы, что выбило у меня из ног опору — и я рухнул в воду.
Закашлявшись, попытался встать, но какая-то змея вцепилась в руку и попыталась утянуть на дно.
— Да отвали ты! — прохрипел я, и жахнул волной некротики.
Она прокатилась по воде, взбивая её, и поглотила сразу нескольких плывущих в мою сторону существ. Фыркая, я выпрямился и снова подкинул себя воздухом, возвращаясь на островок.
«Вожак» был ещё жив! Сильно ранен, с пробитой грудью, без хвоста и одного крыла — но жив!
Я не стал терял мешкать. Прицелившись, собрал из Искры немного Эфира, сформировал из него клинок — и метнул его в цель.
Серебряный луч пронзил воздух, врезался в тело чудовища и прошёл насквозь, разваливая тварь надвое. Главарь дернулся, его глаз вспыхнул ярче, и он рухнул в разные стороны.
Рой сразу замер. Все существа, которые оставались в живых и возвращались к месту сражения, остановились, как вкопанные. Пару секунд они глазели на меня своими фасеточными глазами — а затем начали разворачиваться и исчезать в темноте.
— Победа, блин, — выдохнул я.
Но прежде, чем удалось перевести дыхание, в голове раздался голос:
— Ты убил последнего достойного носителя за тысячу лет! Сволочь!
Я замер. Сердце забилось быстрее.
Мне не показалось… Это было осознанное обращение. Чей-то разум.
И он говорил со мной.
— О-о-о, какой ты умный!
Я мягко послал во все стороны сканирующие ментальные волны и переключился на магическое зрение. Увидев, что однозначная яркая нить голоса тянется ко мне от вожака стрекоз, медленно подошёл к его телу…
Оказавшись рядом, я пригляделся к правой половинке. Глаз — тот самый, искусственный, голубого цвета — всё ещё светился. Свет был тусклым, но живым.
— Неужели?..
Я аккуратно провёл пальцами по поверхности глаза. Он точно не был частью этого существа.
Слишком чужеродно для такого мутанта… Но при этом следов «установки» видно не было — глаз смотрелся, как родной…
Аккуратно, используя немного магии, я извлёк его. Глаз отделился легко, как будто и не был прикреплён к плоти. В моей ладони он продолжал светиться, хотя и чуть слабее.
— Осторожнее, идиот! — в голове вновь раздался чужой голос, — Осторожнее, я тебе говорю!
— Что ты такое?
Глава 10
Эфирная охота. Часть 3
— Имя мне — Хугин, — прошелестел в голове голос, полный гордости, — Так меня звали когда-то.
— Хугин, — я поморщился, пытаясь вспомнить, но ничего на ум не пришло, — И кто ты, Хугин?
— Для начала поведай, как мне называть тебя, вестник Хельхейма?
— Э-э-э… Марк. Этого будет достаточно.
Не то, чтобы я не был рад встретить кого-то разумного в таком месте, но… Рассказывать непонятному «глазу» о себе подробно, вот так сходу… Как-то это неправильно, мне кажется.
— Марк… Я слышал такие имена. Какое из них твоё?
— Ты что, думаешь Марков по всему миру с десяток? — удивился я, — И кстати, ты так и не ответил — кто ты?
— Я слуга своего хозяина.
— Да? И как его зовут?
— Его имя забыто временем… И мной… Он давно ушел из этого мира, не оставил даже памяти о том, как его зовут… Но я помню его… Помню, как он был велик — велик до того, что даже боги трепетали перед ним!
— Занятный, должно быть, был человек?
— Он хотел вернуть себе силу, которую потерял, — продолжил Хугин, будто и не услышав моих комментариев, — И для этого ему нужен был ключ — древний, скрытый в самом сердце Урочища. А я…
— Ты должен был найти этот ключ? — сообразил я, заинтересовавшись бормотанием «Глаза».
— Это была не простая задача. Проклятое дело… Я шёл через огни, через лед, через мрак, где время замерзало. Я преодолел горы, которые пели, и долины, которые рыдали. Я видел города, упавшие в вечную ночь, и реки, текущие вспять. И я открыл путь… Для него.
— Звучит, как отрывок старой саги, — я вдруг ощутил сильную усталость, и сел прямо на пол пещеры, — Значит, ты стал порталом?
— Да. Так велел хозяин… Ему нужно было войти. Чтобы мог обрести то, чего лишился. Но он исчез. Просто… исчез. Без следа. Без объяснений. А я остался один. В месте, которое стало для меня ловушкой.
— Ты говоришь об Урочище?
— Я говорю про шрамы на теле мира… Те, сквозь которые пришла Сила…
— Ну точно Урочища… Слушай, Хугин, а почему ты не ушёл отсюда, когда твой хозяин исчез? Кем бы он ни был…
— Потому что я был связан с этим местом. Связан магией, которую сам же и создал. Я стал частью врат, запирающих храм. И мой хозяин… Он не вернулся, и я остался их частью. И не смог уйти. Ни тогда, ни позже… Я погибал. Меня едва не поглотила сама магия, которую я использовал. Но я… сохранил свой разум, свою суть… в этом глазе. В подарке хозяина, давшем мне жизнь в своё время… А затем… Я бежал из храма… И стал ждать.
— Ждать чего?
— Спасения. Выхода. Возможности найти путь отсюда… Подходящего носителя… Но прошло много времени, прежде чем я смог создать себе хоть какое-то тело. Из тварей, из магии, из болотной тьмы. Я создал и несколько сотен лет взращивал то тело… Я его контролировал. Он был моим оружием, моими глазами, моим голосом. Он должен был помочь мне выбраться. Но ты его уничтожил!
— М-да, извини за это… Не знал, что лишаю тебя спасения. Но эй! — я «щелкнул» ментальный голос по носу, — Твои «стрекозы» сами на меня напали! Я защищался вообще-то! Так что с тебя ещё и причитается.
— Мне нечего тебе предложить, юный маг…
— А я думаю, есть, — продолжая говорить, я исследовал Хугина магическим зрением и своим энергожгутами.
Опасности в нём не было — он не мог «присосаться» ко мне, захватить контроль, да и сил у него было мало — по сравнению со мной, мышиный плевок.
Но заинтересовало меня другое.
Он не был духом, призраком, или магическим существом, созданным силами Урочища — слишком сильно уж различались энергетические сигнатуры… Его «суть», если можно так выразиться, была «искусственной», но разумной. Чем-то…
Похожей на Мунина?
Блин, сколько же этот глаз тут проторчал?
— Что последнее и важное случилось в мире, прежде чем ты сюда отправился? — не держав любопытство, спросил я.
— Хм… Пожалуй, самым важным стала новость о том, что царь Суппилулиум Первый вышел из Хаттуса и разбил объединённое войско Митанни и Египта, захватив всё Восточное Средиземье. А на завоёванных территориях создал вассальные княжества, правителями которых назначил своих младших сыновей.