Приключения Таисии Цветковой. Мёртвая отчётность

– Розалия вела дневник? – поразился Геннадий. – Она мне никогда об этом не говорила.
Мы с жадностью принялись читать записи. То, что мы там обнаружили, заставило меня похолодеть.
"15 марта. Начала ходить в диетический центр. Витольд Семенович очень обаятельный мужчина. Обещает потрясающие результаты."
 
"18 марта. Странно, но после приема таблеток у меня кружится голова. В/С говорит, что это нормально."
   
"22 марта. Вчера была в центре на каких-то новых процедурах. Не могу вспомнить, что именно делали. Проснулась дома, а как добралась – не помню."
 
"25 марта. Познакомилась с Таисией и Мариной. Приятные женщины. Но у всех нас одинаковые проблемы – провалы в памяти и галлюцинации. Случайность?"
 
"1 апреля. В/С предложил мне участвовать в каком-то эксперименте. Обещает, что я похудею на 25 кг за неделю. Звучит фантастически, но почему бы не попробовать?"
 
"3 апреля. Что-то происходит в центре. Я видела, как В/С разговаривал с какими-то подозрительными мужчинами. Один из них показал ему пачку денег. О чем они договариваются?"
 
"5 апреля. Узнала страшную вещь. Оказывается, несколько женщин из центра исчезли! Их родственники получили SMS о том, что они уехали за границу лечиться. Но это ложь! Я видела документы в кабинете В/С. Там были их фотографии и какие-то медицинские карты."
 
"7 апреля. Боюсь, что меня тоже хотят убрать. В/С слишком настойчиво предлагает мне новый курс процедур. Говорит, что после них я стану "совсем другим человеком". А что, если в прямом смысле? Завтра иду в центр в последний раз. Если что-то случится, пусть Гена знает – я его очень люблю."
 
На этом записи обрывались.
Геннадий сидел бледный как стена.
– Боже мой, – шептал он. – Что они с ней сделали? Что это за эксперименты?
– Нужно немедленно идти в полицию, – сказала я, захлопывая дневник. – Это серьезное дело.
Персик тем временем продолжал обследовать квартиру. Он обнюхивал углы, заглядывал за мебель, словно искал еще какие-то улики. Потом остановился возле окна и начал жалобно мяукать.
– Что с ним? – спросил Геннадий.
Я подошла к окну и выглянула на улицу. Внизу, возле подъезда, стояла черная машина с затемненными стеклами. За рулем сидел мужчина в кепке.
– Как давно она там стоит? – спросила я.
Геннадий пожал плечами:
– Не знаю, не обращал внимания.
Но Персик явно чем-то обеспокоился. Он метался по комнате, заглядывал в окно и тревожно урчал.
– Персик чувствует опасность, – сказала я. – У котов очень развитая интуиция.
В этот момент зазвонил мой телефон. Номер был незнакомый.
– Алло? – ответила я.
– Таисия Петровна? – в трубке прозвучал мужской голос. – Это Витольд Семенович. Не могли бы вы подойти в центр? У нас тут кое-что для вас припасено.
– Что именно? – настороженно спросила я.
– Сюрприз, – загадочно ответил Морковкин. – Кое-что касательно вашей подруги Розалии.
Трубка отключилась. Я посмотрела на Геннадия, потом на Персика. Кот смотрел на меня такими глазами, что я поняла: он категорически против этой затеи.
– Не идите туда, – взмолился Геннадий. – После того, что мы прочитали в дневнике… Это может быть ловушка.
Но мое бухгалтерское любопытство взяло верх. Если в центре действительно происходит что-то криминальное, то нужны доказательства. А Розалию нужно спасать, пока не поздно.
– Завтра же пойдем в полицию с дневником, – пообещала я Геннадию. – А пока я попробую выяснить, что случилось с Розалией.
Персик недовольно зашипел. Видимо, он считал, что его хозяйка совершает большую глупость. И, как выяснилось позже, был абсолютно прав.
 
Глава 4. Витамины с секретом
 
Утром я проснулась с твердым решением докопаться до истины. Персик лежал рядом на подушке и смотрел на меня с выражением глубокого понимания в янтарных глазах. Кажется, мой умный кот тоже понял, что дело принимает серьезный оборот.
– Персик, – обратилась я к нему, почесывая за ухом, – нам нужно выяснить, что это за таблетки такие. И я знаю, к кому обратиться.
Аркадий Сергеевич Пробиркин работал в химической лаборатории при медицинском университете. Мы познакомились три года назад на дне рождения моей соседки тети Клары. Невысокий, лысоватый мужичок с добродушным лицом и вечно перепачканными реагентами пальцами, он сразу мне понравился. Аркадий обладал удивительной способностью объяснять самые сложные химические процессы простыми словами, да еще и с юмором.
Позвонить ему я решила прямо с утра, пока не передумала.
– Аркадий Сергеевич? Это Таисия Цветкова, помните, мы встречались у Клары Семеновны?
– Таисия Петровна! – обрадовался знакомый голос. – Конечно, помню! Как дела? Не заболели часом? Голос какой-то встревоженный.
– Не заболела, но есть одна проблемка. Не могли бы вы помочь? Нужно проанализировать состав одного препарата.
– Легко! Приезжайте в лабораторию, я как раз сегодня до обеда свободен. Только образец не забудьте захватить.
Образец у меня был – несколько таблеток, которые я вчера подобрала с пола. Персик проводил меня до двери с таким видом, словно понимал всю важность миссии. Или просто надеялся, что я принесу ему что-нибудь вкусненькое из университетской столовой.
Лаборатория Аркадия Сергеевича находилась в старом здании медуниверситета. Пахло там химическими реактивами и какой-то особой научной стерильностью. Сам хозяин встретил меня в белом халате, весь увешанный пробирками и колбами.
– Ну, показывайте свою загадку, – потер руки Аркадий Сергеевич.
Я протянула ему пакетик с таблетками и рассказала всю историю – о диетическом центре, странных побочных эффектах и подозрительном химическом запахе. Химик слушал внимательно, время от времени хмыкая.
– Ясно, – сказал он, когда я закончила. – Сейчас посмотрим, что тут у нас. Но предупреждаю – анализ займет часа полтора. Можете пока прогуляться по городу или в нашей библиотеке посидеть.
– А нельзя ли мне здесь остаться? – попросила я. – Очень интересно посмотреть, как это делается.
Аркадий Сергеевич улыбнулся:
– Ну что ж, оставайтесь. Только не мешайте и ничего не трогайте. У меня тут все очень хрупкое.
Следующий час я с замиранием сердца наблюдала, как химик колдовал над моими таблетками. Растирал их в порошок, смешивал с какими-то жидкостями, капал реактивы, рассматривал результат под микроскопом. Иногда он задумчиво хмыкал или удивленно присвистывал.
– Ну и ну, – пробормотал он, наконец, отодвигаясь от приборов. – Таисия Петровна, а вы уверены, что это витамины?
Сердце у меня подпрыгнуло к горлу.
– А что это такое?
– Это, милочка, очень серьезный коктейль из психотропных веществ. Тут есть и транквилизаторы, и нейролептики, и что-то вроде наркотических средств. Одним словом, препарат, который может полностью отключить волю человека.
Я почувствовала, как ноги стали ватными.
– То есть, как отключить волю?
– Ну, представьте себе зомби из фильмов ужасов, – пояснил Аркадий Сергеевич. – Человек остается в сознании, может ходить, говорить, выполнять простые действия, но при этом полностью подчиняется внешним командам. А еще у него пропадает память – он может не помнить, что происходило с ним под действием препарата.
У меня кружилась голова. Значит, все симптомы Розалии, Марины и мои собственные – это не побочные эффекты диеты, а действие наркотиков!
– Аркадий Сергеевич, а что будет, если принимать такие таблетки длительное время?
Химик нахмурился:
  
– Ничего хорошего. Может развиться стойкая зависимость, нарушения психики, провалы в памяти станут постоянными. А при передозировке человек может впасть в кому или даже умереть.
– А похудеть от них можно?
– Да никак! Скорее наоборот – некоторые из этих веществ способствуют набору веса.
Я села на стул, потому что стоять больше не могла. Значит, весь диетический центр – это обман! Но зачем? Зачем Морковкину превращать клиенток в зомби?