Современный зарубежный детектив-9. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Я даже не помню, как дошла обратно, была настолько на взводе, что ничего вокруг не замечала. И не помню, как села в машину и доехала до дома мамы и папы.
Джулия окликнула меня по имени. Я отперла дверь дальней спальни, включила свет и встала в дверном проеме, чтобы у нее на лице отразился весь ужас моего внешнего вида. Сначала она заморгала от яркого света. А потом увидела кровь и завизжала.
– Мне надо в душ, – объявила я. – Если не прекратишь орать, мать твою, я и с тобой сделаю то же самое. И скормлю тебя своей чихуахуа.
Я дома. Уравновешенная. Обновленная. Чистая. Крейг с парнями отправились по своему обычному маршруту: сначала в «Везерспунс» – успеть выпить пива до закрытия, а на обратном пути «навернуть кебабчика», так что нет никаких сомнений в том, что к утру квартира провоняет его мясным пердежом. Но сегодня мне на это плевать. Нет, серьезно, когда отнимаешь жизнь, преисполняешься таким чувством собственного превосходства – на душе теплеет. Все прочее дерьмо как рукой снимает. Дзынь сидит на другом конце кровати и смотрит на меня, прижав уши. Она еще не высохла после нашего с ней душа у мамы и папы. И все смотрит и смотрит на меня. Хотелось бы знать, о чем она думает.
Вторник, 13 февраля
1. Мужчина с бородой и проколотой бровью, который влез передо мной в «Старбаксе» и заказал пряничный латте и бэбичино.
2. Женщина, которая врезалась в меня в «Лидле» и потребовала, чтобы я перед ней извинилась.
3. Диллон на кассе в «Лидле», который сегодня сказал мне: «Не грусти, может, еще ничего и не будет». Так захотелось пырнуть его под ребро.
Сегодня кошмаров не снилось. Спокойный сон без сновидений и сразу после пробуждения – бодрящая чашка кофе, которая ждала меня рядом с подушкой. Крейг даже сделал мне бейгл с копченым лососем, хотя я не просила, и, пока я была в душе и орала во все горло под Бейонсе, вошел в ванную, и у нас был стоячий секс у плиточной стены – непривычно страстно для нас. Меня до сих пор била дрожь после вчерашнего нападения в парке, так что мне ничего не стоило, закрыв глаза, вообразить, что я по-прежнему там и меня хватает насильник. Я в кои-то веки быстро кончила и еще какое-то время тяжело дышала в ритм «Beautiful Liar».
Потом была работа, и там все прошло в высшей степени херово. Парковка, на которой я обычно оставляю машину, была переполнена – пришлось парковаться в миле от офиса, и, когда я наконец вошла в редакцию, вся «Газетт» полным составом стояла полукругом, приветствуя новую девочку.
Нашего нового младшего репортера.
Даже Джефф ей аплодировал.
Они отдали мое место соплячке (только-только после журналистского факультета), которая откликнулась на вакансию перед Рождеством. Аккуратная, изысканная, говорит на шести языках, в конце школы сдала экзамены по двенадцати предметам и уже получила молодежную репортерскую награду в газете «Вэлли Ньюс». Я была настолько охвачена злобой, что не услышала ни приветственной речи Рона, ни ее ответных слов благодарности. Да все равно – сплошные дежурные фразы: «мы тоже очень рады», «восторг и счастье», «стану частью большой семьи» – ля-ля-ля-тополя-офигеть-как-приятно-ля-ля.
Конечно, я смолчать не могла, и, когда все закончили лизать ей клитор, постучалась в кабинет Рона и вошла, не дожидаясь приглашения.
– А, Рианна, дружище, я как раз хотел тебя пригласить.
Нет, это не опечатка. Я работаю тут уже три года, и он по-прежнему зовет меня Рианной. Я закрыла дверь и села. Ярость клокотала во мне так, что уже переливалась через край котла моей человечности, но убавлять огонь на конфорке я не собиралась.
– Я понимаю, что тебе это, возможно, непросто принять, но я твердо уверен, что Дэйзи – самая подходящая кандидатура на эту должность. У нее уже есть диплом и два года опыта в написании больших текстов для «Вэлли Ньюс».
– «Вэлли Ньюс»! – сплюнула я. – Не «Телеграф» же!
– Когда у тебя будет побольше опыта и ты тоже окончишь журфак, можно будет говорить о более регулярных публикациях. Я знаю, что тебя немного огорчила история с тем материалом про бунтарей-возлюбленных…
– Ага, потому что Лайнус подписал его своим именем.
Рон закрыл глаза и откинулся в кресле, а когда открыл их снова, рот его скривился в улыбку.
– Ну конечно, своим. Ведь это он написал статью.
– Да, воспользовавшись моей фотографией.
– Ну допустим…
– НИ ФИГА НЕ ДОПУСТИМ! – заорала я.
Рон окинул взглядом окна, выходящие в офис, чтобы посмотреть, не слышал ли меня кто. Никто даже головы не оторвал от компьютера. Я попыталась применить технику глубокого дыхания, но не могла думать ни о чем другом, кроме серебряного ножичка для вскрытия писем, который лежал на столе: ужасно хотелось схватить его, прыгнуть через стол и бешено истыкать Рона всего с ног до головы.
– Рон, ведь это был мой эксклюзив… Мистер Рон… Мистер Пондичерри. Это я сфотографировала влюбленных. Это я сижу на всех судебных слушаниях, это я пишу про бесконечные золотые свадьбы, и это мне пришлось бежать рядом с Уилл Ай Эмом, когда ему вдруг вздумалось пробежать полумарафон в пользу томографа для больницы. Мне, а не Лайнусу, не Клавдии и не Дэйзи. Мне.
– Я понимаю, – снова сказал он.
– Нет, не понимаете, – перебила я его, покрепче хватаясь за дверь, чтобы не упасть оттого, что ярость внутри разбушевалась совсем как лимонад в бутылке, которую бешено встряхнули.
– Бунтари – это сейчас самая горячая тема, – объяснил Рон. – Она требует трезвого и беспристрастного освещения. При всем уважении, я не могу отдать ее ассистенту редакции. Слишком большая ответственность. Я бы подвел в первую очередь тебя, понимаешь?
Я чувствовала себя как маленькая девочка, у которой отняли леденец, чтобы не испортила аппетит. Я скрестила руки на груди.
– Давай договоримся так, – начал Рон. – Я дам тебе твою собственную колонку в разделе «Культура» – там, где у нас афиша кино и концертов. Можешь публиковаться под своим именем и писать в этой колонке о чем хочешь, обращаясь непосредственно к тинейджерам. Назовем это… «Тин-Ток». Или «Шум». А как насчет «Шум города»?
– Обзоры фильмов для детей? Вы поручаете мне писать обзоры на детские фильмы?
– Рианна, ну чего ты от меня хочешь?! Хочешь, чтобы я назначил тебя старшим репортером, потому что ты несколько раз составила таблицу результатов крикетных матчей и написала отзыв на веганский ресторан? Профессии нужно сначала поучиться, моя дорогая. Покарабкаться по лесенке. Начинать надо с малого. Нельзя сразу оказаться наравне с тяжелой артиллерией вроде Лайнуса и Клавдии. Они вложили в эту работу время, не один год, росли в профессии постепенно – и у тебя будет так же.
– А как насчет следующего года? Может, в следующем году вы меня отправите на учебу?
Рон вздохнул. Если бы он был драконом, на моем месте уже осталась бы только прожженная дырка в ковре.
– Если ты хочешь построить здесь карьеру, – начал он, – то будешь делать всё так, как мы тебе говорим. Это значит, что, если Лайнус, Клавдия и старшие редактора велят тебе прыгнуть, ты спрашиваешь, насколько высоко. Если просят принести им сэндвичи, ты спрашиваешь с чем. Приказывают посмотреть все существующие в природе фильмы с Кэйт Хадсон и написать о них на своей кинополосе – делаешь это.
– А вы не перегибаете палку?
Он улыбнулся.
– В общем, мы договорились, да?
Я кивнула и медленно выдохнула. Пора было возвращаться в рамки Спектакля. Я усмирила свою ярость, погладила ее по загривку и угостила свежей морковкой.
– Простите, – сказала я. – Просто для меня это очень важно.
– Это хорошо, – отозвался он, вставая и вскидывая кулаки к потолку. – Страсть. Борьба. Вот что мне нравится в людях. Когда-нибудь из тебя выйдет отличный репортер. Ну а пока…
