После развода. В его плену (СИ)

Но я этот ответ — не узнаю.
Не сейчас.
Может быть, никогда.
Но у меня нет выбора. Как и всем женщинам в семье Дикановых мне придется с этим смириться.
  
Эпилог
 
— Инга!
Глеб находит меня, когда я почти этого не жду.
— Идем в машину!
Выхожу — тачка уже другая.
— Садись!
На заднем сиденье передает пакет с вещами. Не новыми — это мои вещи.
  
— Ты был дома?
— Пришлось. Забрал деньги. Поменял машину, чтобы не отследили, так надежнее. Извини, что долго.
Я ждала несколько часов. Без связи, гоняя страшные мысли в голове. Уже думала, что меня быстрее найдут люди Влада, чем Глеб вернется.
— А письмо?
— Передал человеку Дика, все нормально. Сказал, что ты в больнице и пока не можешь говорить. У нас будет небольшая фора. Я нашел тебе паспорт.
Он обнаруживается под вещами.
— Откуда?
Удивленно открываю — на меня смотрит незнакомая девица лет двадцати. Вид потасканный и вульгарный. Темноволосая, но не особо похожа на меня. Нина Грачева.
— Это паспорт стриптизерши, взял в клубе. Свети только в крайних случаях. Хозяйка его восстановит. Но в больнице должны по нему принять, квартиру снимешь и билет продадут.
— Спасибо, — выдыхаю я.
Не знаю, как бы я справилась без паспорта.
Переодеваюсь, стараясь не думать, что Глеб может смотреть в зеркало заднего вида. Это так напоминает тот страшный вечер, когда он привез меня в клуб, давая наставления, как себя вести и ни в коем случае не попадаться Дикановым.
Он был прав.
Но я попалась.
А теперь спасает меня.
Есть в этом какая-то справедливость.
Переодеваюсь, проверяю содержимое сумки: из прошлой жизни не взяла почти ничего. Даже телефон оставлю.
До сих пор не верю, что делаю это.
Что мы уже едем по улицам прочь от прошлого. В сердце — тоска и боль по Владу. Но еще сильнее пьянящее чувство свободы. Я сама смогу выбирать себе жизнь.
— Ближайший вокзал. Не выбирай, Глеб, — я боюсь передумать. — Любой.
Любое направление. Любой город. Я хочу исчезнуть, чтобы прошлое меня не догнало.
Боюсь, что произошедшее непоправимо сломало во мне опору. Иногда птица остается в клетке, даже если дверца открыта. Крыло срослось, но в себя она больше не верит.
И я боюсь, так боюсь, что со мной произошло именно это. Что остановлюсь в последний момент. Предпочту жаться и прятаться в его квартире, лишь бы не встречаться со страхами. Я не знаю, что со мной будет дальше.
Глеб тормозит рядом с вокзалом:
— Не передумала? Ты еще можешь остаться, никто о нашем плане не узнает.
— Не передумала, — выдыхаю я, единственное, о чем жалею, что уезжаю, не успев узнать, кто будет отцом. — Глеб, у меня к тебе просьба. Последняя. Очень важная.
— Какая?
Собираюсь с силами, чтобы объяснить.
Это трудно.
Не так, как раньше.
Оказывается, я могу смотреть в прошлое без боли. Лука на окровавленном снегу меня исцелил. Оказывается, можно заглянуть в лицо зверю и не испугаться.
— Я беременна от кого-то из братьев Дикановых, — тихо признаюсь. — От Влада или Луки. Они сделали тест, он был у Павла. Ты можешь узнать результаты?
Он смотрит на меня, как на ненормальную, которая ступила на минное поле.
Но я спокойно выдерживаю взгляд.
— Я узнаю, — Глеб кивает. — Обещаю. Не звони мне ни в коем случае. Связь по электронной почте. Не называй имен, городов, я не должен ничего о тебе знать, представляйся Ниной.
Глеб пишет адрес электронной почты на клочке бумаги. Отдает вместе с деньгами.
— Не пиши со старых аккаунтов. Не пользуйся соцсетями. Все с чистого листа. Напишешь мне, когда устроишься и просто жди. Я пришлю результат. Может, не скоро, но пришлю.
Я понимаю, что сначала ему придется ответить перед братвой за мой побег.
Но если он будет убедителен, то сможет отмазаться.
У меня будет друг.
— Спасибо. Я очень тебе благодарна.
— Это моя вина, Инга. Все, что с тобой произошло от начала до конца. Я должен был тебе помочь. Не везти в тот сраный клуб. Прости меня.
— Глеб… Я ни за что тебя не виню и зла не желаю. Скажи им, что я тебя обманула. Сказала, что остаюсь в больнице, послала за вещами, а сама сбежала… Береги себя.
Целую его в щеку и выбираюсь из машины под холодный ветер. Зябко. Но так легко дышится.
Так свободно!
Иду к вокзалу, кутаясь в пальто.
Но думаю о нем.
О тех нескольких строчках, что написала от сердца.
«Ты очень хороший человек, Влад. Прости и спасибо за все. Я не хочу такой любви. Не возвращай нас».
Конец первой части.