Барраяр

– Ваши приказания, сэр?

«Боже мой, – подумал Майлз, – неужели они до сих пор не поняли, что свободны?» И вдруг в нем вспыхнула отчаянная надежда. «Они проводили меня домой, папа. Можно я их себе оставлю?»

Нельзя отрицать, что Торн – опытнейший офицер, отлично знающий команду и корабль. И самое главное – он рвется вперед. Майлз выпрямился и рявкнул:

– Ну что, стажер Торн, вы готовы принять командование боевым кораблем?

Лейтенант, вздернув подбородок, смог только пробормотать: «Сэр!»

– Нам подвернулась возможность провести небольшое, но крайне интересное тактическое учение. – Майлз вспомнил фразу, с которой отец обычно начинал рассказ о захвате Комарры. – Вот и попробуйте. В запасе у нас около минуты. Итак, что вы намерены предпринять?

Майлз скрестил руки на груди и склонил голову набок – точь-в-точь зловредный проктор на вступительном экзамене.

– Метод троянского коня, – последовал мгновенный ответ. – Наша засада в ответ на их засаду. Захватим станцию изнутри. Прикажете захватить, избегая повреждений?

– О-о! – изумленно протянул Майлз. – Это был бы идеальный вариант. – И он начал лихорадочно рыться в памяти, пытаясь выудить одну-две фразы, которые военный советник мог бы произнести в подобной ситуации. – Однако неподалеку может находиться патрульный корабль противника. Как вы собираетесь оборонять неподвижный объект? На заводе имеется хоть какое-нибудь вооружение?

– Его можно установить в течение нескольких часов, – неожиданно вмешался Даум. – В трюме РГ-132 – квантовые молекулярные рассекатели. Можно даже восстановить систему энергоснабжения.

– Как? – недоуменно пробормотал Осон. – Ведь вы, кажется, везете военных советников…

Майлз повысил голос:

– Вы забыли, что у нас острый дефицит персонала. Сейчас каждый человек на счету, особенно дендарийцы.

Лейтенант Торн задумался, и это не на шутку встревожило Майлза. Кажется, он в запале хватил через край. Сейчас Торн скажет: «Я не готов к роли командира», или попросит мудрой подсказки. Необходимо опередить его:

– Стажер Торн, приведите аргументы в пользу того, что решение атаковать базу не является преждевременным.

– Слушаюсь, сэр. Главный аргумент таков: корабли охраны почти наверняка оссеровские – у пеллиан крайне отсталая кораблестроительная и биотехнология, они не производят судов, использующих принцип пространственного скачка. Таким образом, нам известны все коды и тактические приемы их патрульного корабля, в то время как у них, безусловно, нет аналогичных данных о наших, дендарийских. Поэтому я думаю, что смогу… мы сможем с ними справиться.

«О наших, дендарийских», – весело подумал Майлз, а вслух произнес:

– Что ж, принимайте командование, стажер Торн. Я не буду вмешиваться – если, конечно, вы не зарветесь.

И он демонстративно сунул руки в карманы. Авось никто не догадается, что он боится начать грызть ногти от дикого волнения.

– Причаливаем, как будто ничего не произошло: они не должны догадаться, что мы их раскусили, – распорядился Торн. – Я подготовлю группу захвата к высадке. Разрешите взять с собой коммандеров Джезека и Ботари?

Майлз кивнул. Сержант хотел что-то сказать, но в последнюю секунду передумал и с автоматизмом телохранителя встал у него за спиной. Торн, уже вошедший в роль, бросился к выходу, сопровождаемый двумя «советниками». Глаза Элен возбужденно блестели; Баз ожесточенно грыз сигару, которую так и не закурил. Что выражало его лицо в эту минуту, определить было невозможно.

Осон стоял в стороне живым воплощением стыда и ярости. При первом удобном случае поднимет мятеж, подумал Майлз. Он подошел к капитану и тихо, чтобы его слышал только собеседник, сказал:

– Позвольте напомнить, стажер Осон, что вы все еще в списке больных и раненых.

Осон покачал руками.

– Эти паскудные фиксаторы можно было снять еще позавчера, – прорычал он.

– Позвольте также напомнить, что, пообещав стажеру Торну командирскую должность, я не уточнил, каким именно кораблем он будет командовать. Настоящий офицер должен уметь не только руководить, но и исполнять приказы. Каждому свое испытание, но и каждому – своя награда. Будьте уверены, ваши заслуги не останутся незамеченными.

– Но корабль один!

– У вас ужасно вредная привычка – делаете слишком много предположений.

– А вы слишком… – Осон осекся и смерил Майлза взглядом.

– Можете передать: мы готовы к стыковке, – кивнул Майлз Дауму.





* * *


Стоит ли говорить, как хотелось Майлзу принять непосредственное участие в схватке. Однако – к его величайшей досаде и радости Ботари – на корабле не нашлось ни одного боевого скафандра маленького размера. Тогда Майлз заявил, что пойдет в обычном вакуумном скафандре – если не в первых рядах атакующих, то хотя бы во втором эшелоне. Ответ Ботари был краток и категоричен:

– Даю слово, что, если вы хотя бы подойдете к стеллажу с легкими скафандрами, я свалю вас на пол и буду держать там до тех пор, пока вы не образумитесь.

– Неповиновение, сержант? – прошипел Майлз.

Ботари оглянулся на наемников, удостоверился, что никто его не подслушивает, и процедил:


– Лучше сразу прикажите отвезти ваш обгорелый труп на Барраяр и бросить к ногам милорда графа.

Майлз хорошо помнил, как страшен сержант в минуты гнева, и был вынужден отступить, буркнув напоследок:

– Если бы я тогда сдал экзамен, вы не посмели бы мне мешать.

– Тогда я подал бы в отставку. Пока у меня еще сохранилась честь.

Майлз невольно улыбнулся. Что делать, подумал он, придется сосредоточиться на проверке снаряжения.

Неделя, потраченная на наведение лоска, не прошла даром: группа захвата предстала перед ним во всем своем грозном великолепии. Теперь предстояло увидеть, насколько эффективна она будет в бою…

Больше всего внимания они с Ботари, разумеется, уделили доспехам Элен. Сержант сам расправил провода ее комм-связи прежде, чем приладить шлем, что не имело никакого практического смысла, зато позволило дать ей вполголоса несколько беглых советов относительно того, как пользоваться экипировкой, которая была ей почти незнакома. Майлз тоже успел шепнуть ей несколько слов:

– Ради Бога не лезь вперед. Твоя обязанность – наблюдать за наемниками, а потом доложить свои соображения мне, чтобы я мог оценить их подготовку. Мы не сможем выполнить эту задачу, если… – его словно обожгло изнутри, когда он представил это прелестное существо в мясорубке боя, – если ты будешь… впереди всех, – заменил он в последнюю секунду едва не вырвавшееся страшное слово. Где была его голова, когда он позволил Торну взять Элен с собой?!

Шлем преобразил ее до неузнаваемости. Он скрыл роскошные волосы девушки; контуры ее лица стали более резко очерченными. Теперь она была похожа не то на древнего рыцаря, не то на суровую монахиню: высокие скулы, полуприкрытые височными пластинами, бледная кожа щек, на которых играли отблески детекторов телеметрической информации, вмонтированных в лобовую пластину шлема. Ее рот был чуть приоткрыт, ноздри азартно дрожали.

– Слушаюсь, милорд, – произнесла она с бесстрашной улыбкой. – Благодарю за предупреждение.

И добавила чуть тише, стиснув его ладонь рукой в защитной перчатке:

– Спасибо, Майлз.

Элен не рассчитала, что ее движение будет усилено приводом скафандра, и едва не раздавила ему ладонь. Но Майлз не пискнул бы, даже если б она вырвала его руку из сустава – только бы не испортить торжественного момента. Подавив боль, он ответил Элен такой же лучезарной улыбкой, думая с ужасом: «Боже, что я натворил! Она похожа на валькирию…»

Нужно было переброситься несколькими словами с Базом.

– Коммандер Джезек, – начал Майлз, – могу я просить вас об одном одолжении? Пожалуйста, держитесь рядом с Элен: пусть не подставляет голову под огонь. Она слегка… возбуждена.

– Не беспокойтесь, милорд, я буду ходить за ней по пятам, – горячо заверил Джезек.

«Боюсь, меня поняли слишком буквально», – подумал Майлз.

– Милорд… – Джезек понизил голос, – это, конечно, дело командира, а не подчиненных… Я по поводу назначения. – Он кивнул в сторону Торна. – Это вы так, понарошку?

– Как вам сказать? Назначение столь же настоящее, как и мы с вами – дендарийские наемники, – уклончиво ответил Майлз, не желая лгать вассалу.

– Как это? – поднял брови Баз.

– Мой оте… э-э… один мой знакомый однажды сказал: смысл – это то, что ты вкладываешь в понятия, а не то, что ты из них берешь. Тогда он говорил это про форство. Вперед, коммандер Джезек!

В глазах База мелькнули озорные искорки. Он щелкнул каблуками и с преувеличенным почтением отдал честь:

– Слушаюсь, сэр… адмирал Нейсмит!





* * *


Майлз, словно тенью сопровождаемый Ботари, отправился в отсек боевого наблюдения. Осон и связист последовали за ними, а Даум вместе с инженером наемников, который заменил погибшего пилота «Ариэля», остались у пульта управления руководить посадкой. Теперь Майлз грыз ногти не стесняясь. Осон нервно стучал пластиковыми фиксаторами, наложенными на руки, – это был предел подвижности его верхних конечностей. Майлз и капитан одновременно искоса взглянули друг на друга.

– Небось, многое бы отдал, чтобы оказаться там, а, коротышка? – Осон кивнул на экран.

Майлз не предполагал, что Осон способен на такую проницательность. Он даже не обиделся.

– Сантиметров пятнадцать роста, не меньше, – вздохнул он, и это была чистая правда.

Капитан рассмеялся:

– Да-а. Я вас понимаю.

Но Майлз уже не слышал его. Он восхищенно наблюдал, как связист выводит данные телеметрии боевых скафандров на монитор. Голографический экран высвечивал информацию, поступающую одновременно от шестнадцати бойцов. Получилось нечто вроде россыпи яркого конфетти, в которой Майлз решительно ничего не понял. Он попытался выудить кое-что у Осона, не обнаруживая при этом своего полного невежества.

– Отлично, – степенно заметил Майлз. – Теперь мы можем видеть и слышать все, что видит и слышит каждый из наших солдат.

Ему необходимо было хотя бы понять, какие данные на экране ключевые, а какие – второстепенные. Опытный офицер разобрался бы в этой абракадабре с первого взгляда.

– На какой планете изготовлена система? – осторожно осведомился он. – Я еще не встречал подобной модели.

– Иллирика, – ответил Осон не без гордости. – Была построена вместе с кораблем. Одна из лучших на сегодняшний день.