Успеть до захода солнца

– И стану нервно ходить по комнате, сжимая в пальцах жемчужные бусы? Рвать на бинты нижнюю юбку?

– Никогда не видел на тебе жемчуг или нижнюю юбку – хотя тебе пошло бы и то и другое. Но почему ты решила, что мне потребуются бинты?

– Меня уже ждут бабушкины жемчужные бусы, и я могу их взять, если захочу сжать в пальцах. А вот нижней юбки у меня нет, так что обойдешься без бинтов. Но я уже бросила в твой холодильник пакет мороженого горошка, поскольку Клинток – крупный парень и качок. Я хоть и не сомневаюсь, что ты надерешь ему задницу, но думаю, ты от него тоже получишь. – Глядя на Коллена, она слизнула с пальца соус. – Я отвечу на твой невысказанный вопрос: не думай, что я предсказуема, как любая женщина, только потому, что я приготовила тебе поесть.

– Ты непредсказуема.

– Ты прав, черт побери. Я поеду. Кто-то ведь должен держать твою шинель, и никто не отнимет у меня удовольствия увидеть, как ты раскровенишь ему рожу.

– Как думаешь, может, в следующую субботу после шикарного ужина мы снимем шикарный номер в отеле?

Она съела сэндвич и выпила немного колы.

– Тебе деньги некуда девать, Скиннер?

– У меня их хватает, и я готов их на что-то потратить.

– Похоже, мне придется собирать сумку для ночлега. Давай уберем посуду и поедем.

– А я вот думаю, не съесть ли мне еще порцию.

Она ткнула пальцем в его твердый брюшной пресс.

– Ты пожалеешь об этом, если он врежет тебе по животу.

– С тобой трудно спорить, – согласился он и встал из-за стола.





Глава двадцать восьмая




Бар «Три ступеньки» прилепился к маленькой автозаправке, где раньше можно было купить только сигареты, жевательный табак и патроны. И еще кофе, рискуя обжечь нёбо и пищевод. У входа в бар торговый автомат предлагал и более щадящие напитки – в тех редких случаях, когда был заправлен.

За щербатой площадкой, посыпанной когда-то гравием и теперь зараставшей травой, находился мотель на двадцать номеров. Из-за сомнительных санитарных стандартов, о которых были наслышаны все, здесь останавливались лишь отчаявшиеся путники.

Кое-кому из местных все же нравилась атмосфера полного пофигизма этого уголка, и они наведывались в бар, чтобы серьезно оттянуться. Иногда выпитое горячительное заманивало в мотель парочки, и тут им без проблем и лишних вопросов предоставляли номера с почасовой оплатой.

Три этих заведения держались на плаву благодаря заезжим байкерам, предпочитавшим дешевые напитки, азартную игру в пул и любившим иногда затеять драку из-за мелких разногласий во взглядах на жизнь.

До отъезда в Калифорнию Коллен затаскивал туда Чейза ради буйной подростковой пьянки – там всем было по барабану, сколько мальчишкам лет.

Когда Коллен проехал мимо мигавшего табло мотеля с указанием количества свободных номеров, он увидел, что тут ничего не изменилось. Вокруг табло в тихом ночном воздухе жужжали и роились насекомые. На звездном небе чуть светила щербатая луна.

Он объехал линейку припаркованных байков и затормозил рядом со пикапом. Знакомым пикапом. Покачал головой.

Облокотившись на дверцу, там стоял Чейз. Рядом с ним Рори и Джессика с Челси.

– Вот уж не знал, что у нас опять совместная вечеринка, – проворчал Коллен.

– Так получилось, – сказала Бодин, вылезая.

Коллен, подойдя к друзьям, обвел их взглядом:

– Я признателен за поддержку, но все подумают, что мне нужна целая армия, чтобы уладить свои дела.

– Мне плевать, что все подумают. – Чейз отошел от машины. – Клинток сделал на нашей земле то, что сделал. Мы не станем мешать ни ему, ни тебе, если только он не решится на что-нибудь грязное.

– Он внутри. – Рори ткнул пальцем за спину. – Вон там стоит его машина.

Коллен сделал последнюю попытку.

– Тут не самое удачное место и не самая подходящая ситуация для свиданий.

Теперь усмехнулся Рори:

– Ты же привез Бодин. Плюс… скажи ему, Челси.

– У меня черный пояс по тхэквондо. – Она встала в боевую позу, и Коллен мог лишь удивиться. – Я занималась в колледже.


– А я умею сильно и точно бить по роже, – добавила Джессика.

Коллен понял, что ничего уже не изменит, и понадеялся, что братья защитят женщин, если начнется большая драка.

– Мне нужно только врезать ему разок в челюсть. И все.

Чейз кивнул:

– Ты это сделаешь, а мы будем заниматься своими делами.

Коллен вошел в бар, мысленно проклиная свою свиту, и увидел, что тут тоже почти ничего не изменилось.

Декор был отягощен работами таксидермистов – со стен на посетителей смотрели головы медведей и оленей, там же висел в рамке флаг штата Монтана. О, появилось и что-то новое? Плакат на стене гласил:



ОРУЖИЕ НЕ УБИВАЕТ ЛЮДЕЙ. Я УБИВАЮ



Пара байкеров гоняла бильярдные шары, еще несколько пили пиво из горлышка и наблюдали за игрой.

В заведении были две кабинки. В одной двое немолодых мужчин угрюмо сидели друг против друга, поглощая пиво и играя в карты.

Во второй командовали байкеры. На столе валялись пустые бутылки, а на стульях лежали кожаные куртки.

Семь табуретов возле стойки бара были заняты. Сначала Коллен не узнал никого, кроме сидевшего в самом конце Клинтока, но потом заметил могучего парня, который находился в центре и хрустел орешками.

Когда за Колленом появились его друзья, бильярдные шары перестали стучать, все заерзали на табуретах. Коллен отчаянно надеялся, что явившиеся в бар женщины в количестве трех человек не создадут ненужных проблем.

Но по тому, как выпрямил спину Клинток, Коллен увидел, что по крайней мере один человек в баре понял: грядут большие неприятности.

– Скиннер? Это ты? – Могучий парень взмахнул руками. – Поцелуй меня в зад, если это не ты, Коллен Скиннер. Я слышал, что ты вернулся.

– Сэнди Раймс, – пробормотала Бодин, узнав его.

– Как жизнь, Сэнди?

– Мог бы пожаловаться, да лень. Эй, привет, Чейз, Рори, Бодин, мэм, мэм. – У него было большое, приятное лицо и почти ангельская улыбка. – Вы что, ребята, ошиблись адресом? Не туда свернули?

– Ничего подобного. Я как раз сюда и ехал.

– Что ж, если хотите пива, довольствуйтесь бутылками. Вон Слэтс скажет вам то же самое, – добавил он, махнув своей бутылкой в сторону могучего бармена со скучающими глазами.

– Мы сейчас не пить приехали сюда. У меня другое дело тут есть.

Сэнди посмотрел в конец барной стойки.

– Клинток? Если у тебя с ним непонятки, то я бы… Постой. – Его широченные плечи распрямились, застыли, приятная улыбка исчезла. – Это он подстрелил твою лошадь? Я слышал об этом. – Сэнди с грохотом поставил бутылку на стол и шумно оттолкнулся от табурета.

– Все в порядке. – Господи, только его и не хватало. – Все в порядке.

– Надеюсь, ты не врешь.

– Оставайтесь там, – сказал Коллен своим друзьям и прошел вдоль стойки бара к Клинтоку. – Нам надо закончить дело.

– Иди ты, Скиннер, – бросил Клинток.

– Я догадываюсь, что ты со стволом, и скажу тебе вот что: если увижу, что ты тянешь к нему лапку, у тебя будет перелом запястья.

Краска медленно заливала лицо Клинтока.

– Ты угрожаешь полицейскому?

– Я угрожаю безработной заднице с ушами. Я угрожаю трусу, который прячется в кустах и стреляет в лошадь. Так что смотри, больше не попадайся мне на глаза.

Коллен скорее почувствовал, чем увидел, как сидевший за его спиной парень соскользнул с табурета и тихо удалился.

– Трус? – Клинток вскочил. – Это ты трус. Ты убил двух женщин.

Тут Коллен почувствовал, что байкеры тоже живо заинтересовались этой сценой.

– Тебе хочется в это верить. Ты знаешь, это не так, но хочешь, чтобы это было правдой. А правда в том, что ты стрелял в мою лошадь.