За краем Вечности (СИ)

— Ну ты… даёшь, — я кашлянула и помахала у себя перед лицом, отгоняя естественный аромат. — Вот же товар достанется заказчикам! Сперва в нём занимались любовью два пирата, а потом он полчаса болтался над гов… над отходами жизнедеятельности.
— Вот видишь, мы почти что благодетели! Отбиваем у них вредные привычки! — и Джек, чертовски довольный собой, отправился на мостик. — Эй, парни, можете приступать к вылавливанию нашей запретной «рыбки» из ароматного «моря»!
В скором времени «Жемчужина» вошла в русло Миссисипи и заскользила по широкому простору пресноводной реки. Видеть вокруг оживлённые, цветущие берега вместо морского горизонта было очень странно, будто я попала в другой мир. Именно поэтому весь заплыв я провела, сидя на пушке и рассматривая удивительный город: его пёстрые, красочные дома, густую растительность и людей — колоритных настолько, что даже с воды можно было наблюдать их индивидуальность. От роскошных француженок до сморщенных гадалок в лохмотьях. От нищих оборванцев-мальчишек до жутковатых сектантов в чёрных одеяниях, украшенных чьими-то клыками. От пышноформых торговок выпечкой до удивительно тощих и высоких колдуний со змеями вместо воротничков платья. И чем глубже мы продвигались в город, тем больше усиливался этот контраст. Ближе к окраинам обычных людей в штатском было почти не встретить. Каменные дома вытиснились хлипкими лачугами, а мощёные булыжником улицы — густыми зарослями. Берега стали болотистыми, влажными, и звуки города сменились на пение птиц. Именно там «Жемчужина» свернула к одинокому причалу, затерянному в густой листве. Нас уже ждали заказчики, расположившиеся вокруг телеги с лошадьми у основания контрабандного причала.
К этому историческому моменту товар уже был вытащен из нашего инновационного сейфа, снова переложен в ящики и гордо возвышался в тени грот-мачты. На берегу, из зарослевого полумрака вывалились несколько человек в потёртой одежде, и замахали руками. «Жемчужина» мягко соприкоснулась с гнилой пристанью, и в воду с треском рухнули несколько причальных досок. Трап спустили с опаской, не исключая возможности провалиться в воду, едва ступив на пристань. Пока Джек управлял торжественным спуском марихуаны на берег, я пыталась разглядеть заказчиков, которые укрывались в лесной тени. Стоило сузить глаза в щёлочки, как удалось распознать подозрительно знакомые очертания широкополой шляпы, украшенной солнечными отсветами. Я чуть за борт не свалилась и истерично глотнула влажный бриз.
Джек бодро шагнул под сень деревьев и развёл руками:
— Доброго дня, господа! Соизвольте предъявить оплату за, — Джек неопределённо махнул рукой на матросов, стаскивающих ящики с судна, — высококлассный, отборнейший, свежайший, лучший на Карибах тов…
Джек так и застыл на полуслове, глядя на сидящего во главе повозки Барбоссу. В густой листве удивлённо засвистела птица. Между двумя пиратами будто воцарилось особое атмосферное поле, натянутое, как струна. И спустя несколько мгновений молчания эта струна лопнула.
— Ты?
— Ты!
— Нет, ты! Какого чёрта, Воробей?! — Барбосса подорвался с места и грузно соскочил с повозки.
— К тебе тот же вопрос! — Джек с угрозой шагнул навстречу.
— Кто тебе дал право разбрасываться вопросами, после того как отправил мой корабль под обстрел Стивенсу, а сам свалил на «Жемчужине»?
— О-о, видать, «Месть…» сильно побили, раз теперь ты не пиратствуешь, а сидишь в Новом Орлеане и наркоманствуешь!
— Наркоманствую? Ха-ха, не суди по себе! Я заказываю с Тортуги травку и продаю втридорога в Орлеане!
— Да брось оправдываться, в тебе всегда было что-то от наркомана…
— Настолько же, настолько в тебе — от адекватного человека. То есть, нисколько!
— Скорее настолько, насколько в твоём корабле от грязной, трухлявой, вонючей как твои сапоги, отвратительной посудины! То есть, много, очень много, Гектор!
— Ещё хоть одно слово про мой корабль…! — прорычал Гектор, хватаясь за саблю.
— Ещё хоть одно любое слово…!
 И два пирата замерли, пронзая друг друга яростными взглядами и сжимая эфесы. Шорохи леса отсчитали несколько секунд, прежде чем они синхронно вернули сабли в ножны и резко переменили тон беседы.
 
— Говоришь, продаёшь втридорога? — Джек задумчиво поскрёб подбородок и обернулся к матросам, занятым спуском марихуаны на берег. — И кому же? Не говори, что всем подряд. Если бы тебя не финансировал конкретный человек, ты бы не смог сделать заказ на двести килограммов марихуаны — с твоим то состоянием в полгроша… Так кто же он, этот сказочно богатый весельчак?
Гектор хищно сощурился.
— Ты совсем идиот, если думаешь, что я кому-либо позволю увести своего клиента.
— Ей-богу, говоришь как шальная девица из борделя на Тортуге! Впрочем, путём логических размышлений можно легко прийти к верным выводам: такой недешёвый товар может себе позволить либо чиновник, коих тут немного, либо банкир. А дальше выяснить путём отсеивания нетрудно…
— Дьявол заставил с тобой связаться! — сплюнул Гектор. — Что ты хочешь? — Джек ответил интригующей ухмылкой. — Ведь задумал что-то, чёрт поганый! Иначе зачем при мне рассуждаешь на такие темы? Хотел бы увести клиента — не стал бы говорить о таком в слух. Значит, ты собираешься сделать что-то, для чего тебе нужен союзник в моём лице!
— С каких это пор ты стал так живо соображать? Похвально, — Джек пафосно закивал и плавно указал рукой вдоль берега. — Отойдём чуть-чуть и поговорим без лишних, — он неодобрительно глянул на развесившую уши матросню, — свидетелей.
Я наблюдала, как Джек и Гектор удаляются на расстояние, не досягаемое слуху, и обескураженно хлопала ресницами. Такая удивительная встреча и ещё более удивительный разговор поселил во мне одну навязчивую мысль: скоро начнётся то, что в народе называют «жесть». И пока я издалека наблюдала, какой оживлённый разговор ведут два пирата, внутренний голос умолял небо, чтобы очередное сотрудничество Джека и Гектора не закончилось тем, что они пристрелят друг друга.
Время тянулось медлительно, и когда две пиратские фигуры поплелись в нашу сторону, весь товар уже был перегружен на повозку.
К этому моменту я уже прокрутила с десяток теоретических вариантов дальнейшего развития событий, однако, когда взору предстало подсвеченное искорками авантюризма лицо Джека, внутренний голос тоскливо взвыл: «У-у, похоже, сейчас начнётся».
Джек спешно отдал честь Гектору, который взгромоздился на повозку с марихуаной.
— Завтра в шесть утра, у объекта.
— Чао.
Повозка со скрипом двинулась в путь, уместив на себе высокую гору ящиков и несколько сотрудников Барбоссы, а довольный Воробей стремительно взлетел на борт.
— Отойдём от берега и встанем на рейде, за работу! — он повелительно взмахнул рукой, направляясь в каюту. Но перед самым входом я резко возникла на его пути, упирая кулаки в бока.
— Я полагаю, ты решил… — но не успела я договорить предположение о том, что Джек собрался хорошенько обчистить буржуя-заказчика марихуаны, как вдруг он с детским восторгом в голосе выпалил:
— Ограбить банк!
Я поперхнулась нервным смешком и едва не завалилась в дверной проём каюты. Весело живём, однако. Я с трудом проглотила комок возмущения и просипела сквозь зубы:
— Ты что, успел покурить травку? Или на солнышке перегрелся?
Джек неопределённо поднял глаза к небу, затянувшемуся густыми тучами, и наклонился:
— О-о, похоже, это ты употребила товарчику, и просто отводишь от себя подозрение такими вопросами. — И дождавшись, пока я устремлю на него измученный вопросительный взгляд, пояснил с видом психиатра: — Где ты тут солнце видишь?
 
— В зеркало посмотрела, — язвительно фыркнула я.
— Странно, что где-то в зеркале ты разглядела солнце. Меня же там не было, — он сощурил глаза, сверкая ослепительной, воистину солнечной улыбкой.
— Слушай, Воробей. — Я сурово выпрямилась и пафосно глянула на него свысока. — Если не ответишь по-хорошему, я могу начать к тебе домогаться.