Никогда во мне не сомневайся (СИ)

— Ой, Суворов, это ты?
Лев обернулся. В двух шагах от них стояла Катька — бывшая староста их класса, некогда имевшая наглость согнать Женю с его заслуженного места рядом со Львом, да не одна, с той самой подругой, имя которой Лев так не изволил выучить. Они с любопытством переводили взгляд с одного парня на другого. Женю девушки, кажется, поначалу даже и не узнали, но, подойдя ближе, вдруг охнули едва ли не в голос:
— Ой, Ветров! Женя! Это ты что ли? Тебя не узнать!
— Богатым буду, — чуть неловко усмехнулся Женька, неосознанно поправляя волосы рукой. Этой встрече он был не рад.
После выпуска Женя и Лев никогда не приезжали в N, чтобы повидаться с бывшими одноклассниками. Была бы возможность, Женя бы и сейчас сбежал, завидев знакомые лица. В Москве таких встреч не было — никто из бывших одноклассников не решился переехать в другой город. Только Ваня, с которым Женя сохранил очень тёплую и близкую дружбу, перебрался в Москву следом, что позволяло видеться намного чаще.
— Ах! Женя, ты женился что ли? С ума сойти! А давно?
Блеск тонкого ободка из белого золота на Женькином пальце не укрылся от цепкого взгляда незамужней Катьки. Взгляд её стал одновременно донельзя удивлённым и кошмарно завистливым.
— На прошлой неделе, — отозвался Лев. Он наблюдал за сценой с плохо скрываемым удовольствием, пряча руку со своим кольцом в кармане шорт.
— Да, совсем недавно, — кивнул Женя, ненадолго смущённо опуская взгляд и упрекая себя за эти неосознанные жесты.
— Вот это да! — встряла Даша. — А мы ни сном ни духом! Подожди, так на фотографии в инстаграм у Льва ты что ли? С ума сойти, а я и не догадалась сразу. Суворов, могу поспорить, и на свадьбе твоей был. Даже удивительно, что вы до сих пор так близко дружите.
Лев тихо прихрюкнул от веселья, предвкушая. Дружат они, ага… Прям вот уже шестой год дружат, в самых разнообразных позах. Он, наконец, выудил с заднего сиденья свою сумку, щёлкнул брелоком, запирая машину, и подошёл к женьке сзади, закинув правую руку ему на плечо.
— Был, конечно, — белозубо улыбнувшись девушкам, пропел Лев.
Женя смутился и поспешно скинул с плеча руку Льва, надеясь, что второе кольцо не попадется им на глаза, но было поздно.
— Лев, и ты жениться успел?
— Да, уже давно, — весело подтвердил Лев. — А у вас как на личном фронте?
— Тогда поздравляем! Вот кто бы мог подумать! — голос девушек одновременно восторженно и будто завистливо. — Лучше не спрашивай. Кажется, всех красивых парней уже разобрали.
Лев чуть прищурился с плохо скрываемым презрением. «Красивые парни»… Интересно, а в школе эти курицы считали Женю хотя бы симпатичным? Вообще замечали ли щуплого и невысокого парня, регулярно подвергавшегося издевательствам в школе и дома?
— Значит, у вас всё впереди, — ободряюще заметил Лев и потянул Женьку в сторону подъезда. — Спасибо за поздравления. Нам пора, завтра уже домой в Москву уезжаем. Всего хорошего.
Лев на прощание махнул рукой с кольцом, даже не постаравшись сделать этот жест не слишком издевательским, и направился к подъезду, довольный произведённым эффектом как слон.
Женя чуть неловко попрощался с девушками и поспешил, едва удерживаясь от побега, в подъезд за Львом. Только краем глаза увидел, как увлечённо начали перешёптываться Катя с Дашей.
Возвращаться в этот подъезд было немного странно. Вроде всё знакомое, но одновременно нет. Тот же лифт, та же дверь в квартиру на седьмом этаже. И всё же слишком многое переменилось внутри.
— Как думаешь, они догадались? — опасливо спросил Женя.
— А чего ты волнуешься? — меланхолично отозвался Лев. — Какое тебе до них дело?
— Ты не понимаешь? Это в столице до нас никому нет дела, а тут слухи быстро разносятся. К вечеру о том, что мы поженились, будет знать весь наш бывший класс.
Лев устало вздохнул.
— Они будут знать, что я женился, и что ты женился, и ничего больше. Слухи — это не факты. Забудь вообще.
В лифте Лев притянул Женю к себе, привычно зарываясь носом в его пахнущие солнцем волосы. Это лифт пробуждал воспоминания. Сколько раз они поднимались на нём вверх, целуясь, сгорая от нетерпения и желания? Или спускались вниз, обмениваясь последними нежными поцелуями прежде, чем снова придётся целый день делать вид, что они просто друзья, не больше?
 
— Признайся, испытываешь лёгкое превосходство над этими курицами? — искушающе прошептал Лев, пока лифт с тихим гулом поднимал их вверх. — Они издевались над тобой, насмехались, не замечали — а ты увёл у них из-под носа самого роскошного парня, которого они только могли бы повстречать в этом городе.
Женя приподнялся на носках, чтобы дотянуться губами до губ Льва, поцеловал мягко, поверхностно, почти по-детски, будто поддаваясь ностальгии. В знакомых местах в голове сами по себе возникали приятные воспоминания.
— У тебя как всегда — самомнения на нас двоих, — с улыбкой упрекнул Женя. — Может только чуть-чуть. Приятно знать, что ты выбрал меня, а не кого-то другого.
— А ведь Катька ну очень старалась привлечь моё внимание, — игриво поддел Лев, отвечая на эти шутливые полу-поцелуи. Правда, едва ли можно было спровоцировать этим женькину ревность — староста была совершенно не во вкусе Льва.
Дверь распахнулась прежде, чем Лев успел тронуть дверной звонок, и на пороге показался Эдик с распухшим красным носом. Где-то между его ногами вертелся Черныш — мелкий, совсем котёнок ещё. При виде Жени, где-то внутри этого пушистого клубка затарахтел крошечный, громкоголосый трактор.
Женя, едва переступив порог, первым делом обнял Эдика коротко, но очень тепло. К Эду Женя относился как к родному человеку — этот мужчина смог заменить ему сразу и отца, и мать, и был намного ближе, чем настоящие родители. Женя это очень ценил.
— Нужно было всё-таки оставить Черныша на кого-то другого, — выдохнул Женя, оценив внешний вид Эдика, и ненавязчиво оттолкнул обтиравшегося о его ноги Черныша, чтобы тот не выбежал вдруг в коридор.
— Да ничего, — слегка гнусаво отозвался Эдик, целомудренно приобнимая Женьку за плечи — Льву это не нравилось, так что номер был по-своему смертельный. — Просто сегодня таблетки от аллергии закончились, вот я и расклеился. Так-то я держусь. Зато он у тебя ласковый. Очень. ОЧЕНЬ.
Черныш появился в семье через пару месяцев после того, как Женя устроился на свою первую работу по специальности. Разумеется, он был не настоящим архитектором, а кем-то вроде младшего помощника старшего заместителя, но это было намного лучше, чем продолжать работать официантом. Возвращаясь поздно ночью из офиса, когда в глазах уже рябило от чертежей, он услышал далёкое мяуканье и долго крутился на месте, выискивая источник звука. Источник сидел в сырой коробке в какой-то подворотне, рядом с мусорным баком, и уже едва-едва мог мяукать. Женя вытащил на свет этот чёрный комочек с ярко-зелеными бусинками глаз и не смог больше его оставить.
Отмыв кота, Женя убедился, что котик полностью чёрный, без единого пятнышка, и на удивление ручной. Лев, занятый своими мыслями и «делами» несколько дней даже не замечал, что в доме появился кот. Женька, подивившись такой невнимательности, нарочно не говорил. Вскоре кот осмелел и рискнул подобраться ко Льву ближе, пока тот ужинал. Лев с изумлением заглянул под стол.
— Женя, откуда у нас эта крыса? — полюбопытствовал он.
— Это кот!
— Хоть игуана.
— Я нашёл его, — признался Женька. — Три дня назад! Ты только сейчас заметил?
Лев хмыкнул, протягивая к коту руку, но тот убежал и спрятался за женькиным тапком.
— Как ты назвал это недоразумение?
 
— Черныш.
— Черныш… Черныш?! — Лев расхохотался. — Я даже не представляю, сколько тебе потребовалось времени, чтобы придумать коту это необычное имя! В мире есть столько банальных кошачьих кличек — Борис, например, или Шарик, или Кокос… Ты назвал его Черныш. Я горжусь тобой.
— Тогда сам думай, раз такой умный, — пробурчал Женя. — Ты же не против кота?