Никогда во мне не сомневайся (СИ)

— Нет, ещё не успел, — честно ответил Женька, прижался поближе ко Льву и в каком-то необъяснимом порыве прошептал: — Я всегда буду ждать. Ты только возвращайся, хорошо?
— Ну, а куда же я денусь? — улыбнулся Лев, поглаживая худые женькины плечи. — К тебе даже с того света вернусь. Сделаешь чай? У тебя самый вкусный получается.
После обеда Лев усадил Женю на диван и придирчиво смотрел его шею. Женя послушно наклонял шею, давая Льву полностью осмотреть его.
— Уже заживают, — вздохнул он, имея в виду оставленные позавчера в пылу сумасшедшей страсти следы. — Перед тем, как ты выйдешь на работу, мне придётся понаставить ещё.
— Сегодня мне разрешили не приходить. На работу только послезавтра, тогда и поставишь, — покорно выдохнул Женя.
Засосы, как и любые синяки, были малоприятными, а укусы даже болели, но Женя этого почти не замечал. Он помнил, почему Лев это делает, и не был против. На работе можно застегнуть рубашку поплотнее.
Руки Льва нежно поглаживали Женьку, разминали его ноющие мышцы, оглаживали острые выступы суставов, а губы нежно, едва заметно прихватывали кожу на шее. Прикосновения Льва сегодня были особенно нежными, и Жене даже не верилось, что такой Лев на самом деле может быть очень жестоким. Женя протянул руку и мягко погладил волосы Льва, как бы благодаря за короткую заботу.
Лев забрался на диван с ногами и притянул Женю в свои объятия: то поглаживал его сам, то безмолвно просил погладить его. Эти прикосновения и поцелуи были безумно эротичными, но ни капли не пошлыми. Казалось, Лев просто хочет держать Женю в руках и смотреть на него, и чтобы сам Женька смотрел только на Льва. Долгий и прямой взгляд в глаза Женя не выдерживал — это было слишком лично для него. Всякий раз, когда Женя пытался отвести взгляд, Лев брал его за подбородок и возвращал к себе. Женя потихоньку привыкал, не боясь выдать всё свои эмоции через глаза.
— Ты соскучился? — очень тихо, чтобы не разрушить эту необычную атмосферу, спросил Женя.
— Соскучился?.. Да, наверное, — шепнул Лев. — Без тебя уроки длились просто целую вечность. Иногда я думал о том, что ты делаешь здесь, без меня. Мне хотелось тебя скорее обнять. Это и значит «соскучиться»?
— Да, это оно и есть, — с мягкой улыбкой ответил Женя, положив голову на плечо Льва и обнимая покрепче. Ему нравились такие спокойные моменты, ими хотелось наслаждаться как можно дольше. Было приятно осознавать, что Лев может скучать по нему, Жене. — Я тоже скучал. Мне нравится, когда ты рядом со мной.
Лев шумно выдохнул и, сжав Женьку в объятиях покрепче, припал к его губам с жадным поцелуем. Юркий и сильный язык раздвинул женькины зубы, проник глубже, игнорируя любую гипотетическую опасность. Когда Лев отстранился, его глаза горели огнём. Одна рука пробралась под резинку Женькиных штанов.
— Давай я тебя приласкаю, совёнок? — предложил Лев.
От такой смены нежности на настойчивость Женя даже опешил, позволяя в этом замешательстве Льву углубить поцелуй. Женька пальцами сжал запястье руки, которая уже пробралась ему в штаны.
— Подожди, не нужно, — тихо попытался остановить Льва Женя. — Неужели тебе так хочется?
Лев хмыкнул и немного пошевелил пальцами удерживаемой руки, подушечками поглаживая женькину кожу.
— Хочу сделать тебе приятно. А тебе не хочется разве? Я думал, ты привык к ежедневной разрядке за столько времени, — нежно мурлыкнул он.
— Я болею, Лев, — мягко напомнил Женька. — Мой организм борется с болезнью, сейчас не до этого как-то.
— Да ладно. Однажды, когда у меня был адский жар, я проснулся среди ночи с настоятельной потребностью вздрочнуть. Впрочем, если в самом деле не хочешь… — Лев медленно убрал руку, но лицо у него в момент стало таким грустным, как будто отняли самое радостное, что у него было в жизни.
Женя с удивлением на внезапно погрустневшего Льва. Где-то мелькнула и сразу забылась мысль, что это похоже на провокацию.
— Ну, ты чего? — совершенно недоумённо спросил Женя. — Это же я, а не ты разрядки не получил. Я же не виноват, что у меня организм менее активный и устойчивый, чем твой.
 
Лев только покачал головой.
— Ничего, Жень. Раз твоё «нет» окончательное и бесповоротное — я пошёл.
Лев вывернулся из объятий Жень и стал собираться, мысленно прикидывая, куда бы пойти сегодня — он старался не вести сеансы дважды из одного и того же места.
— Я тебя не обидел? — всё же решил на всякий случай осведомиться Женя.
— Я похож на человека, которого легко обидеть? — немного резко спросил Лев, методично упаковывая в сумку ноутбук и комплектующие.
— Нет, — покачал головой Женя. Видно, он всё же задел Льва. — Извини…
— Да брось, — Лев улыбнулся одним уголком рта и, закинув сумку на плечо, направился к выходу. — Проводи меня.
Женя послушно встал с дивана и пошёл в коридор за Львом. Там он притянул своего парня к себе, обнимая очень крепко.
— Возвращайся поскорее, — попросил Женя, заглядывая Льву в глаза. — Я буду ждать.
Лев погладил парня по плечам, запустил пальцы в его волосы и на секунду коротко, почти болезненно сжал их. И тут же отпустил.
— Хорошо. Я приду сразу, как закончу.
Лев вышел в подъезд и машинально огляделся. Мужчины на заборчике, само собой, уже не было, но Лев зачем-то подошёл к тому месту, где видел его, и осмотрелся. За оградкой, в подтаявшем сугробе, лежал окурок от сигареты марки «Seven Stars».
Разве в городе N продаётся где-нибудь эта марка? Лев не был уверен. Ему редко приходилось самому покупать сигареты, он предпочитал целыми пачками «стрелять» их у Эдика, но иногда пробегал глазами по спискам над кассами. Если бы там было что-то столь легендарное, как «Seven Stars» Лев бы запомнил.
Лев на минутку присел на ограду и первым делом отметил, что это чертовски неудобно. Но тот мужчина сидел невозмутимо, будто на банкетке. Это всё странно, это неправильно. Ничто не указывало на то, что это как-то касается Льва, однако что-то неуловимо настораживало его. Лев тряхнул головой, мысленно обругав себя параноиком, решительно встал и направился своей дорогой.
***
Приём грозил слегка затянуться. Эдик робко выглянул в коридор, чтобы оценить масштаб работы, и поспешно скрылся в кабинете снова. Как устрица в раковине.
— Уже без десяти восемь, — сказал он Стасу. — Ты вообще-то можешь идти, а я закончу приём. Ты и так много делаешь. В том году практиканты у меня вообще работали часа по четыре, не больше.
Прошлой весной на практику приходили только две девочки, которые были более озабочены своим внешним видом, чем получением знаний, и на их фоне Станислав, который реально помогал, казался просто чудом, подарком небес. Стал взглянул на дверь и прислушался к многочисленным голосам.
— Не оставлять же вас на растерзание, — спокойно и немного твёрдо ответил он. — Да и вдвоём мы быстрее управимся. Так что я останусь.
Эдик взглянул благодарно и отказываться от помощи не стал.
Всё закончилось ближе к девяти часам, и Эд всё же ровным голосом предложил:
— Твоя помощь неоценима. Давай подвезу тебя?.. В качестве благодарности.
— Было бы неплохо, — согласился Стас и начал собираться. Хотя наверняка то, что врач подвозит своего практиканта после работы — немного странно, у Стаса не было никакого желания отказываться.
Эдик тоже считал это странным. Но и Стас не вёл себя как практикант — скорее, как полноценный помощник.
— Ты так серьёзно относишься к практике потому, что в самом деле хочешь стать детским врачом, или просто ответственный студент? — полюбопытствовал Эдик по дороге на парковку.
— Я ко всему отношусь серьёзно, — ровно ответил Станислав. Обычно этот ответ он считал достаточным для утоления чужого любопытства по любому поводу, но сегодня решил добавить: — Да и с таким руководителем работа в радость, не находите?
 
— Ты меня смущаешь.
Сев в машину, Эдик отвернулся на секундочку, чтобы скрыть, как мучительно покраснел у него кончик носа.
— Тебе туда же, куда и в прошлый раз?