Подумаешь. Встретимся в Диснейленде (СИ)

— И не противно тебе? — голос был совершенно не знаком Юджил, но она не повернулась посмотреть, кто с ней говорит, а продолжала закрывать ладонями лицо Мина, словно пытаясь согреть его кожу, вдохнуть немного движения в его неподвижное тело, вернее то, что от него осталось. А голос между тем продолжал:
— Брось это всё, ничего хорошего из этого не выйдет. Ты заставляешь всех существующих богов обратить на себя внимание, а это плохо. Если не прекратишь, то в лучшем случае запрут тебя прямо тут, и не выйдешь больше никогда. А в худшем — превратят тебя в такой же гниющий труп без надежды на хоть один единственный вздох.
Юджил помолчала несколько секунд, прижимая сильнее пальцы к холодной коже, и наконец повернула голову. Перед ней, чуть поодаль, прислонившись к серому высохшему стволу дерева, сидел человек и бросал в воду маленькие камешки. Они погружались в воду, словно в густой воздух, не издавая ни звука, не оставляя кругов на спокойной поверхности.
— Ты кто такой, чтобы указывать мне, что делать? — она выпрямилась и вытерла ладони о свою одежду, — Думаешь, меня можно чем-то напугать? Я превратилась в исчадие ада, в урода — что, по-твоему, я испугаюсь каких-то мифических богов? Что ты несёшь?
Человек поморщился, не переставая кидать камешки в реку, и слегка наклонил голову, рассматривая с ног до головы Ю, сидевшую возле тела Мина.
— Какая ты дура. Я тебе помочь хочу, а ты что вытворяешь?
Юджил поднялась с земли и отряхнула джинсы от пепла, покрывающего густым слоем всё побережье. Она стояла, заложив руки за голову и, чуть прищурившись, смотрела в лицо человеку. Тот бросил в её сторону камешек, Ю поймала его на лету и повертела в руке, разглядывая гладкую поверхность.
— С чего бы тебе мне помогать? И с чего бы мне верить хоть одному твоему слову? Я тебя вижу впервые в жизни. Я даже себе не верю, а ты заявляешься ко мне и уверяешь, что я сейчас должна бросить то единственное, что заставляет меня чувствовать себя прежней?
Человек поднялся, засунул руки в карманы и медленно подошёл к ней поближе, остановившись в паре шагов и пнув валяющуюся под ногами ветку.
— Да ты оглянись вокруг. Нет больше ничего прежнего ни в тебе, ни в нём, ни в чём ,что тебя окружает. Остановись, пока не поздно.
Юджил улыбнулась, посмотрев себе под ноги, и вздохнула, как будто облегчённо.
— Не знаю уж, нахрена ты ко мне вообще припёрся, и какое тебе до меня дело, но раз уж случилось так, что судьба мне — остаться тут навсегда, то пусть так и будет.
Незнакомец внимательно рассматривал лицо Юджил, перемазанное чёрной слизью и пеплом, затем задумчиво покачал головой и протянул к ней руку. Он провёл пальцами по её голове и уставился на свою ладонь, затем вздохнул и поднял на неё голову. Он был чуть ниже Юджил, худой, с равнодушными карими глазами, которые, не смотря на свой тёмный цвет, казались по-рыбьи стеклянными. Выражение лица у него было скучающим, и лишь изредка в мимике можно было ухватить что-то похожее на заинтересованность. Казалось, что он стоит сейчас тут и говорит с Юджил по чьему-то принуждению, и в целом ему плевать на всё происходящее. Но так можно было бы подумать, если не знать, кто он такой.
— Ты такая жадная. Не удержала себя в руках в нужный момент, а могла бы подождать немного, тогда всё повернулось бы иначе. Ладно, какой смысл тебя в чём-то упрекать, ты даже толком не в курсе, что делать с тем, что внутри тебя. — он вытянул перед собой руку ладонью к Ю, и растопырил пальцы, длинные, тонкие, как у женщины, — Хотя многие бы тебе позавидовали. Вы и впрямь с этим парнем — он кивнул головой в сторону тела Мина, — стоите друг друга. Что за тело надо иметь, чтоб не сгореть изнутри, таская в себе кусок ада.
— Я не буду у тебя спрашивать, что ты за новый придурок, но спрошу ещё раз, что тебе от меня надо? — Юджил стояла, перекатывая из ладони в ладонь камушек, — Я уже всё решила.
 
— А если я тебе скажу, что ты можешь передумать? — человек убрал руку обратно в карман, — О чём ты думала? Хотела вернуть ему часть его души, чтобы он снова мог ходить, говорить, думать? Я ведь прав?
Ю молчала. Он был прав. Она отчаянно хотела во что бы то ни стало вернуть Мина, хотя бы немного, хотя бы небольшую часть. Почему? Наверное, по многим причинам, и одна из них — это страх перед одиночеством. Она ощущала схожесть их судеб, пусть и не до конца, пусть они оказались оба здесь и сейчас по разным причинам, но в итоге они оба одиноки. Думая об этом, она смотрела в лицо незнакомцу, чуть откинув голову назад и продолжая медленно перекладывать в руках камешек.
— А ты знаешь, что будет, если ты в это тело вернёшь хотя бы крошечную часть его души? Он будет испытывать такие страдания, каких даже в аду никто никогда не испытывал. Его тело носило в себе грязь и уродство всех существующих миров, чистый, неподдельный кошмар, ни с чем не сравнимый: пороки, грехи в своём первоначальном виде. Ты и представить себе даже не можешь, даже близко не понимаешь. Это несчастное тело не выдержит и доли секунды, стоит только энергии души слегка, совсем немного коснуться его сердца. Ты обрекаешь беднягу на самую мучительную, медленную и кошмарную смерть, и ни я, ни тем более ты даже примерно не можем представить, что его ждёт. — человек помолчал, потирая указательным пальцем переносицу, — Но я могу тебе помочь.
— И почему ты мне будешь помогать? Мы даже не знакомы. — Ю недоверчиво покосилась на незнакомца, но его слова казались ей вполне разумными.
— Потому что если подохнешь тут, это очень расстроит Ши. — пожал плечами человек и сплюнул на землю, присыпав плевок пеплом и топнув пару раз ногой. Юджил замерла на секунду, широко распахнув глаза, но тут же усмехнулась и медленно кивнула головой.
— Конечно, могла бы и догадаться… Всё, что так или иначе кажется странным, связано с этими двумя. Странно, что он никогда ничего о тебе не рассказывал…
— Потому что я не тот, о ком стоит трепаться. Чем я незаметнее, тем лучше. Не люблю суету. Я тут потому, что захотел сам. Я никому ничего не должен и делаю только то, что хочу. Так что ты можешь либо отказаться, и тогда я уйду и тут же забуду о тебе, либо согласиться, тогда есть небольшая возможность, что однажды ты мне скажешь спасибо.
Рез сидел на пороге возле дома и рассеянно рассматривал собственные кроссовки, вытянув ноги перед собой. Он хорошо помнил то ощущение движения, когда в пространстве буквально осязаемо можно было различить мириарды потоков энергии — стоит протянуть руку, и можно схватить чью-то жизнь, сжать пальцами чью-то судьбу. Скорее всего, кого-нибудь другого это пугало бы до паралича, но Рез был совсем не обычный человек. Когда он вместе с глазом утратил возможность чувствовать чужие жизни и видеть весь мир насквозь, — нет, даже все миры, — то чувство тревоги постоянно преследовало его, будто кто-то крадётся у него за спиной, но он не может повернуться и посмотреть, кто за ним движется.
Теперь, когда Юджил вернула ему глаз, — пусть и вышло так странно и нелепо — картина окружающего вновь стала проясняться, и тяжёлая тень за спиной наконец отпустила его горло, дав возможность спокойно вдохнуть.
“И всё таки странноватое ощущение… — думал Рез, глядя вокруг себя одним глазом, прикрыв светлый и широко распахнув карий, — Значит, вот как он видит мир, да… Как-то от этого грустновато, Ши. Надеюсь, скоро всё изменится.”
Сейчас, подняв голову к небу, он вдруг почувствовал в самом воздухе словно всплеск, будто кто-то вынырнул из воды и стремительно плывёт к берегу. Такое случалось, когда в чей-то судьбе вдруг совершенно неожиданно происходило что-то незапланированное, и это так или иначе всегда влекло за собой последствия, чаще всего неутешительные.