Никогда во мне не сомневайся (СИ)

Этот понимающий взгляд наталкивал на такие мысли, но взгляд Стаса зацепился за обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки Эда.
— Можете не отвечать и задавать свой вопрос вне очереди, — махнул рукой Стас.
— Я из тех, кто не считает нужным выбирать что-то одно, — немного смущённо пояснил Эд. — У тебя сейчас есть постоянный парень?
Так Эдуард Андреевич бисексуал. Стас так и думал, и ему было приятно, что он не ошибся в своем предположении.
— Нет, — честно ответил Стас.
— Почему ты просто не отделишься от родителей?
— Всё довольно просто. Я от них финансово зависим. Я учусь не на бюджете, как вы могли подумать, а на платной основе. Они снимают мне квартиру и материально поддерживают. За идеальное завершение курса обещали купить мне машину. Это очень удобно, но взамен родители требуют жениться. Довольно справедливо в некотором смысле, но мне всё равно трудно это принять.
Эдик вздохнул и опустил глаза. Всё, что рассказал Стас, было ему до боли знакомо. Эдик нашел способ вырваться из чрезмерно опекающих отношений, но своего пути никому не стал бы советовать. В конечном итоге, ничего не стало лучше.
— Моя очередь задавать вопрос, Эдуард Андреевич. Даже два вопроса, если быть точным.
Эд устало откинулся на стуле, снял маску с подбородка и распустил волосы — когда они долго оставались собраны, это вызывало неприятное ощущение. Он взъерошил прямые длинные пряди, на мгновение став похожим на молодую рок-звезду, и тут же тщательно собрал их снова, превращаясь обратно в серьёзного и даже местами занудного Эдуарда Андреевича.
— Хитро, Станислав. Задавай.
Стас с интересом посмотрел на внезапно изменившегося Эда. До этого ему не приходилось видеть его с распущенными волосами, хоть и на короткий миг. Мелькнула мысль, что так он намного привлекательнее, но Стас быстро прогнал её — не до того сейчас.
— Вам нужна помощь в поисках сына? — первым делом уточнил Стас.
Эдик с улыбкой покачал головой.
— Вообще-то, он уже довольно взрослый. Я вроде упоминал, что он не родной мне, это сын моей жены от первого брака. Он не впервые проявляет дурной характер. Я справлюсь, — снисходительно пояснил Эд.
Стас поверил ему разве что процентов на пятьдесят. Эдуард старался выглядеть спокойным, но явные признаки беспокойства ему было не скрыть. Тем не менее, от сердца у Стаса все равно немного отлегло, и он наконец решился задать тот вопрос, который действительно хотел.
— На выходных я был у родителей в гостях, и они поставили условие, по которому я смогу избежать женитьбы и сохранить содержание до конца учёбы. Но сейчас я в том положении, когда мне некого просить о помощи. Некого, кроме вас.
Эдик приподнял брови и даже подался вперёд.
— Чем именно я могу тебе помочь?
— Сможете один вечер перед родителями отыграть роль… моего парня? — наконец ответил Стас. — Они сказали, что готовы отменить свадьбу, но только если им понравится мой парень. А из приличных знакомых, которые на эту роль подходят, у меня только вы.
Лицо Эдика вмиг окаменело, он крестил руки на груди, откидываясь обратно на спинку стула. Он долго ждал, что Стас сейчас фыркнет и скажет, что это был розыгрыш, но лицо практиканта оставалось каменно-серьёзным.
— Это шутка такая? — холодно осведомился Эдик, вставая.
— Что? — Стас моргнул недоуменно. — Нет!
Эдик стряхнул с плеч халат и взял с вешалки пальто. Стас поспешил объяснить.
— Эдуард Андреевич, я пойму, если вы откажетесь, но это не шутка. Мои родители вменяемые, даже отчасти современные люди. Я сказал, что у меня есть человек, которого я люблю, и они согласились войти в моё положение, цитирую, «если это не очередной маргинал». Вы можете представиться другим именем, если переживаете, что на вашу репутацию может лечь тень. Вам ничего не угрожает! Вы женаты, у вас есть дети, вы отлично выглядите… Мне правда больше некого просить.
Эдуард прикрыл глаза. Он столько раз бывал с женой на самых разных мероприятиях, строя из себя хорошего мужа и удачное приложение к успешной супруге, что временами невольно думал: а каково было бы устроиться в элитный эскорт? Вряд ли нечто подобное будет для него в новинку. И всё же, предложение прозвучало несколько… бредово.
 
Но не более бредово чем ад, творившийся в его собственной жизни. На самом деле, если так сравнивать, история Стаса звучала даже слишком нормально.
— Хорошо, я подумаю. Сколько времени у меня есть?
Стас улыбнулся.
— До вечера субботы. Большое спасибо!
— Я еще не согласился.
Эд с намёком указал Стасу на дверь:
— До завтра.
— Да, до завтра, — спокойно отозвался Стас, проходя мимо. Эдик отметил, как неестественно ровно он держал спину.
Вечером Инна привезла домой пакет с покупками и, разгружая его, Эдик заметил новый перцовый баллончик и покрутил его в руках. Уголки губ совсем опустились.
Сколько Эд помнил, она всегда носила нечто подобное с собой, опасаясь всех мужчин, которые хоть отдаленно были похожи на её бывшего мужа. Понадобилась много усилий, чтобы научить ее снова доверять миру, и вот несколько лет психотерапии пошли прахом из-за одного визита.
Эд вернулся в прихожую, чтобы положить его в сумочку жены, и ему на глаза попался квадратик бумаги. Фотография?..
— Ты не отдала её?
— Ммм… я отправила скан-копию, — отозвалась женщина. Эд ей почему-то ни капли не поверил, но как обычно ничего не сказал.
 
========== Глава 27. Чувства ==========
 
С каждым днем Женьке становилось всё тоскливее. Лев так и не возвращался, никаких вестей о нём не было, а надежда, теплящаяся в сердце, лишь усиливала эту тоску. Да и ещё Лёшка со своими дурацкими намёками, и Ваня с непонятными намерениями. Женя не знал, что делать и как себя вести.
Был бы рядом Лев, они решил бы все вопросы в мгновение ока, но он пропал. А ведь Лев обещал, что всегда будет возвращаться, «хоть с того света». Если он соврал, Женя не сможет его простить.
Без него серая пустынная комната становилась ещё холоднее, и дома Женя кутался в толстовку Льва, которая была для него просто огромной. Запах Льва, оставшийся на ней, слабел, с ним словно улетучивались без следа и то тепло, то счастье, которые Женя испытывал с ним.
В пятницу после последнего урока Лёшка подловил Женю одного в раздевалке, оттеснил его куда-то в самый тёмный угол, вжал в стену, как девчонку.
— Смотрю, Суворова нет уже неделю, — хмыкнул он. — Он скрывается где-то от неминуемого возмездия или что? Ну, да ладно. Какое мне дело? Его нет — и хорошо. Ты подумал над моими словами?
Женя было дёрнулся в сторону, но Лёшка держал крепко, не давая убежать.
— Подумал, — ответил Женька поднимая глаза. — Конечно же нет. Разве ты сразу не понял, что я никогда на такое не соглашусь?
— Не заставляй меня использовать убедительные аргументы, — нахмурился Лёшка. — Я же извинился за то, что между нами было, и предлагаю начать всё с начала. Зачем ты так носишься с этим социопатом?! Чем он лучше меня?
Правая рука парня машинально сжалась в кулак, но он усилием воли заставил пальцы разжаться. Вместо этого он положил руку на бок Жени и осторожно, на пробу, провёл снизу вверх. Приятное чувство.
— Разве извинений будет достаточно за испорченные мне годы жизнь?! Будто без тебя мало доставалось… — бросил в ответ Женя. Объяснять, почему он всё ещё со Львом, Женя не собирался. Он бы не смог собрать воедино весь тот клубок противоречивых чувств, которые он испытывал ко Льву, да и Лёшка всё равно бы не понял.
Правда рука, скользнувшая по его боку, заставила Женьку вырываться сильнее. Лёшка положил руку на грудь Женьки, вжал его в стену сильнее, чтобы не трепыхался. Глаза у него были жгучими, полными обиды и твёрдого намерения забрать то, что он считает своим. То, что было у него несправедливо отнято.
 
— Жень, что мне сделать, чтобы ты меня по-настоящему простил?
Женя надавливал руками на плечи Лёшки, перехватывал запястья и пытался убрать руки — бесполезно. Лёшка был сильнее. Все вокруг были сильнее. Лишь Женька — мелкий и слабый.