Никогда во мне не сомневайся (СИ)

«Наверно, у него дела», — в отчаянии подумал Женя.
«Да-да, у него дела», — издевательски пропел внутренний голос и напомнил: — «У Льва тоже постоянно были дела, помнишь? Те, в которые он не посвящал тебя. Наверное, считал недостойным даже пытаться говорить с тобой о них. Ты бы не понял, глупый. У них всегда куча дел, куда более важных, чем ты».
Женя помотал головой. Почему это так пугает? Ваня же всего лишь не ответил на звонок. Когда Женя стал так зависим от других людей? Ведь он сам всю жизнь старался держаться как можно дальше и отстраненнее и полагаться только на себя! В какой момент всё так изменилось?
Он встретил особенных людей, ярких и неординарных, которым стал почему-то небезразличен, и принял их, слился с ними. Теперь, когда они пропадают один за одним, было так больно, словно от Женьки отрывают кусок за куском.
«Потому что ты слабый. Ты паразит, только и можешь, что прицепиться к сильному. Сам подумай: всем без тебя было бы намного лучше».
Замолчи, прекрати шептать мне гадости.
Ответь мне.
Вернись.
Помоги, мне так страшно.
***
Ваня упал на скамейку, почти улёгся на неё и простонал что-то вроде «Просто дайте мне умереть». В честь каникул тренер мало того, что обрадовал подопечных сдвоенной тренировкой, так она была ещё и раза в три хардкорнее обычной.
После неё Ваня выполз из душа и полчаса просто сидел на лавке молча, смотря в пустоту.
Ваня.
Молча.
Кажется, тренер нашёл единственный более-менее надежный способ заткнуть Савельева. У Вани не было сил даже достать телефон, да и, казалось, что незачем: Женя бы сам ему не позвонил, а у самого Вани и пальцы от усталости подрагивали, и язык не поворачивался. Радовало только то, что не он один был таким вымотанным — вся команда пребывала примерно в том же состоянии.
В конце концов, Ваня собрался и медленно потащился в сторону кафе на встречу с Женей, смутно надеясь, что его усталый вид не отпугнёт Ветрова.
Не вынеся натиска холодных пустых стен, Женя пришел в кафе пораньше. Рассудив, что лучше поработать несколько часов бесплатно, чем провести их в постоянно нарастающей тревоге, он спешно собрался и пулей вылетел из квартиры.
На работе он был немного несобран, что не укрылось ни от Юли, ни от Макса. Юля просто радовалась, что Женя, несмотря на рассеянность и дрожащие руки, не разбил ни одного стакана, а вот Макс, видя женькино состояние, не удержался и пару раз больно проехался по Жене колкими, едкими фразами. Впрочем, особенно он не усердствовал. Слух, что Макс откровенно третирует Женю, как-то просочился в коллектив, и Максу пару раз уже пригрозили, что, если он не прекратит, это отразится на зарплате. Но разве можно удержаться, когда рядом такая идеальная жертва для издевательств? Временами Макс просто терял контроль над своим языком.
Едкие фразы Макса всё ещё били по душевному состоянию Жени, но уже не могли задеть больнее, чем собственные громкие мысли.
Ваня так и не ответил на сообщение, ни перезвонил, и внутри Жени попеременно сменяли друг друга паника и отчаяние. Хоть это было совершенно нелогично, Женьке почему-то казалось, что Савельев больше не напишет, не позвонит, не придёт. Исчезнет, как дым, так же как это сделал Лев. Поэтому, когда под конец смены открылась дверь, и в кафе вошёл Ваня, Женя посмотрел на него одновременно облегчённо и немного болезненно.
Ваня улыбнулся Женьке широко, но устало, и опустился на один из стульев у стойки, чтобы дождаться конца женькиной смены. Он пришёл сегодня позже, чем обычно, поэтому ждать долго не пришлось. Когда смена всё же закончилась, Женя, не стесняясь, за руку потянул Ваню из кафе, не дав Максу вставить даже слова на прощание.
Ваня был удивлён тем, как резко Женя вытащил его на улицу.
— Что такое, Жень? Ты эту работу уже видеть не можешь? — неловко, устало рассмеялся Ваня и на мгновение приобнял Женьку за плечи.
— Ты можешь погулять сегодня подольше? — вдруг попросил Женя.
Объяснять своё состояние он не хотел, да и не смог бы — слов не хватало, чтобы передать все чувства, наполнявшие его. Тоска, злость, обида и облегчение навалились на него разом, почти душили его.
 
— Я тебе звонил сегодня… Ты не слышал звонка, да?
— Звонил?
У Вани изумлённо вытянулось лицо, и он полез в сумку за мобильником. Увидев кучу непрочитанных сообщений и не отвеченных звонков от Женьки, Ваня едва не упал в обморок.
— Женя, я… Ох, прости! Я понятия не имел, что ты можешь вдруг позвонить. У меня была сдвоенная тренировка, помнишь, я говорил? Если честно, после неё так руки дрожали, что я телефон даже взять побоялся бы. Извини… Теперь я буду внимательнее. А что ты хотел?..
Женя опустил глаза. Точно, Ваня ведь говорил о тренировке, но это как-то вылетело из головы.
— Я… я встретиться хотел. Побыть с тобой подольше, — едва слышно ответил Женя. — Мне не по себе дома, когда там совершенно никого нет. А кроме тебя мне некому позвонить.
Ваня непроизвольно вздохнул. Невольно представилось, как Женя один сидит в полупустой чужой квартире, и звенящую тишину разрывают гудки, исчезающие в пустоте.
— Жень… Прости меня. Даже если бы я услышал звонок, встретиться или поболтать подольше не вышло бы. Но сейчас — я весь твой. Хоть на всю ночь, если хочешь! Завтра тренировок нет, успею отоспаться.
— Не извиняйся, — тихо ответил Женя. — Ты совсем не виноват. Это я забыл, что у тебя тренировка. Но… можно мне напроситься к тебе в гости с ночёвкой? Только сегодня.
Ване потребовалось некоторое время, чтобы перевести дух, сдержаться и не заорать «Да!» на всю улицу.
Вдох. Выдох.
Это компенсация от Вселенной за безумную тренировку.
— Конечно, можно, Жень. Хоть навсегда, — улыбнулся Ваня. — Я уступлю тебе свою кровать. А тебя там не хватятся?
Женя выдохнул с облегчением.
— Всё нормально, я напишу смс-ку, — уже спокойнее ответил Женя.
У него был номер Эдика, правда, Женя ни разу по нему не звонил, и не писал — повода не было. Зато сейчас он появился.
— Тогда пойдём сразу к тебе, чтобы лишний раз туда-сюда не мотаться?
— Только… — Ваня слегка замялся. — Моя мама дома. Это тебя не смутит?
Женя закусил губу. Опять от него проблемы.
— Меня нет, но если это неудобно, я лучше пойду домой…
— Нет-нет, всё в порядке, — торопливо, пока Женя не передумал, заверил Ваня. — Она поймёт. Сашка раньше часто оставался у меня с ночёвкой, или я у него.
Когда они вошли в квартиру, Ваня повёл носом, ощутив тонкий аромат каких-то ароматизированных сигарет.
— Мама! — укоризненно протянул он. — Сколько можно? Вредно ведь!
Ванина мама, миниатюрная блондинка, выглядящая неправдоподобно молодого для женщины, у которой уже взрослый сын, смущённо затушила сигаретку и вышла встречать.
— Извини, я не ожидала, что ты так рано вернёшься. Ты сегодня с другом?
Голос у неё тоже был очень молодой.
— Знакомься, Жень. Моя мама — Дарья Ивановна.
— Даша, — возразила она и улыбнулась Женьке. — Это я на работе Дарья Ивановна, а дома только Даша. Приятно наконец познакомиться, Женя. Ваня столько о тебе рассказывал!
Она кинула на сына очень хитрый, проницательный взгляд, и Ваня, смущённо отвернувшись, стал помогать Женьке повесить куртку.
Женя, смущённый присутствием других людей, немного опустил глаза, будто не решаясь взглянуть на маму Вани. Он представлял её себе совершенно иначе: выглядела сильно моложе ожидаемого и не была похожа на человека, которому нужно сидеть на диетах.
— Приятно познакомиться, — наконец подал голос Женя. — Ваня мне о вас тоже рассказывал. Печенья у вас просто замечательные!
 
Женщина улыбнулась с лёгкой гордостью.
— Спасибо! Готовлю я плохо, но пеку замечательно. Кстати, вы ужинать будете? Там курица в духовке, и рагу. Я погрею.
В ответе на вопрос она, очевидно, не нуждалась, и тут же скрылась на кухне, гремя посудой.
Ваня тихо вздохнул и прошептал.
— Не вздумай хвалить её готовку, а не то закормит, и ты лопнешь.