Никогда во мне не сомневайся (СИ)
Закончив, Лев вытерся новым полотенцем и вздохнул с заметным облегчением.
— Ну, наконец-то ничего не чешется и привкуса крови во рту нет… — он перевёл взгляд на Женьку, который изучающе его разглядывал, и улыбнулся одним уголком губ. — Что б я без тебя делал, Жень? Иди ко мне, обниму.
— Лежал бы тут в одиночестве? — тихо предположил Женя.
Он послушно отлип от стены и встал вплотную ко Льву.
Лев, всё ещё с полотенцем на плечах, положил руки на бёдра Жени и притянул его к себе, вжимаясь израненным лицом в женькин живот, вдыхая знакомый запах. Помолчав немного, он выдохнул едва слышно:
— Может, я бы тогда лежал не тут.
Руки устали находиться в поднятом положении, и Лев бессильно уронил их между колен, но лицо от Жени не отстранил, продолжал упираться лбом куда-то под рёбра, и Женька услышал его тихий, почти мёртвый голос.
— Что, сильно я изменился? Не нужен такой больше?
Женя мягко провёл рукой по мокрым волосам Льва и улыбнулся прямо как раньше, месяц назад.
— Была б возможность, ударил бы тебя. Больно. И я не шучу, — ответил Женька. — Я же сейчас здесь, да? Даже несмотря на то, что мы поссорились утром, я тебя не бросил. Разве это не говорит о том, что я люблю тебя, в каком бы ты плачевном состоянии не находился?
Лев слегка улыбнулся, хотя Женя увидеть этого не мог.
— Я тоже тебя люблю.
Посидев так ещё несколько минут, насладившись подзабытым приятным ощущением тонких пальцев в своих волосах, Лев взялся за раковину и не без труда поднялся, тут же оперевшись на неё бедром. Плохо закреплённая раковина жалобно скрипнула, но Льву до неё дела не было: он уже притягивал Женю к себе, совсем как раньше. Согнулся, вжался лицом в изгиб Женькиной шеи, выдыхая. Кончики влажных волос холодно защекотали Женькину кожу.
Женя стоял несколько минут, не обнимая и не отстраняясь. Он прокручивал в голове тот злополучный пятничный вечер, после которого Лев бесследно исчез. Наверно, он должен был быть благодарен за то, что Лев вообще остался жив, что стоит сейчас рядом и обнимает как прежде.
Наконец Женя решился аккуратно, едва касаясь провести рукой по спине Льва.
— Пойдём уже обратно в палату? Думаю, тебе на сегодня уже достаточно прогулок.
Лев поднял голову, посмотрел внимательно в Женькины глаза, а потом осторожно коснулся губами его лба, виска, спустился с поцелуем на острую скулу. Кожа такая мягкая, нежная, точно такая, как Лев помнил. То, какой Женька на ощупь, Лев помнил очень хорошо.
Женя уже забыл, какими могут быть поцелуи со Львом. Как же сильно отличались эти осторожные прикосновения от тех чувственных, настойчивых поцелуев, которые Лев дарил ему раньше. Но едва ли они смогут позволить себе что-то большее, пока Лев не придёт в норму. Если придёт…
— Хорошо. Выйди, постой снаружи. Я попробую сходить в туалет как человек, а не как инопланетное чудовище.
— Ладно, — Женя аккуратно выпутался из объятий и, убедившись, что Лев может стоять самостоятельно, вышел в больничный коридор.
Лев проводил Женю взглядом. Этот пристальный, хищный взор отразился в зеркале, и Лев невольно отметил, что в такие моменты становится похож на Лиса. Пугающе похож.
Несколько минут спустя Лев вышел из туалета и снова тяжело оперся рукой на женькино плечо. Впрочем, прогулка, видимо, пошла ему на пользу, мышцы чуть расшевелились, вспомнили, как нужно работать, и путь назад показался даже короче.
У дверей палаты стояла медсестра с осуждающим взглядом и заранее заготовленной фразой про то, что «Вите гулять ещё никто не разрешал». Самозванец-Витя только улыбнулся на это. В конце концов, он смог поцеловать Женьку, а это дорогого стоит. Ради этого можно было и потерпеть боль.
Женя виновато опустил глаза, надеясь, что эта прогулка не скажется на состоянии Льва плохо. Он не мог сопротивляться прихотям Льва, ведь любые речи о вреде на того не действовали, если он действительно чего-то хотел.
Женя аккуратно помог Льву сесть на кровать, а потом, подумав, и сам сел рядом, пристроившись на самом краю постели.
— Хуже не стало? — решил удостовериться Женя.
— Хуже — некуда, — проворчал Лев.
Ему не хотелось возвращаться на дурацкую, жёсткую больничную койку. Ему хотелось домой, на свой уютный мягкий диван, и чтобы тёплый и, желательно, голый Женька был под боком. Однако, объективно, он в своем нынешнем состоянии даже до автобусной остановки не дошёл бы. Собственное бессилие раздражало неимоверно.
За разговорами, которые, к счастью, больше не приводили к ссорам, время пролетело незаметно. Вова, отвернувшись к стенке, беззвучно оплакивал свою жизнь. Лев, сидя на постели, обнимал Женьку и гладил его пальцы, про себя удивляясь, какие тонкие, полупрозрачные у Женьки ладони. Его присутствие придавало Льву сил, заставляло быть сильнее, улыбаться и даже шутить, несмотря на то, что хотелось растечься по постели, как мёртвая медуза. Усталый взгляд выдавал Льва с потрохами.
Женя мягко расслаблялся за этими разговорами, позволял обнимать себя так, как Льву хотелось, и трогательно улыбался в ответ. Сейчас была возможность не думать о проблемах, потому что главная проблема наконец-то сидела с ним рядом на больничной кровати.
Время неумолимо ползло вперёд, и скоро должны подходить к концу приёмные часы. К тому же, Женя видел, насколько устал за сегодня Лев.
— Ложись уже, — мягко попросил Женя, но так и не решился надавить на плечи Льва, где всё ещё были жуткие синяки.
Лев упрямо помотал головой и украдкой вжался губами в изгиб женькиной шеи, такой мягкой и нежной. На шее не осталось ни единого следа из тех, что Лев оставил в пылу страсти перед своим уходом. А теперь… Чёрт его знает, что будет теперь.
Впрочем, он всё же обмяк и упал в постель, на тощую подушку. Его рука всё ещё сжимала женькины пальцы.
— Приходи завтра… И купи мне какую-нибудь штуку, чтобы губы не трескались больше, ладно?
Женя лишь немного сжал руку Льва в ответ и с тихим вздохом всё же встал с кровати.
— Обязательно приду, — пообещал Женя с мягкой улыбкой. — Прямо к началу приёмных часов.
Лев внимательно следил за Женей пусть и усталым, но по-прежнему пристальным взглядом.
— Будь осторожен, — напоследок сказал он. — Только я могу делать тебе больно. Ты ведь не забыл?
Женя от такого заявления заметно вздрогнул. Да, Лев не изменился, характером уж точно, раз до сих пор может спокойно говорить такие фразочки.
— Не забыл, — почти удручённо повторил Женя и едва слышно добавил: — Но лучше бы и ты мне больно не делал.
— Всё зависит от тебя.
Перед тем, как уйти, Женя всё же склонился над Львом и коротко поцеловал его в лоб, в единственное чистое место без ссадин и синяков.
Лев улыбнулся ощущению женькиных губ на своей коже. Чёрт, как же приятно!..
Когда Женя уже почти покинул палату, Вова вдруг встрепенулся на своей постели и пробормотал короткое «Спасибо».
Женя, стоя у двери, кивнул Вове и, махнув Льву рукой на прощание, ушёл.
========== Глава 37. Мальчик с серыми глазами ==========
Комментарий к Глава 37. Мальчик с серыми глазами
Warning: читайте “жанры” и “предупреждения”.
Хостел находился относительно больницы у чёрта на рогах, и Жене пришлось основательно поплутать по незнакомым улицам, чтобы найти его. Зато он был дешёвым, и Жене точно хватит денег, чтобы прожить там необходимое время, да ещё и на расходы останется. В комнате, рассчитанной на шестерых постояльцев, было занято только три места, включая Женю. Женька, быстро приведя себя в порядок, почти без сил упал на кровать и уснул глубоким сном, накрывшись одеялом с головой и не обращая никакого внимания на происходящее вокруг.
Проснулся Женя в десять утра от вибрирующего телефона под подушкой. Вместо завтрака он опрокинул в себя стакан бесплатного чая без сахара и ровно в одиннадцать часов уже переступил порог палаты.
Только Льва в ней не оказалось. Около часа назад его увезли на какие-то мутные процедуры и опять подключили к клубку сложносочиненных трубок. Льву подумалось, что его вены теперь больше похожи на решето — того и гляди, сами вскроются по линии перфорации.