Никогда во мне не сомневайся (СИ)

Женька обнял Льва крепче, стараясь унять дрожь в руках. Что ещё за «инцидент»? Узнать правду Жене почему-то было страшнее, чем не знать её.
— Хватит, пойдём, — шептал он на грани слышимости.
— О том парне, — Лёша облизнул пересохшие губы. — Одноклассник, да? Чем он тебе не угодил? Не дал? Или надоел? Ты и Женю собираешься тоже?..
Лёша судорожно цеплялся рукой за батарею под подоконником, не замечая, что она, вообще-то, горячая. Его слегка трясло — от собственной смелости, наверно.
Вообще-то, ничего Лёша не знал, а то, что ему было известно, можно было назвать скорее домыслами и слухами. Лев никогда не скрывал, из какого города приехал, и он сам же как-то обмолвился, что долго учился в школе, где не было девчонок. На новость, что кадет лицея погиб при странных обстоятельствах, Лёша натыкался сам, давно, когда со Львом ещё не был знаком. А уж сложить два и два догадался совсем недавно. В общем, решительно непроверенная информация.
Сейчас, глядя на безэмоциональное лицо Льва, в его жуткие пустые глаза без проблеска какого-то чувства, Иконников совсем не был уверен, что всё правильно понял. Но отступать было уже поздно.
— Ты псих, — вдруг бросил Лев. — Обвинения выдвигаешь на ровном месте! Женя, я хоть раз давал тебе повод усомниться в моей искренности?
Женька, кажется, забывал дышать от волнения. Лёшка заговорил о чём-то страшном, но Женя ничего толком не мог понять. Он едва не пропустил вопрос Льва. Смелости и сил хватило лишь на то, чтобы помотать головой так, чтобы спиной Лев точно почувствовал ответ «нет».
— Вот видишь, — довольно оскалился Лев. — Не знаю, что ты там себе выдумал, Лёша, но я об этом ничего не знаю, а даже и знал бы — не сказал.
Лев мягко расцепил женины руки и развернулся.
— Пойдём, Жень. Нечего слушать этого психопата. Да и у нас полно дел, — почти ласково произнёс Лев и потянул парня в сторону лестницы.
Женя покорно пошел за Львом, не оборачиваясь на замершего у окна Лёшку.
В раздевалке рука долго не попадала в рукав от запоздалого волнения.
— Мы сейчас идём за моими вещами?
— Ага, — кивнул Лев, упаковываясь в пальто. Застёгиваться не стал — конец декабря вдруг порадовал оттепелью. — Как там, классная тебя не сильно отчитывала?
Кажется, он изо всех сил старался увести разговор подальше от опасной темы. По крайней мере до тех пор, пока они с Женей не окажутся наедине.
— Нет, даже отрабатывать не заставила. Лишь поворчала для виду.
Воздух был сырым и едва прохладным. Женя осторожно лавировал между лужами и кучками грязного жухлого снега, не пытаясь заговорить со Львом. Лев молчал тоже, только поглядывал на Женю пристально, не рискуя даже предположить, какие ужасные мысли могли сейчас роиться в женькиной прекрасной голове.
Замок с первого раза не поддался, но Ветров был упрямее. Он осторожно открыл дверь в квартиру, и оттуда потянуло холодом.
— Наверно, надо было всё-таки закрыть окно, — с улыбкой вздохнул Лев, закрывая за ними дверь. — Ну, зато не воняет.
Как только они оказались вдвоём, Лев первым делом привлёк к себе Женьку для поцелуя, заключая в крепкие объятия.
Поцелуи со Львом всегда были приятными и чувственными, но этот почему-то оставил горькое послевкусие. Оторвавшись ото Льва, Женька попытался вывернуться из объятий, но они были слишком крепкими.
— Я не хочу тут долго оставаться. Давай разберёмся со всем поскорее и уйдём, — тихо предложил Женя, отводя глаза.
— Ага, — серьезно кивнул Лев, не размыкая кольца рук, напротив, стискивая крепче. Эти крепкие объятия ощущались как ловушка. Как капкан, из которого теперь не выбраться.
— Вот только мне не нравится твой тон. Давай для начала разрешим все наши недоразумения и оставим их здесь, хорошо? Спрашивай.
— О чём говорил Иконников? — выдохнул Женя.
Лев некоторое время смотрел непонимающе, мысленно прокручивая в голове разговор.
— А… Ты про случай в кадетской школе что ли?.. Да, там умер парень, — буднично сообщил Лев.
— Он учился на год старше меня. День своего рождения решил отметить на заброшенной стройке с компанией таких же как он, не блещущих умом одноклассников. Там даже стен не было, только балки и перекрытия. Конечно же он напился и впотьмах сверзнулся вниз, прямо на торчащую арматуру. Ужасная трагедия, но такое случается. Не знаю, с чего Лёша решил, будто я имею к этому отношение. Мы с тем парнем даже и знакомы толком не были, так, здоровались только. И в тот вечер меня там и близко не было. Скорее всего, Лёшка сделал такой вывод потому, что аккурат через месяц после инцидента я перевёлся оттуда. На самом деле на момент смерти того курсанта вопрос с переездом был уже решён.
 
Лев выпустил Женю из объятий и улыбнулся:
— Видишь, как хитро Лёша сманипулировал фактами, чтобы заставить тебя сомневаться во мне? Я предупреждал тебя, что он опасный человек. Давай договоримся, что ты больше не общаешься с ним?
Лев звучал убедительно, и Женя спокойно кинул.
— Извини, что на секунду засомневался, — ответил он.
Так значит Лёшка специально всё это затеял. Но с чего он так рьяно пытается разделить Льва и Женьку? Женя списал все лёшкины странности на ущемлённое чувство собственного достоинства.
— Если мы всё выяснили, — Женя повернулся в сторону комнаты. — То пойдём собирать вещи.
— На первый раз прощаю, — Лев тоже заметно повеселел. — Пойдём. Расскажешь мне, как ты тут жил?
Женя прошёл в гостиную.
— Нечего рассказывать, — почти без эмоций говорил он, одновременно отодвигая нижний ящик шкафа. Там аккуратно лежали его вещи. — Спал на диване, — Женя указал на небольшой диванчик перед телевизором. — Иногда на полу. Пока родители на работе, делал уроки на кухне.
Лев сел на диванчик, с любопытством оглядываясь. В прошлые посещения на это времени не было. В шкафах он заметил некоторые раритетные советские штучки, и мысленно прикинул, за сколько это всё можно загнать. Вряд ли Женька станет дорожить всем этим. Деньги нужнее.
— Жёстко, — высказался он наконец, имея ввиду не то продавленный диван, не то неказистый быт. — Когда квартира станет твоей, что станешь делать? Отремонтируешь или продашь?
Женя аккуратно складывал в рюкзак несколько рубашек, футболки и брюки. Они как раз поместились. На дне ящика Женька нашёл несколько аккуратно свёрнутых тысячных купюр. Меньше, чем ожидалось — значит мама всё-таки шарилась в его вещах. Женька со вздохом убрал оставшиеся деньги во внутренний карман рюкзака и закрыл его.
— Оставлю, — немного подумав, ответил он. — Не всегда же мне у тебя жить. А ремонт… Денег пока нет, может только замок поменяю.
— Поменяем, — кивнул Лев, поднимаясь. — И от нас тебя никто не гонит. Моим ты нравишься. И мне спокойнее, когда ты рядом. Учти: если решишь сюда вернуться, я всё равно буду жить с тобой.
Женя задвинул ящик и осмотрелся. Эту квартиру он знал до мелочей, но сейчас она казалась совершенно чужой. Женька провёл рукой по пыльной тумбочке и брезгливо отряхнул руку. Чтобы хотя бы нормально здесь находится, нужно отдраить всё от пола до потолка. Сейчас на такой трудовой подвиг Женя готов не был.
— Тогда пока я останусь у тебя, — согласился Женя. — Диван у тебя мягкий.
— Ты тебя только диван привлекает? А как же я сам? Я тоже мягкий, тёплый и чертовски сексуальный ко всему прочему!
— Какой самоуверенный, — с доброй улыбкой ответил Женька. — С тобой я готов быть где угодно, но лучше на твоём большом, мягком и тёплом диване.
Затем, после небольшой паузы, добавил:
— Нам ещё завтра нужно прийти.
— Зачем? — с любопытством спросил Лев.
 
Женька немного помрачнел:
— В морге дали крайний срок — суббота. А завтра пятница, значит нужно всё подготовить. Вещи хотя бы для похорон найти. — Женя со вздохом ещё раз огляделся. — Да и убраться не помешало бы. Может заодно мамину карту найду. На ней может быть немного денег. Или не быть ничего.
— А, похороны… Я и забыл.
Когда они пришли домой, там уже был Эдик, который сегодня работал в первую смену. Впрочем, он и был, и его одновременно не было — он вдохновленно кропал в новую научную статью, так что не заметил бы даже танкового залпа над ухом, не то что возвращения парней. Поэтому Лев, ничуть не смущаясь, затащил Женьку в свою комнату и принялся раздевать.