Никогда во мне не сомневайся (СИ)

— Ну спляши теперь от радости! — рявкнул Лёша. — Отобрал у меня всё, что было, да? О, я переживал за Женю, я думал, это он жертва, а на самом деле твоя жертва — это я?! С самого начала был я! Я думал… Я сначала думал, что тебе захотелось справедливости; потом решил, что тебе нужны только деньги!.. но нет. Тебе нужен весь я, вся моя жизнь, да? Ты не остановишься? Грёбаный ты мудак…
Лёшку встряхнуло внезапным прозрением, а Лев только усмехнулся на эти слова.
— Не знаю, что ты там себе надумал, — ровно ответил Лев. — Но твоя жизнь мне без надобности, я не маньяк.
Сзади послышался шелест шин и парней осветило ярким неоновым светом. У дома остановился большой «Мерседес», из которого вышел старший Иконников. К нему с повизгиванием бросилась радостная Линда.
— О, это ты! — мужчина, кажется, был приятно удивлен увидеть Льва.
Лев внезапно изменился в лице, в одну секунду превращаясь из насмешливого мудака в приятного, милого парня. От резкой перемены Лёшка застыл на месте. Внутри разлилось неприятное, брезгливое чувство, похожее на то, которое испытываешь, когда видишь в фильме особенно мерзкого персонажа, но оторваться и не смотреть просто не можешь.
Лев мягкой походкой направился к Константину Ивановичу. Лёша, даже напрягаясь, не мог услышать их разговор. Вскоре отец почему-то потянулся к кошельку и передал Льву некоторую сумму — Лёша не видел, сколько.
Лев стоял к отцу несколько ближе, чем следовало бы и Лёшка мог бы поклясться, что флиртовал. Он даже потянулся к телефону, чтобы заснять это безобразие и показать потом Жене, но Лев тут же отстранился, помахал Лёше рукой и убежал дальше по дороге.
— Вот вымогатель! — зашипел он, приближаясь к отцу. — Зачем ты дал ему денег?!
— Алексей, — вздохнул Иконников-старший. — Это для Жени. Чтобы обустроить похороны его родителей. Похороны послезавтра, ты знал?
Лёша скрипнул зубами.
— Знал.
— Почему не сказал мне? Женя сейчас нуждается в любой поддержке, и финансовой тоже. Мы можем и должны ему помочь. Запомни это: быть великодушным — очень важное качество делового человека, ясно?
— Ясно…
— Ты идёшь на похороны его родителей? Вы ведь друзья. Ты должен его поддерживать. Поедем вместе, хорошо?
— Отец, я не думаю…
— Я не хочу навязываться, но ты спроси его завтра, как он к этому отнесётся, хорошо? Формально я поручился за него. Теперь чувствую ответственность.
— Хорошо, — севшим голосом пообещал Лёша. — Лин, домой!..
Отец вернулся в машину, чтобы загнать её в гараж, а Лёша вернулся домой и от души хлопнул дверью об косяк, выпуская пар.
***
Лев вернулся домой, тяжело дыша, и с порога учуял запах еды. Он скинул кроссовки, прошёл на кухню и, не стесняясь Эдика, сграбастал Женю в объятия.
— Как у вас вкусно пахнет, — выдохнул он куда-то в шею парню.
— Ты как раз к ужину. Устал? — тихо спросил Женя, неловко приобнимая в ответ и поглаживая по спине. Присутствие Эдика его немного сковывало.
— Совсем нет, — мотнул головой Лев. — Всё прошло отлично. Я в душ. Жень, подождёшь в комнате, когда я выйду? У меня есть кое-что для тебя.
Лев коротко прижался губами к Женькиному виску и скрылся в направлении ванной.
Женя кивнул, а внутри поселились любопытство, интерес и настороженность.
Как только Лев скрылся в ванной, Женя бросил быстрый вопросительный взгляд на в некоторой степени ошеломленного Эдика и, не став дожидался комментария, скрылся в спальне Льва.
Лев вернулся быстро, и десяти минут не прошло. Он достал из кармана деньги (только половину суммы, правда, но всё равно внушительную) и передал Жене:
— Это от Иконникова-старшего. Он сказал, это на похороны твоих родителей. Но знаешь, что я думаю? Не стоит тратить много на тех, кому уже всё равно. Побереги для себя.
Женя смотрел на деньги хмуро, то и дело вертел купюры в руках, а потом резко подошёл ко Льву и, взяв его ладонь, вложил в неё банкноты. Своей же рукой он сжал пальцы Льва на них.
— Я не возьму, — поговорил Женя, отпуская руку Льва. — Откуда они у тебя? Как давно?
Лев взглянул непонимающе. Как можно отказываться от денег?
 
— А… Да только что. Я бежал, он проезжал мимо и узнал меня. Он очень интересовался твоим состоянием — он ведь поручился за тебя. И я думаю, он приедет на похороны, чтобы… Ну, поддержать. И он наверняка спросит про деньги, так что возьми, пусть они будут у тебя. Иначе я буду чувствовать себя неловко.
Женя лишь нахмурил брови сильнее и поджал губы. Настроение резко упало с хорошего до скверного. Женька лишь со вздохом спрятал деньги в рюкзаке.
— Иди на кухню, — попросил он, но не собираясь принимать отказа. Ему захотелось побыть в одиночестве — Я не голоден.
Лев тоже упрямо поджал губы.
— Женя, дают — бери. Из лучших побуждений же! Или тебя парит, что это именно Лёшкин отец? Вот уж ерунда. В отличие от своего избалованного сыночка, Константин — отличный мужик.
— Разве так бывает — чтобы безвозмездно помогали совершенно чужие люди? — едва слышно сказал Женя, когда собрался с мыслями. — Я не хочу быть кому-то должен.
Лев фыркнул.
— Вот теперь я тебя не понимаю. Да, люди постоянно помогают друг другу, даже совершенно чужие, даже незнакомые! Возмездно, безвозмездно. Может, они попросят что-то в будущем, но какая разница, если они дают тебе то, в чём ты нуждаешься, прямо сейчас?.. К тому же в будущем, если эти помощники начинают наглеть, их всегда можно с лёгким сердцем послать на все четыре, ведь они своё дело уже сделали и больше не нужны.
Он помолчал немного.
— Всё хорошее, что с тобой случается, следует принимать, не раздумывая. Последствия могут наступить, а могут и не наступить. Самое главное знаешь что? То, что ты рядом со мной. Я тебя спасу, я готов ради нас на что угодно. А ведь я тебе тоже совершенно чужой, заметь. И единственное, что я прошу взамен — принимать меня таким, какой я есть.
Лев вздохнул и подумал, что сказал слишком много слов подряд. Но он надеялся, что это хоть чуть-чуть успокоит Женьку.
— Просто мне даже родные не помогали… — Женя на мгновение задержал дыхание, успокаиваясь. — Прости. Из-за меня у тебя столько проблем.
Лев притянул Женю к себе, заключая в объятия.
— Какие проблемы, Жень? Сейчас ты — моё счастье! Забудь всё плохое, что с тобой было. Впереди у нас долгое и счастливое будущее, уяснил? А теперь дуй на кухню и съешь что-нибудь. Мне не нужен будущий муж-анорексик, — проворчал он и нежно поцеловал Женьку в лоб.
— Будущий муж?..
Женька посмотрел на Льва удивлённо и растерянно хлопнул глазами, совершенно не поняв, что это на самом деле значит. Жене было предостаточно того, что Лев его парень и что он всегда-всегда будет рядом. О большем в силу, возможно, воспитания никогда даже не думал.
— Конечно! — широко улыбнулся Лев. — Как только в этой чёртовой стране разрешат однополые браки, я сразу же на тебе женюсь. А даже если и не разрешат — поедем куда-нибудь, где это можно. В Лондон или в Париж. Или в Амстердам. Всегда хотел побывать в Голландии. И ты всегда будешь со мной, ясно? — горячо зашептал он, крепче стискивая Женьку.
Лев почти светился от удовольствия, и Женька мягко улыбнулся в ответ. Слова Льва отозвались внутри тёплым, мягко обволакивающим чувством.
— Ясно, — Женя от смущения не нашёл других слов. — Тогда пойду ужинать.
— Я скоро подойду.
Как только Женя скрылся из виду, Лев протянул руку к единственной книге на полке и открыл её. Невзрачная книжица в зелёной обложке стояла на самом виду, на корешке золотыми буквами вилось название «Двенадцать стульев». Внутри книги почти все страницы были вырезаны, что создавало удобное углубление. Помимо денег там лежало фото, но Лев почти никогда не разглядывал его. Оно лежало там лишь потому, что потенциальную опасность лучше знать в лицо.
 
Положив деньги в тайник, Лев вернул книгу на полку, в точности на то же самое место, чтобы не потревожить пыль, и лёг на диван. К тому времени, когда вернулся Женя, Лев уже практически спал.