Никогда во мне не сомневайся (СИ)

— Я? Пугаю? — искренне удивился Женя и перебрался повыше, сложив руки на груди Льва и пристроив на них подбородок.
— Доброе утро, — мягко улыбнулся Женя. — Просыпайся скорее, у меня есть на тебя планы…
— Пугаешь необычным поведением. Не каждое утро просыпаешься от того, что тебе целуют руки.
Лев наконец приоткрыл глаза, и они сверкнули весьма заинтересованно.
— Планы? Это какие же? - с любопытством спросил он.
— Пойдём погуляем, м? — совершенно невинно предложил Женя. — Сейчас на улице должно быть ни души. И можно делать, что хочешь.
— М-м-м, вот прямо что хочешь?..
Лев вздохнул почти страдальчески. Хотя в принципе удовлетворённое ночью либидо не слишком-то расстроилось, так что через полминуты и он всё-таки улыбнулся и кивнул:
— Окей, но… только после того, как ты подаришь мне самый нежный на свете утренний поцелуй!
Женька хмыкнул, но послушно потянулся к губам Льва.
Сначала касался очень легко, почти незаметно, а потом, проведя языком по губам, скользнул глубже, нежно оглаживая рот своего парня. Поцелуй постепенно становился всё более чувственным.
— Подойдёт? — спросил Женя, отстранившись от Льва, пока все мысли не ушли в совершенно иное русло.
— М-м-м… маловато… Ну ладно, — Лев напоследок коснулся губами кончика Женькиного носа и сел на постели. — Куда пойдём?
Женя сел на постели, а потом быстро встал. Сам он был ещё голый, потому что уснул раньше, чем успел одеться, но собственная нагота уже совершенно не смущала.
Женька быстро надел на себя вещи и с каким-то ожиданием посмотрел на Льва.
— Не знаю, — честно ответил он. — Мне просто очень хочется погулять с тобой, держась за руки.
Лев выронил брюки, которые почти поднял с пола, и стремительно налетел на Женьку, сгребая его в объятия. Светлые Женькины взгляды и такие простые желания вызывали во Льве какой-то безумный восторг.
— Господи, Женя!.. Если ты хоть раз в своей жизни посмотришь на кого-то, кроме меня, я убью его, обещаю. Потому что ты слишком охуенный, — жарко зашептал он.
Женька такого ну никак не ожидал, поэтому теперь смотрел на Льва крайне удивлённо.
— И что это на тебя нашло? — с лёгкой улыбкой ответил Женя, приобнимая Льва в ответ. — Я тоже люблю только тебя, и я точно никуда от тебя не уйду.
Затем он немного похлопал Льва по спине, чтобы тот его наконец отпустил.
— Давай, одевайся, а то мы так никогда не выйдем.
— А я бы и не выходил, — мурлыкнул Лев немного игриво, но всё же вернулся к процессу одевания.
На улице он поёжился немного, зевнул, глубже зарываясь лицом в шарф, позаимствованный у Эдика, и протянул Женьке руку:
— Веди. Я весь твой.
Найти приятной прогулку по пустынным улицам, усыпанным вчерашними конфетти, разорвавшимися петардами и мусором разной степени одноразовости, мог только большой оригинал. Или Женя. Но Льву всё равно нравилось, что они сейчас гуляют вдвоём.
Женька с улыбкой сплёл их пальцы и потащил своего парня на неспешную прогулку, куда глаза глядят. Конечно, улочки их города навряд ли можно было назвать романтичными, но Жене нравилось просто быть рядом со Львом.
Пройдя ещё несколько дворов, Женька потащил Льва к детской площадке, где с удовольствием уселся на немного скрипящие качели, так и не отпуская руки Льва.
— Наклонись, — попросил он, трогательно заглядывая в медовые глаза напротив.
Лев с выжидающей усмешкой склонился к лицу Жени и выдохнул, залипая на безупречном, немного детском лице:
— У тебя сейчас такие красивые глаза!..
Женя улыбнулся и сам притянул лицо Льва к себе, нежно-нежно целуя. Видно, настроение у него сегодня было особо романтичное.
Он ненадолго отстранялся от Льва, чтобы вдохнуть и снова прильнуть к любимым губам. Наверно, только сегодня они могли позволить себе так открыто целоваться на улицах, без чужого осуждения и косых взглядов.
Лев с улыбкой отвечал на поцелуи. Ему не было дела до людей вокруг, он мог бы целовать Женю на главной площади в час пик (что он, собственно, уже делал), но наслаждаться смелостью Жени — это уже совсем другой уровень. Лев не постеснялся углубить поцелуй, сделать его совершенно развратным, довести практически до сублимации, чтобы посмотреть, что будет.
 
Женя совершенно не сопротивлялся напору Льва, позволял ему проникать так глубоко, как ему хотелось, и с присущей только ему одному чувственностью отвечал.
— Тебе нравится?.. — неопределённо спросил Женя, склонив голову на бок. От поцелуя и, возможно, холода, женины щёки были ярко-розовыми.
— С тобой мне вообще всё нравится, — ответил Лев, ни капли не покривив душой, и чуть толкнул качели, чтобы немного развлечь Женьку.
Сам он привалился плечом к опоре качелей и, ничуть не стесняясь, что они, вообще-то, на детской площадке, закурил.
Женька сам немного качнулся, словно впадая в детство. Впрочем, все эти дворы он знал хорошо, и остановился ровно в тот момент, когда качели хотели было начать противно скрипеть. Дождавшись, пока Лев докурит, он потащил его дальше. В его голове уже назрела новая шалость. Хитрющее выражение на лице Жени было чем-то новеньким. Впрочем, Лев был за любую движуху, включая даже голодовку, так что охотно последовал за Женькой, сгорая от нетерпения.
Женя провёл Льва по ещё нескольким однотипным дворам с одинаковыми площадками. Правда на одной из них, он резко наклонился и взял немного чистого снега, чтобы незамедлительно высыпать его куда-то за шиворот Льву.
— Женя!
От снега за воротником пальто быстро стало холодно и сыро. Лев чуть дёрнулся, ощутив, как вдоль позвоночника бежит капля воды. Женька прекрасно знал, что Суворов в долгу не останется, но если уж впадать в детство, то полностью и с головой. С каменным лицом Лев нагнулся, зачерпнул пригоршню снега и ледяным фейерверком осыпал Женькино лицо.
От снега лицо быстро покраснело, а капли воды неприятно стекали по щекам. Несмотря на всё это, Женька рассмеялся и нагнулся, чтобы сделать новый снежок. Это уже война.
В какой-то момент, когда парни уже обменялись парой-тройкой снежков, Женька подскользнулся и упал навзничь, на спину.
— Подними, — со смехом попросил он, протягивая вверх руки.
— Вот ещё!
Лев огляделся и, опустившись на колено, поцеловал лежащего в снегу Женьку. Его губы были мокрыми от талой воды, и он улыбался.
Лев закинул руки Женьки на свою шею и встал, поднимая и Женю тоже. Они стояли практически в обнимку посреди чего-то двора, и Лев не мог насмотреться на своего парня.
— Брр, я весь мокрый, — Женька попытался отряхнуться, как щенок, но липкий снег с куртки слезать не хотел. — Пойдём домой греться.
— И как же мне тебя согреть? — игриво мурлыкнул Лев. — Будем греться на кухне, в душе или в спальне?
— Я уверен, что ты намекаешь на спальню, — немного рассмеялся Женя. — Но мы пойдём в душ.
Как только они переступили порог квартиры, Женя притянул к себе Льва для нового нежного поцелуя.
Лев тихо застонал в губы Жени.
— Нам, кажется, пора переселяться в твою квартиру. Я нечаянно разбудил в тебе демона, — задыхаясь, проговорил Лев. — Демона похоти, определённо.
Лев прислушался. В спальне старших были слышны голоса, но видно никого не было. Он вытряхнул Женю из куртки, сам скинул пальто и затолкал Женьку в пустующую ванную, заперев за ними дверь.
Женя лишь тихо рассмеялся и принялся аккуратно выпутываться из одежды, поглядывая на Льва.
— В моей квартире соседи слышат каждое недостаточно тихо сказанное слово, — хмыкнул он. — Представляешь, что вообще будет, если мы останемся наедине?
Лев представил. В красках. И тут же накатило непрошенное яркое возбуждение. Он приблизился к Женьке и, решительно отстранив его руки, стал раздевать парня сам.
 
— Помнишь, как я помогал тебе принимать душ, когда ты вернулся из больницы? — прошептал он. — Ты так мило краснел тогда от каждого моего прикосновения!
Женя лишь улыбнулся и протянул руки вперёд, чтобы начать раздевать Льва.