Никогда во мне не сомневайся (СИ)

Макс широко улыбнулся. На фоне гладкой смуглой кожи зубы казались совсем белыми, будто выбеленными у стоматолога.
Женя вздрогнул то ли от холода, то ли от слов.
«Недостоин…» — эхом проносилось у него в голове, и, как ни старался, Женя не мог избавиться от этих слов в ушах. Сил оставаться здесь больше не было.
— Не знаю, что ты там себе надумал, но ни с кем я шашни, как ты сказал, не вожу, — сказал совершенно честно Женя и вошёл назад в кафе, громко хлопнув дверью напоследок.
Лев сидел там же, где Женя его и оставил, и сосредоточенно что-то писал. От энергичности его движений стол мелко трясло, и чашка дребезжала о блюдце довольно раздражающим образом, но Лев этого не замечал. Он размышлял.
Сегодня в ответах, которые присылал ему Константин, не было вчерашней нервозности, хотя он по-прежнему был щедр на ответные угрозы и пытался выведать хоть что-то о своём шантажисте. Лев не поддавался на провокации, однако был уверен, что Костик определённо что-то задумал. Его следовало бы дожать в ближайшие дни.
Когда Женя появился в зале снова, Лев отвлекся на минутку и внимательно взглянул на парня. Тот был бледен и как-то потерян.
— Женя?.. — позвал он. — Что-то случилось?
Женя попытался хотя бы вымученно улыбнуться.
— Я закончил на сегодня, — быстро бросил он. — Я сейчас соберусь и домой пойду, а ты работай.
— Закончил? Только девять же, — удивился Лев и проводил Женю удивлённым взглядом и даже хотел было направиться за ним, но тут пришло новое сообщение, и Льву пришлось сконцентрироваться на ноутбуке.
Женька быстро собрался и вышел из кафе через служебный выход, чтобы вдруг не нарваться на вопросы Льва. В рюкзаке заманчиво звенели ключи от его квартиры. В голове всё ещё звучали все острые слова Макса. До хрущёвки Женя почти добежал, и, как только за ним захлопнулась дверь, он без сил упал на пол.
***
Ваня, совсем замотавшийся с учёбой, вспомнил, что Женька сегодня работает, но заскочить в кафе уже не успевал, и чтобы хотя бы напомнить о себе, отправил Женьке сообщение:
«Привет, Женя! Я вспомнил, что ты сегодня работаешь. Жаль, я не успею заскочить в кафе, вот облом)) Как твои дела?»
Жужжание телефона в мёртвой тишине квартиры было слишком неожиданным. Видно, телефон автоматически подключился к соседскому вай-фаю. Женя одной рукой, не глядя, запер дверь, но вставать с пола не стал.
Написал Ваня. Женя был бы рад ему ответить, немного поболтать, но глухая боль в груди не позволяла.
Он решился набрать сообщение только через пятнадцать минут.
«Приболел немного. А ты как?»
«То есть ты не на работе? Я же просил тебя быть внимательнее к твоему здоровью. Отдыхай побольше! Я ничего. Учусь, курсы всякие, спортивная секция к тому же — я после ранения ничего не мог. Сейчас восстанавливаюсь понемногу.»
Ваня выдохнул. Значит, удачно, что сегодня он не попал в кафе. Отправив первое сообщение, он подумал и отправил ещё одно:
«Слушай, может, тебе нужно что-нибудь? Лекарства или компания? Ты только скажи. Я за тебя волнуюсь»
Женя не мог понять такое волнение со стороны Вани. Становилось почти больно. Особенно после осознания собственной никчёмности.
«Не волнуйся. Не стоит.»
«Всё хорошо, просто переутомление.»
«Мне хочется побыть одному.»
Женя надеялся, что сообщения получились не слишком отчаянными, и что Ваня ничего не станет предпринимать.
Ваня замер, прочитав сообщение. Когда человек говорит, что ему нужно побыть одному — это обычно означает, что он отчаянно хочет побыть с кем-то. С кем-то определённым, но не с тобой. А впрочем, стоит попытаться.
«Может, мне всё же приехать? Переутомление в твоём случае — это не шутки! Знаешь, я, конечно, не навязываюсь, но ты можешь рассказать мне абсолютно всё, что тебя беспокоит. Я тебя всегда выслушаю и никому не расскажу.»
Женя улыбнулся как-то горько. Безумно хотелось поделиться с кем-то своими переживаниями, но… Вдруг Ваня отвернётся? Жене бы этого не хотелось — он уже начал считать его своим другом.
«Я выпью таблетки, если тебя это успокоит.»
 
«Просто мысли всякие в голову лезут.»
«Я ещё не готов поделиться ими.»
Женька такой скрытный, но Ваня был готов ждать, лишь бы Женя открылся ему.
«Когда будешь готов — я тебя с удовольствием выслушаю. Пиши мне когда хочешь, хоть ночью. А, кстати, вот мой номер телефона, если что 8-900- ХХХ-ХХ-ХХ. И моё предложения прогуляться и покормить уток всё ещё в силе!» — напомнил Ваня.
Мысли у Вани приобрели какое-то совсем уж романтичное направление, но ему нужно было на вечернюю тренировку.
***
Где-то через час после ухода Жени Лев поставил Константину жёсткое условие — деньги должны быть с условленном месте вечером воскресенья, иначе снимки и записи приватных разговоров окажутся в публичном доступе, и репутации Иконникова-старшего будет положен конец.
Это всё утомило Льва, но вместе с тем было чертовски весело. Он сравнил бы это чувство с гонкой: ты вот-вот должен был разбиться всмятку об отбойник, но каким-то чудом вырулил, обманул смерть. Непередаваемо!
Лев упаковал ноут в сумку и прежде, чем покинуть кафе, подошёл к Максу, чтобы спросить, почему вдруг Женя так быстро удрал. Макс с кристально честным взглядом ответил, что понятия не имеет.
Лев шёл домой, предвкушая, что сейчас завалит Женьку в постель и зацелует его до полусмерти. Ощущение тёплого тела Жени в руках стало для него такой же необходимостью, как и кофеин — едва ли он смог бы прожить хотя бы один день без этого. Но квартира встретила Льва темнотой и тишиной — ни Жени, ни Эдика, ни тем более Инны. Не раздеваясь, Лев стал звонить Женьке, чтобы узнать, где он, чёрт возьми, ошивается?
Женя сохранил номер Вани, на всякий случай, но тут экран загорелся уведомляя о входящем вызове.
Лев.
Видимо, пришёл домой и не обнаружил Женю. Женька всё же ответил на вызов.
— Жень, где тебя носит? Я думал, ты дома. Прихожу, а тебя нет. И что я должен думать, по-твоему? — раздраженно начал Лев.
— Прости меня… — тихо ответил Женя. Больше слов он сказать не мог.
Лежать на полу было холодно и твёрдо. По полу стелился холодный воздух из незакрывающейся плотно форточки, и Женя снова начинал мелко дрожать.
— Я тебе не подхожу…
— Чего? — Лев не был склонен к тому, чтобы не доверять своему слуху, но сказанное Женькой было так непостижимо, что сейчас Лев был уверен, что ослышался. — «Не подходишь» или «где-то ходишь»? Ты где вообще? Говори, я тебя заберу. С каких пор ты вообще без моего разрешения шляешься где-то?
Холодное размышление Льва подкидывало ему только два варианта развития событий: либо Женя до дома не дошёл и ему стало плохо где-то по пути, либо под «пойду домой» Женя подразумевал не трёшку на седьмом этаже, а какое-то другое место.
— Не подхожу, — чётко повторил Женя, глядя в темноту
Крошечный коридор, в котором так и не горел свет, был совсем пугающим. Женя уже и забыл эти ощущения.
— Ты ебанулся, — совершенно искренне сказал Лев. — Что же, позволь спросить, натолкнуло тебя на этот парадоксальный вывод?
Так и не сняв ни пальто, ни ботинки, Лев сел на банкетку в коридоре, закинув ногу на ногу, и попытался прикинуть, где сейчас может быть Женя.
— Мы же совершенно разные, — начал повторять слова Макса Женя. — И я совершенно ничего из себя не представляю. Я не заслуживаю того, чтобы быть рядом с тобой.
Женя, в каком-то забытье, продолжал шептать всё то, что вложил в его голову Макс, но голос с каждым словом неуловимо становился тише.
— Ну ни хрена себе, — хмыкнул Лев. — Ну да, мы разные. И мне нравится, что мы разные. С чего ты решил, что не заслуживаешь быть рядом со мной? А кто заслуживает тогда, если не ты?
 
Когда Лев переключился на мальчиков, он малодушно надеялся, что с женскими заёбами будет покончено, а вот хрен там — оказывается, мальчики по уровню тревожности временами дают фору девочкам.
Женя лишь плотно сжал губы. Невольно вспомнился Макс с его словами. Быстро бросив напоследок: «Любой, кроме меня», Женя сбросил звонок.