Никогда во мне не сомневайся (СИ)

Но самым страшным было даже не это. Да, Женя прочитал вопросы теста. Прочитал, и заметил некоторые признаки психопатии у себя.
— Ему не нужна помощь. Он себя прекрасно чувствует. Это другие страдают от его расстройства, а ему — в самый раз. Если ты изучишь вопрос подробнее, то поймёшь, что от этого вообще одни только плюсы, но только для него самого.
Эд задумчиво погладил корешок книги.
— Ты не о нём должен думать, а о себе. Он будет тянуть из тебя жилы каждый день. Он может быть жесток… Он будет изменять, и не считать это важным. Ты никогда не будешь уверен, что деньги, которые он принёс, добыты законным путём. Что завтра за ним не приедет автозак, или он не сорвётся куда-нибудь на край света, потому что ему это показалось хорошей идеей. Он лишит тебя друзей и знакомых. А если он наиграется с тобой и… Он же просто уйдёт, позабыв про всё. Что тогда будет? Неужели ты любишь его настолько, чтобы терпеть это всё и жить без малейшей уверенности в завтрашнем дне?
Эд заглянул в серые Женькины глаза и запоздало подумал, что разговор, который они сейчас ведут, слишком серьёзный для мучимого температурой школьника. Но если Женя ответит «да», Эд расскажет ему всё, чему за долгие годы научился сам.
Каждое слово Эда будто придвигало Женю ближе к пропасти. Словно сейчас, в эту минуту решается вся его дальнейшая жизнь. И он сделал шаг вперёд.
— Да. Без него будет хуже.
Эд потрепал Женьку по плечу. Так странно было понимать, что ещё хоть кто-то на свете может знать правду о Льве, и всё равно любить его. Эд старательно гнал от себя мысль, что всю правду о Льве, возможно, они и не знают… И лучше бы никогда её не узнать.
— Ну, тогда люби его и заботься о нём. Хвали за хорошие поступки, игнорируй плохие. Есть шанс, что таких вещей, какие описаны в этой книге, он никогда не совершит.
Эд отстранился и встал.
— Книгу я, пожалуй, тебе оставлю, у неё очень вдохновляющая концовка, но постарайся Льву её не показывать. Я не хочу, чтобы он знал, что это может относиться к нему. Может сработать как самоисполняющееся пророчество, а этого никому не надо.
— Эд… — порывисто прошептал Женя, прежде чем Эд вышел из комнаты. — Вдруг… я тоже такой?
Эдик остановился в дверях, обернувшись к подростку, и постарался ласково улыбнуться.
— Женя, можешь не сомневаться. Ты – точно не психопат. Ты замечательный и очень чувствительный. Плохие мысли и скверные поступки бывают у всех, но не они делают психопатами.
— А что делает?
— У них вот здесь, — Эдик ткнул пальцем в свою грудь. — Пусто. А у тебя наоборот, чувств слишком много. Если хочешь, я запишу тебя к хорошему психологу. Он поможет тебе разобраться со всем этим.
Женя опустил голову и, помедлив, кивнул.
— Спасибо.
— Выздоравливай скорее — это будет для меня, как для врача, лучшее «спасибо», — хмыкнул Эд.
***
Отличные новости с утра не помешали Лису хорошо выспаться, а потом уже взяться за работу. Фотография на экране казалась ему знаком судьбы. Она сама упала ему в руки, словно путеводная звезда, как воспоминание о старом, незавершенном и забытом деле. Для заскучавшего в последнее время Лиса, это был просто подарок. Ему срочно захотелось повидаться с семьёй и заодно разузнать ответ на один интересный вопрос.
Лис пощелкал мышкой, вызванивая в мессенджере утреннего собеседника.
— Ты нашёл? — сходу спросил тот.
— М-м… Да, почти. Почти нашёл, — соврал Лис. — Перечисли-ка мне деньжат на транспортные расходы.
— Какие транспортные?! — возмутился голос. — От тебя только найти требовалось!
— Я всё проверил. Уверен, это орудует одиночка, причем тот ещё новичок. Нет смысла отправлять ребят, как обычно. Я сам, один всё порешаю, — Лис растянул губы в улыбке, ясно дающей понять, какие именно «решения» имеются в виду. — Перечисляй мне сразу всю сумму.
— А ты не охренел?
— Ахах!.. Ты же знаешь, что да. Просто у меня такой принцип: утром деньги — вечером стулья. Давай-давай, не жлобись. Можешь уже отчитаться своему клиенту, что всё будет сделано в лучшем виде.
 
Голос вздохнул. В динамиках неприятно застучали клавиши клавиатуры.
Примерно в полночь по трассе, ведущей в сторону города N, с шумом проехал видавший виды пикап. В салоне громко играла лёгкая музыка. Водитель вёл машину по-юношески беспечно, но весьма умело. На пассажирском сиденье, пристёгнутый ремнём безопасности, лежал рюкзак с верным ноутбуком внутри. Настроение Лиса было великолепным.
 
========== Глава 23. Преследование ==========
 
Книгу Женя предусмотрительно спрятал в своём рюкзаке и всё оставшееся время просто лежал, осмысливая всё, что узнал. Эдик напоил его какими-то лекарствами и принудил прополоскать горло чем-то одновременно кислым и горьким. Неожиданно это помогло, и через пару часов Женя даже смог говорить.
Лев вернулся домой довольно скоро. Водрузил на стол ноут, потянулся хорошенько, разминая затёкшие мышцы, переоделся в мягкую домашнюю одежду. Взглянул на Женю мягко и немедленно полез обниматься, ластился, как кот.
— Я ходил на ту крышу, которую ты мне показывал, — едва слышным шёпотом поделился он. — Между прутьев не пролез, но у меня отмычки были. Взломал чей-то вай-фай. Там так красиво, Жень. Только очень холодно. Я сидел там и думал о тебе. А ты такой горячий, с ума сойти… Грелся бы об тебя и грелся, — промурлыкал Лев и ткнулся макушкой в ладонь Жени, требуя погладить и почесать.
Лев вернулся в хорошем настроении — значит дела, с которыми он уже третий день возится, идут хорошо. Интересоваться подробностями Женя не стал — откровенно побаивался. Пусть лучше это будет ещё одной тайной Льва.
— Ты холодный весь, — мягко прошептал Женя, послушно поглаживая рыжие волосы. — Не переохладился? А то будем вдвоём с температурой лежать.
— У меня прекрасное здоровье и отличный иммунитет, — возразил Лев, откровенно наслаждаясь прикосновениями. Он запустил холодные руки под одежду Жени и улыбнулся. — А даже если и заболеем, лежать вместе целые дни — разве это не прекрасно? Познакомишься ещё с одной версией меня: когда я болею, у меня ужасно портится характер. Думаю, тебе не мешает это узнать на случай, если ты снова вздумаешь забить на своё здоровье и ещё разок что-нибудь подцепить. Давай я помогу тебе сбросить жар…
Лев придвинулся ближе к лицу Жени и нежно поцеловал уголок его губ.
— Ты даже с температурой такой красивый, — поделился он. — И румянец у тебя на щеках такой сексуальный!..
Прикосновение холодных рук к горячей коже было почти обжигающим. Женька хрипло ойкнул и попытался чуть-чуть отодвинуться.
— Тише, Лев, — тихо прошептал Женя в ответ. — Даже если у тебя здоровье крепкое, то прямой контакт с больным всё равно не самое лучшее, что можно сделать.
— Только у тебя фраза «прямой контакт» может звучать так… заводяще, — выдохнул Лев.
В дверном проёме возникла прямая фигура Эдика.
— Лев! Бессовестный! У Жени температура тридцать девять, а ты к нему пристаёшь. На кухню, оба. Ужин остывает.
Лев только фыркнул, но руки от Жени убрал.
***
Лев проснулся от запаха чая и лекарств. Притянул к себе Женьку, крепко обнимая, зарылся носом в его волосы, прижался губами ко лбу.
— Тебе уже лучше, — сказал он. Это не был вопрос — это была сухая констатация факта. А может, Лев просто так хотел, чтобы Жене в самом деле было лучше, что забыл провести грань между желаемым и действительным — с ним такое случалось.
— Не хочу уходить в школу, — поморщился Лев при мысли, что придётся вставать. — Меня там все спрашивают, что с тобой случилось. Я не понимаю, с чего их это так волнует.
 
— Их не волнует. Это просто повод заговорить с тобой, — тихо предположил Женя.
Лев перевернулся на спину, укладывая Женьку на себя.
— А может, — задумчиво проговорил Лев. — они хотят по моему ответу определить, какие нас связывают отношения?
Женя задумчиво посмотрел на Льва.
— Может быть, — тихо согласился он. — Но как они смогут это понять по твоему ответу? Но в любом случае, не обращай на это внимания.